Меню

БЕЗУМНЫЙ АНГЕЛ ПИНОККИО. ТЕАТР

Грация в совершенном виде может существовать в том,

что не обладает вовсе никаким,

или же бесконечным сознанием,

то есть, в марионетке или в Боге.

                                   ГЕНРИХ ФОН КЛЕЙСТ

 

По мненью некоторых наши предки

Не люди были, а марионетки.

                                   ИОГАНН ВОЛЬФГАНГ ГЁТЕ

 

 

Часть первая.

 

РОЖДЕНИЕ ИЛИ ОТЕЦ

 

 

 

-1- ДРЕВО

 

 

Дерево.

Прозрачная кора.

Лазурное свечение под корой.

Источник света бьет из-под земли, заполняет дерево изнутри.

 

Опухоль на дереве – в месте раздвоения ствола.

 

Опухоль – ярчайшая часть дерева.

Пульсация опухоли ИЛИ опухоль пульсирует.

 

 

-2- РОДЫ

 

 

 Два хирурга.

Джеппетто и его ассистент Вишня.

Белые халаты, повязки на лицах, резиновые перчатки и черные очки.

Принимают роды.

Ветер.

 

Инъекция.

Игла шприца протыкает кору, прозрачная жидкость начинает странствие внутри опухоли.

Пауза.

ВИШНЯ: Никак не расслабится... Слышишь?

ДЖЕППЕТТО: Слышу.

ВИШНЯ: И что?

ДЖЕППЕТТО: Инъекцию.

ВИШНЯ: Нельзя больше. Плод отравим.

ДЖЕППЕТТО: Третью инъекцию.

ВИШНЯ: Джеппетто, нельзя - умрет.

ДЖЕППЕТТО: Угу.

ВИШНЯ: Что - «угу»?

ДЖЕППЕТТО: То, что я его списал, как только взглянул.

ВИШНЯ: Что же мы тогда делаем?

ДЖЕППЕТТО: Любуемся на лазурную смерть. (пауза) Маму спасаем, коллега. Не жить же дереву с трупом.

ВИШНЯ: Если ты так решил… (третья инъекция)

ДЖЕППЕТТО: Скальпель.

 

Скальпель осторожно надрезает кору опухоли.

На прикосновение металла опухоль реагирует сиянием.

ДЖЕППЕТТО: Распорки.

 

Две тонкие спицы сдерживают ткани дерева, которые стремятся вновь сомкнуться.

Опухоль обволакивает спицы.

ВИШНЯ: Она их сжирает.

ДЖЕППЕТТО: Быстро, щипцы.

 

Щипцы вытаскивают плод.

ВИШНЯ: Многовато кожи.

ДЖЕППЕТТО: Многовато? Здесь ничего кроме кожи! (Плоду) Эй, друг, где же ты сам?

 

Новорожденный в руках Вишни.

ВИШНЯ: Жив еще.

ДЖЕППЕТТО: Не уверен, что надолго.

ВИШНЯ: Волнистый ребеночек.

 

Волны лишней кожи ребенка.

Под ними - слабый свет.

 

Пуповина – от взрезанной опухоли к носу младенца. Бесконечный хоботок, уходящий в глубь ствола.

Джеппетто обрезает пуповину.

ВИШНЯ: Есть!

 

Лазурное сияние вырывается из раны дерева и уходит вверх.

 

 

Плод и дерево-роженица сквозь черные очки.

И мать, и дитя - матового цвета.

 

У младенца на месте носа опухоль, излучающая слабое свечение – в миниатюре та, из которой он появился.  

ВИШНЯ: С чем тебя поздравлять? С днем рождения или с чем-то еще?

Крик младенца.

 

 

-3- ИНКУБАТОР

 

 

Лаборатория.

На стеклянных столах металлические инструменты.

Колбы.

Гигантские.

Неправильной формы, с наплывами стекла.

 

Джеппетто смотрит на клокотание живой материи.

 

Сосуд, в котором донашивается волнистое дитя – в форме дерева.

Дитя неподвижно сидит, по горло погруженное в бесцветный раствор. 

 

Бесформенная опухоль носа младенца вытянулась в отросток.

Узкие глаза открылись – смотрят, не мигая.

ДЖЕППЕТТО: Что, детка, оживаешь? Ты родился мертвым. А твоя жизнь родилась вслед за тобой. Чуть позже. Как близнец. Она догнала тебя…

Ребенок шевелится.

Потерпи, скоро я тебя выпущу.

ДИТЯ: Сейчас.

ДЖЕППЕТТО: Какой у нас тенор!.. Сейчас хочешь? Пока нельзя – посиди немного в колбе.

ДИТЯ: Сейчас.

ДЖЕППЕТТО: Хочешь погибнуть? Впрочем, у тебя уже есть такой опыт...  Не рвись туда. Твоя кожа не выдержит ни солнца, ни ветра. Плюс инфекции. Так что, поживи пока в стеклянной квартире. 

Ребенок пытается выкарабкаться из колбы.

Не надо этого делать!

Человечек бьется в стеклянном древе.

Разобьешь. (пауза)

Ладно, уговорил.

Идем, папа покажет тебе Сад.… 

Джеппетто бережно берет на руки стеклянное дерево и выходит из лаборатории.

 

 

-4- САД

 

 

Колба среди цветов.

ДЖЕППЕТТО: На пять минут, не больше.

 

Закат в Саду.

Лучи солнца, преломленные стеклянным деревом.

Лучи солнца, преломленные прозрачным носом человечка.

Пиноккио кричит.

 

Крик.

Крик не прекращается.

Крик заполняет Сад.

 

Лопается сосуд, разрывается стеклянное дерево...

Пиноккио выпадает в зелень Сада.

Пауза.

 

Джеппетто поднимает Пиноккио.

Ставит его на ноги.

Пиноккио падает.

 

Джеппетто поднимает Пиноккио, ведет за руку.

Пиноккио падает.

 

Пиноккио поднимается с земли, уходит в цветы, идет, спотыкается, падает, поднимается, снова идет, падает, встает, идет, быстрее, быстрее, быстрее, переходит на бег.

 

Пиноккио бежит по Саду.

Пиноккио кричит.

 

ДЖЕППЕТТО: Не так быстро! Твои легкие еще не созрели – они могут лопнуть.

 

Пиноккио бежит.

Джеппетто пытается его догнать.

Пиноккио падает и притворяется мертвым.

 

Джеппетто склоняется над ним.

Джеппетто берет Пиноккио на руки.

 

На руках Пиноккио оживает, внимательно смотрит на Джеппетто.

ПИНОККИО: Отпусти меня!

 

Джеппетто опускает Пиноккио на землю.

Пауза. Пиноккио стоит неподвижно.

 

Пиноккио делает обманное движение – Джеппетто ловится.

Пиноккио делает рывок в другую в сторону и убегает из Сада.

 

 

-5- ЗА ПРЕДЕЛАМИ САДА. ЛИКОВАНИЕ

 

 

За пределами Сада.

Ликование Пиноккио.

Пиноккио резвится, кувыркается, лазает по деревьям, обнимается с ними.

 

Пиноккио катается по траве.

Сильный ветер.

Пиноккио поднимается, пытается поймать ветер.

Пауза. Пиноккио раскачивается.

 

Ветер стихает.

Пиноккио замирает без движения.

Пауза.

 

Пиноккио падает на траву и засыпает.

 

 

-6- ВОЗВРАЩЕНИЕ. ИМАГО

 

 

Лаборатория Джеппетто.

Всё изменилось, как будто был взрыв.

Пространство деформировано.

Инструменты-мутанты похожи на сверкающих металлическим блеском насекомых.

 

- Кри-кри-кри…

Пиноккио оборачивается и видит сверчка.

СВЕРЧОК: Здорово, имаго.

ПИНОККИО: Что?

СВЕРЧОК: Ты же у нас зрелый организм? А зрелый организм – и есть не что иное, как имаго. Вот я и говорю тебе: здорово, имаго.

ПИНОККИО: Ты кто?

СВЕРЧОК: Я – Сверчок-Говорун.

ПИНОККИО: (рассматривая Сверчка) Ну выкинула матушка-природа. Нет, чтобы создать какую-нибудь прекрасную бабочку. Или стрекозу… Или совсем ничего не создавать. 

СВЕРЧОК: Я - Сверчок-Говорун, и живу здесь уже 100 лет.

ПИНОККИО: 100 лет? А ты ничего не напутал?

СВЕРЧОК: Едва ли.

ПИНОККИО: Я живу здесь, давно живу, и ни разу тебя не видел.

СВЕРЧОК: А ты вообще ничего не видел.

ПИНОККИО: Хорошо, я ничего не видел. Но это не важно. Скажи, Сверч, какого дьявола ты здесь делаешь?

СВЕРЧОК: Это мой дом.

ПИНОККИО: Нет, друг, вряд ли, ты прав. Это принадлежит моему отцу, Джеппетто, и его детям, то есть, мне, Пиноккио.

СВЕРЧОК: Джеппетто больше нет. Теперь есть я.

ПИНОККИО: Это его сейчас нет. Но он скоро придет, мой папа…

СВЕРЧОК: Ты не понял. Теперь я твой папа.

ПИНОККИО: Ты в своем уме, букашка?

СВЕРЧОК: Я шучу.

ПИНОККИО: Они шутят. Насекомые шутят.

СВЕРЧОК: Я проверял тебя на наличие чувства юмора. Оказывается, и его у тебя нет. Ты не слышишь смешной стороны вещей.

ПИНОККИО: Уходи отсюда.

СВЕРЧОК: Хорошая награда для того, кто не совершил за свою жизнь ни одного дурного поступка.

ПИНОККИО: И я думаю, что отличная награда.

СВЕРЧОК: Покинуть дом, в котором прожил 100 лет.

ПИНОККИО: Да не было тебя здесь!

СВЕРЧОК: Я уйду… Но я не имею права уйти, не сказав тебе…

ПИНОККИО: Имеешь, ушел.

СВЕРЧОК: Это важно, имаго. Важно для тебя.

ПИНОККИО: Хорошо, говори, но быстро. Представь себе, что тебе не сто лет, а что ты насекомое-однодневка, и у тебя нет времени на нудные речи.

СВЕРЧОК: Слушай… Ты готов меня выслушать?

ПИНОККИО: Давай поскорей, я хочу есть.

СВЕРЧОК: Провиант ищешь? Так его нет.

ПИНОККИО: То он говорил, что папы нет. Теперь говорит, что нет провианта. Чего еще нет? Меня?

СВЕРЧОК: Это уже не столь глупо.

ПИНОККИО: Спасибо, милый.

СВЕРЧОК: Смеяться потом будешь. Начнем с того, что Джеппетто тебе не папа.

ПИНОККИО: То, что мой папа – ты, я уже уяснил.

СВЕРЧОК: Не перебивай. Он вынул тебя из дерева. Причем плохо вынул... У тебя родовая травма.

Пауза. Сверчок подходит к висящим на стене инструментам, позванивает ими.

Вот этими металлическими чудовищами он тебя и вынул. Это и есть добрые духи, что помогли тебе родиться. (пауза) Не знаю, кого хотел извлечь твой Джеппетто, но извлек он паяца. То есть, ты – полноценный представитель племени существ, награжденных носами, но лишенных разума. Это первое. Теперь – второе.

Достает красивую, вышитую вручную карту.

В ней много уровней, и развернутая, она выглядит, как маленькая пагода.

Знаешь, что это?

ПИНОККИО: Нет.

СВЕРЧОК: (удивленно) Надо же, я думал знаешь. (пауза) Что, правда, не знаешь, не разыгрываешь меня? (пауза) Это карта мира… Здесь много уровней, и всем есть место. Достает указку, водит по уровням карты.

Насекомые, рыбы, птицы, рептилии, звери… Вот, извините за выражение, род человеческий… Здесь чуть-чуть сложней: эльфы, эфирные девы, ангелоподобные существа всех мастей, Лунные Гости, Хранители Сфер, Навсегда Растворенные, Господа Нездесь, Вечные Странники, Евнухи Иллюзии, Водники, Мутники, Лесные Обрубочки, Райские Куколки, произошедшие от выкидыша Евы, и так далее, и так далее… Всем есть место. Но не вам. Раньше вроде бы для вас что-то предполагалось. Теперь это предполагавшееся, кажется, затонуло. Смотри, смотри…

Пиноккио внимательно изучает карту.

СВЕРЧОК: Итак, для каждого есть кусочек мира. Даже для выблядков бытия, даже для минус-людей с ослиными головами. Но не для вас. (пауза) Что, имаго? Удивился, что для ослиных голов есть, а для вас нет?

ПИНОККИО: Да нет, даже не удивился.

СВЕРЧОК: Хватит, насмотрелся. (сворачивает карту) Нечего смотреть на план чужого дома… Первая реакция мира, когда в нем появляется очередная марионетка – хохот. Безудержный хохот. Над тобой будет смеяться каждый встречный. Ты уже многих встретил?

ПИНОККИО: Пока нет.

СВЕРЧОК: Тебе еще всё предстоит… Это для Джеппетто ты ребеночек, деточка, нежный обитатель склянки, а для прочих вы, сударь - деревянное недоразумение, мелкая растительная нечисть, несостоявшаяся растопка. (сам с собой) Кто это перед нами, господа? Никого нет… А, это… Плохая кройка. Бесполая особь, весьма скверно сделанная. Древо незнания. Нагой имаго… Паяц? Клоунский номер? Да какой клоунский номер, так, вышел из полуденного кошмара.

ПИНОККИО: У тебя осталось очень мало времени, хозяин всех уровней.

СВЕРЧОК: Мне нравится, как ты меня называешь. Ладно… (словно вспоминает) Первое, что я должен был тебе сказать: награжденные носами, но лишенные разума, второе: …

ПИНОККИО: Про носы и разум я усвоил.

СВЕРЧОК: Молодчина! (проборматывает) Второе: нечего смотреть на план чужого дома. Третье:.. Идете вы в город, ну, посмеялись над вами, что дальше? А дальше вы обнаруживаете, что вас отовсюду гонят. И аристократы от своих особняков, и ослиные головы от своих минус-жилищ. И тусовка куколок вас не примет. А они принимают почти всех. И вы оказываетесь вычеркнуты отовсюду. Так и быть, еще раз покажу. (вновь достает карту)

Пиноккио внимательно изучает карту.

 

СВЕРЧОК: Взгляни на сей потрясающий мир и осознай, что ни в одной его точке тебя нет.

ПИНОККИО: Это тебя нет, чтобы ни говорила твоя паршивая карта.

СВЕРЧОК: Реплика осталась без внимания. (короткая пауза) А что делать? Выбор невелик. Придуриваться в театре, где тебя будут заставлять делать невесть что и говорить слова, которых ты не понимаешь? А от этого паяцы сходят с ума, которого у них никогда не было, на который они никогда не всходили, и попадают в больницу. А знаешь ли ты, что такое лунатизм паяцев, паранойя паяцев, паячье бешенство? Да у театральных паяцев бешенство – профессиональная болезнь. Хотя, тебя и в театр не возьмут – сразу в госпиталь… А многие ни на что не годные марионетки начинают воровать и попадают в тюрьму. А для паяца попасть в тюрягу, в камеру к самцам, к этим приматам, у которых зло капает с кончика члена… Уж лучше…

ПИНОККИО: Продолжай…

СВЕРЧОК: Лучше… Не-а. Всё - хуже. Жизнь не любит паяцев.

ПИНОККИО: А кого она любит?

СВЕРЧОК: Вы даже не в массовке… (мечтательно) Знаешь, марионетка, эти приматы в камере…

ПИНОККИО: КОГО ОНА ЛЮБИТ?!!

СВЕРЧОК: Она обожает насекомых. Жизнь сама подходит к нам и ласкает нас и мажет своим лучшим бальзамом. Саранча, мои братья, выедают целые Империи Счастья. Опустились на цветущий остров, скажем, Кипр, и за 20 секунд забрали его. Взмыли, и вся мировая любовь уже у них в животах. Следующая остановка: Египет. Приземление. Короткое обладание Египтом. Взлет. И песьеголовые Боги уже смотрят на мир изнутри саранчи. Летят в хитиновых сосудах, как маленькие летчики. Саранча, братья мои. В фазе своей стадной. (посылает вверх воздушный поцелуй) Мы еще, к сожалению, не можем, не можем, к сожалению.

ПИНОККИО: Какой ужас, что я всё это слушаю.

СВЕРЧОК: Насекомые – нескончаемое обирание цветов счастья. Уффь, какие бывают цветы! Не такой сор, что у вас здесь... Это цветы-гаремы, и одалиски разлизывают тебя изнутри, разлизывают… Из всего живого самый большой кайф от жизни получают насекомые.

ПИНОККИО: А от смерти?!!!

СВЕРЧОК: Ммм… Смерть насекомых – самый сладчайший момент. Расчленение. Ты делишься на три, четыре, шесть несравненных наслаждений. В голове, в теле, в оборванных лапках. В миг смерти время растягивается. Это – размазанный, расчлененный Рай.

ПИНОККИО: Я доставлю тебя туда.

СВЕРЧОК: Не доставишь. Ты никому ничего не доставишь, ни боли, ни радости. (осматривая Пиноккио) Что, куколка, нечего сказать?

ПИНОККИО: Нечего. И мне нечего, и ты уже всё сказал. Там – дверь. Вали отсюда!

СВЕРЧОК: Но театр, больница и тюрьма это, в сущности, если очень повезет. Чаще всего марионетке полагается один выход. Так, пройтись по белу свету несколько метров, ощутить всеобщий безудержный хохот и...

ПИНОККИО: Что: «и…»?!!

СВЕРЧОК: Мир устроен так, что особые невидимые силы быстро обнаруживают марионеток, говорят им: «Постой, дружище, а не разбежался ли ты?», а потом выдергивают из бытия некими щипцами. Вот такие дела, имаго.

ПИНОККИО: ПАПАААА!!!

СВЕРЧОК: Оба! Я тоже хочу попробовать. Па-паа!..

ПИНОККИО: ПАПААА!!!

СВЕРЧОК: Не очень.  Да проори ты как следует… Не слышу. Нет звука. Не придет папа.

Пауза.

ПИНОККИО: Что мне делать?

СВЕРЧОК: Хороший вопрос, имаго, но, кажется, я его не расслышал. Ты не можешь повторить?

ПИНОККИО: Что мне делать?!!

СВЕРЧОК: Гмм… Надо подумать… Что ж, поступай в мой лицей.

ПИНОККИО: Но в вашем лицее обучаются насекомые.

СВЕРЧОК: Насекомые.

ПИНОККИО: А как же тогда вы предлагаете мне, паяцу?

СВЕРЧОК: Ты опять доказал, что у тебя деревянная голова. Лицей, где обучаются насекомые, открыт для всех. (пауза) Таких, как ты, я учу в своей школе становиться городами.

ПИНОККИО: Кем?

СВЕРЧОК: Ты будешь мегаполисом для древесных жучков. Если повезет, это будет процветающий город... В твоем носу будет самый элитный квартал.

ПИНОККИО: Расскажи, где еще что будет.

СВЕРЧОК: Ты будешь слушать стенами жизнь своих обитателей. И она войдет в тебя. Будешь съеден, истончишься до прозрачной лазурной оболочки и отдашь душу жучкам. Будешь жить в тысяче жучков, и будешь счастлив.

Пиноккио кидает в Сверчка хирургический молоток.

СВЕРЧОК: Не попал. И не мог попасть. Предметы не слушаются паяцев. Я прощаю. Знаю, как тяжело начинать. Все поначалу и швыряются, и кусаются, и брыкаются. Поступай ко мне, имаго. А первый урок по превращению в Пиноккиополис я дам прямо сейчас. Я добрый учитель.

ПИНОККИО: Не надо.

СВЕРЧОК: Ты не понял. Урок уже идет.

ПИНОККИО: Разве? Что-то я звоночка не слышал.

СВЕРЧОК: Не слышал звоночка? (глубоко и сладко задумывается) А урок идет… Помнишь, я говорил про щипцы, которыми выдергивают из бытия? (смотрит на мутировавшие инструменты Джеппетто) Нет, не о таких щипцах речь… Как бы, вся природа собирается и двумя пальцами изымает марионетку…

Пауза.

Собственно, эта Школа – не здание…

Пауза.

Я попытаюсь изобразить. Как бы, я – природа, которая двумя пальцами... (нагло берет Пиноккио за нос, долго таскает за собой) Вот так, вот так...

Пиноккио кричит, поднимает с пола хирургический молоток и бьет Сверчка по голове.

СВЕРЧОК: Кри! (падает замертво)

ПИНОККИО: Молодец, Пиноккио! (глядя на Сверчка) 100 лет и 1 секунда. Урок окончен.

 

 

-7- ГОЛОД

 

 

Пиноккио по очереди заглядывает во все коробки и банки, стоящие на полу в лаборатории.

ПИНОККИО: Ничего... (раскрывает очередную коробку, отбрасывает) Ничего. (зевает) Если бы мой отец был дома, я не зевал бы до смерти от голода. Папа, где же ты? Неужели ты ничего не оставил для своего ребенка? Какая ужасная болезнь – голод.

Пауза.

 

Пиноккио осматривает комнату…

 

Что-то останавливает его взгляд.

Пауза.

 

Пиноккио некоторое время стоит без движения, потом издает крик безумной радости.

ПИНОККИО: Красотища.

 

Груда мягкого мусора.

На ней – белоснежное яйцо.

Пиноккио берет яйцо на руки.

Гладит.

Целует.

 

Пиноккио танцует с яйцом, держа его в объятьях.

ПИНОККИО: Испечь?.. Всмятку?.. Омлет?.. Яичница?.. Нет, все-таки сварить... Нет, на сковородку... Всё, решено! Пиноккио будет жарить яичницу. Только еще немного потанцуем...

Танец Пиноккио с яйцом.

 

Треск.

Танец.

Треск становится сильнее.

Яйцо вибрирует и дрожит.

ПИНОККИО: В чем дело, приятель?

 

Яйцо лопается.

 

Птенчик без перьев, с кривым клювом и прозрачными крыльями стрекозы.

Прозрачный зоб свисает до пупа.

 

ПТЕНЧИК: Спасибо... Спасибо, что помог нам выбраться. Мы уж думали – никак её не расколошматим.

ПИНОККИО: Кого?

ПТЕНЧИК: Скорлупу, кого ж еще?

ПИНОККИО: А почему ты говоришь про себя: «мы»? Ты что, король?

ПТЕНЧИК: Может быть, и станем со временем. Да, братец? Будем править миром?

ЗОБ: Будем.

 

Сквозь пленку зоба угадываются очертания другого существа.    

ПТЕНЧИК: (Пиноккио) Будь другом, подсоби еще раз. (берет один из хирургических ножей, протягивает Пиноккио)

ПИНОККИО: Зачем ты мне даешь это?

ПТЕНЧИК: (указывая на зоб) Надрежь.

ПИНОККИО: Что?

ПТЕНЧИК: Делай надрез, не бойся.

 

Пиноккио надрезает зоб.

Из зоба вылезает 2-й птенчик, точная копия 1-го, но поменьше.

2-Й ПТЕНЧИК: Оп-ля! Что, брат, свобода? (глядя на Пиноккио) Это еще что за молекула?

1-Й: Не обращай внимания.

2-Й: И то верно. Первое впечатление должно быть приятным. Полетели?

1-Й: Вперед.

Улетают.

 

ПИНОККИО: Счастливого пути...

Пауза, начинает яростно разбрасывать коробки и бить склянки, пауза, успокаивается.

Будем править миром?.. А разве есть другие предложения?

Выбегает из лаборатории.

 

 

-8- ДОРОГАЯ

 

 

Каминная в загородном доме.

У камина, в кресле-качалке сидит старичок лет 70, в алом халате и белом колпаке. 

СТАРИЧОК: Дорогая... Дорогая!.. Спустись, киса!.. Сучка... (орет) Я зову тебя, черт подери!!

 

Со второго этажа дома спускается женщина лет 22-х в розовом японском халате, расшитом аистами.

ДОРОГАЯ: Я не глухая.

СТАРИЧОК: Кисонька, мы же договорились: я зову – ты приходишь.

ДОРОГАЯ: В ванной вода текла, я не слышала.

СТАРИЧОК: У тебя всегда течет вода, когда ты нужна мне.

ДОРОГАЯ: Ну вот, понеслись какашки.

СТАРИЧОК: Не надо.

ДОРОГАЯ: Конечно, не надо.

СТАРИЧОК: Не надо, когда я говорю, говорить, что что-то там понеслось. Понятно?

ДОРОГАЯ: Не очень.

СТАРИЧОК: Я что-то невероятно сложное сказал, да?

ДОРОГАЯ: Зачем звал?

СТАРИЧОК: Кисонька...

ДОРОГАЯ: Для чего звал?

СТАРИЧОК: Послушай...

ДОРОГАЯ: Раз…

СТАРИЧОК: Не считай!

ДОРОГАЯ: Два...

СТАРИЧОК: Прекрати считать!

ДОРОГАЯ: Не можешь сказать, зачем звал -  я ухожу.

СТАРИЧОК: Могу сказать.

ДОРОГАЯ: Вижу, как ты можешь. (быстро уходит наверх)

СТАРИЧОК: Подожди... Что же это такое, а?

 

Стук в дверь.

Старичок вздрагивает.

Стук повторяется.

Старичок тяжело поднимается с качалки и подходит к двери.

СТАРИЧОК: Слушаю.

ГОЛОС ПИНОККИО: Будьте добры, у вас не найдется куска хлеба?

Старичок сначала открывает дверь на цепочку и всматривается в задверную тьму, затем открывает дверь.

СТАРИЧОК: Прошу вас.

Входит Пиноккио.

Старичок запирает дверь и садится в кресло.

 

СТАРИЧОК: Слушаю вас.

ПИНОККИО: Видите ли, я очень голоден, и, не могли бы вы дать мне кусочек хлеба или еще чего-нибудь, если вас не затруднит?

СТАРИЧОК: А еще чего-нибудь – это чего?

ПИНОККИО: Не знаю – чего угодно: яблока, куска сыра, рыбы, ветчины...

СТАРИЧОК: О-хо-хо! Ветчины! Я бы тоже сейчас съел ветчины. Может быть, вместе и перекусим?

ПИНОККИО: Как угодно.

СТАРИЧОК: Кому угодно: мне или вам?.. Я задал вопрос.

ПИНОККИО: Извините, от голода башка распухла, мало что понимаю.

СТАРИЧОК: Ты и сам какой-то раздутый, ну такой, как взбитые сливки, ну, пышненький такой... Как тебя зовут?

ПИНОККИО: Пиноккио.

СТАРИЧОК: Сколько тебе лет?

ПИНОККИО: Не знаю. Скорее всего, нисколько.

СТАРИЧОК: Нисколько. Тоже ответ... Ты паяц?

ПИНОККИО: Наверное, да.

СТАРИЧОК: То есть, ты ни в чем не уверен. Ничего не можешь сказать наверняка… Ну, это нормально. Я тоже мало, в чем уверен. Я последнее время потерял чувство реальности. Я не знаю, где кончается и начинается сон... Но ведь так было не всегда! Как тебя зовут?

ПИНОККИО: Пиноккио.

СТАРИЧОК: Так было не всегда, Пиноккио. Раньше я спал, когда хотел, понимаешь? И видел сны, когда хотел. А теперь сон не спрашивает меня и приходит сам! 

ДОРОГАЯ: (спустилась со 2-го этажа) Здравствуй, дитя. Что привело тебя к нам?

ПИНОККИО: Голод.

ДОРОГАЯ: Бедный. Чего бы ты хотел поесть?

СТАРИЧОК: О, много чего! Хлеба, яблок, сыра, рыбы, ветчины. Так?

ПИНОККИО: Можно еще сладкого.

СТАРИЧОК: И еще сладкого.

ДОРОГАЯ: И сладкого. Конечно, милый человечек. (подходит к телефону, набирает номер) Здравствуйте. К нам зашел паяц, он очень голоден, хочет хлеба, яблок, сыра, рыбы, ветчины и сладкого… Да… Доставьте нам всё это… Гримальди, 111. Ждем. (вешает трубку) Они сейчас приедут, малыш, можешь подождать?

ПИНОККИО: Пока еще могу.

ДОРОГАЯ: Вот и славно. (уходит наверх)

СТАРИЧОК: (с восхищением) «Доставьте нам всё это!» Какая талантливая женщина! «Ты можешь подождать?» Супер! Я люблю её, Пиноккио... Ты крещен? Хотя, что я глупость спрашиваю? Выйди на улицу, пока еда не приехала.

 

Пиноккио на улице, перед дверью особняка.

ПИНОККИО: Что ж эта еда никак не едет?… Сейчас в обморок рухну.

Окно на втором этаже открывается, показывается Старичок.

СТАРИЧОК: Пиноккио!

Пиноккио поднимает голову.

СТАРИЧОК: На! (выливает на Пиноккио ведро воды)

Вой сирены.

Подъезжает полицейский автомобиль.

 

Пиноккио бежит.

Автомобиль следует за ним.

 

Пиноккио бежит.

Пиноккио падает.

Автомобиль останавливается.

 

Двое полицейских выходят из машины.

 

Полицейские медленно приближаются к лежащему Пиноккио, и, когда они оказываются на расстоянии одного шага от него, Пиноккио вскакивает и с быстротой молнии исчезает.

 

 

-9- ОГОНЬ

 

 

Мастерская Джеппетто.

Входит промокший Пиноккио.

Садится у жаровни.

Кладет ноги на жаровню.

Засыпает.

 

Ноги Пиноккио загораются.

Пиноккио не просыпается.

 

Ноги Пиноккио сгорают.

 

Огонь перебирается с ног на туловище.

Туловище Пиноккио сгорает.

 

Сожрав туловище, огонь принимается за руки и шею.

Потом – за голову.

 

Пиноккио сгорает дотла.

 

Лазурные искорки разлетаются по мастерской и быстро гаснут.

 

Входит Джеппетто.

 

 

-10- ГРУШИ

 

 

Пиноккио сидит в колбе, по горло погруженный в раствор.

Джеппетто восстанавливает кисти рук Пиноккио.

 

ПИНОККИО: Я гулял, вернулся домой, а дома – Сверч. Он сказал мне, что я имаго, потом достал карту и сказал, что мне на ней нет места. А потом позвал меня в школу, где меня должны были научить стать городом! Представляешь, не врачом, не ученым, не актером, а городом. Тогда я взял молоток и ударил Сверча. Он упал. А я так захотел есть, что решил пожарить яичницу. Но из яйца вышел птенчик, а из того птенчика еще один птенчик. Это были очень вредные птенчики. Обозвали меня молекулой. А потом я вышел на улицу, стучался во все двери, мне открыл один Старичок, я сказал, что безумно хочу есть, он сказал: «Нету ни фига» – жадина старая! - а тут появляется Она, Дорогая… Да, очень дорогая, ослепительная: наверное, Старичок продал большой красивый город, чтобы купить её, и она сказала: «Подожди немного, малыш, еда сейчас придёт»… И я жду под балконом, а этот дед выходит на балкон и спрашивает не: «Как ты себя чувствуешь, Пиноккио?» - он спрашивает: «Ты крещен?»
Папа, я попросил у него хлеба, а он что мне ответил? И вылил на меня воду. Целый водопад. Еще полиция засияла, я убежал. И дома – дай, думаю, не поем, так погреюсь! А дальше - сон и… Огонь… Очень приятный и прохладный.

Это Дорогая превратилась в Огонь.

Она сожрала меня, и последнее, что я видел – как горят мои глаза. Она сожгла глаза, но зрение оставила.  И эта Дорогая-Огонь шептала: «Взирай на мою красоту». Я видел красоту Огня изнутри. А дальше было что-то необыкновенное, но я уже спал…

Пауза.

Папа, а что такое «имаго»?

ДЖЕППЕТТО: Ты чудо, Пиноккио. Ты понимаешь, что тебя не стало?

Ты сгорел. Весь. Без остатка.

ПИНОККИО: До полного «ничего»?

ДЖЕППЕТТО: Почти. Остались лишь сердце и нос…

ПИНОККИО: Хотя бы это осталось!

ДЖЕППЕТТО: Сердце сияло лазурью.

А нос – огромный, он не оканчивался. Он уходил вдаль. Длинный ход в иные царства.

ПИНОККИО: Я - начало пути в иные царства. Я – лаз?

ДЖЕППЕТТО: Сначала я решил похоронить нос и сердце. И забыть о тебе.

Но потом сказал сам себе: «Попробуй сделать что-нибудь, Джеппетто, ведь этот ребенок уже был, жил, ходил, играл».

Пауза.

И я начал операцию…

Я набрал лесного вещества, протянул нити лесного вещества к твоему лазурному сердцу и стал наращивать новую древесную плоть. Кусочек за кусочком.

И лесное вещество не отторгло твое сердце. Оно стало твоим новым телом.

ПИНОККИО: Сверчок сказал, что меня отторгнут все.

ДЖЕППЕТТО: Я заново вырастил тебя.

ПИНОККИО: Наверное, сложная долгая работа.

ДЖЕППЕТТО: Главное было – не упустить твою невидимую, несгораемую часть.

ПИНОККИО: И ты не упустил. Ты же – гениальный хирург.

ДЖЕППЕТТО: И случилось чудо – ты ожил!

ПИНОККИО: Получается, что я хотел сожрать что-нибудь, а вместо этого огонь сожрал меня.

Пауза.

Ты знаешь, а этот огонь, который сжег мое тело, он почему-то не сжег мой голод.

ДЖЕППЕТТО: Иными словами, ты хочешь есть?

ПИНОККИО: Да, хочу есть – и иными словами, и не иными.

Джеппетто разворачивает сверток. В нем три огромных золотых груши.

 

Пиноккио вылезает из колбы. У него нет ног.

 

ДЖЕППЕТТО: Это мой завтрак, Пиноккио. Но я с радостью отдаю его тебе. Ешь!

Пиноккио брезгливо отворачивается.

ПИНОККИО: Эти груши, папа, они, конечно, большие, золотые, сочные и всё такое, но я не могу их есть.

ДЖЕППЕТТО: Что не так Пиноккио?

ПИНОККИО: Они не очищены.

ДЖЕППЕТТО: Вот как… Несмотря на голод, ты не хочешь есть груши с кожурой?

ПИНОККИО: Огню было не лень очистить меня от тела, оставив от меня один лишь сон, а тебе лень почистить для сына груши?

ДЖЕППЕТТО: Хорошо.

Джеппетто очищает груши.

Серпантин из грушевой кожуры падает на пол…

 

Пиноккио ест три золотые груши.

Сразу проглатывает каждую из них.

ПИНОККИО: Папа!

ДЖЕППЕТТО: Да, Пиноккио?

ПИНОККИО: А это все груши?

ДЖЕППЕТТО: Больше нет.

ПИНОККИО: А других фруктов тоже нет?

ДЖЕППЕТТО: И других нет…

ПИНОККИО: Жаль.

Пауза.

ДЖЕППЕТТО: Разве только…

ПИНОККИО: Что?

ДЖЕППЕТТО: Кожура осталась, но ведь ты отказался её есть.

ПИНОККИО: Я сказал, не подумав. Давай ее сюда.

Джеппетто дает Пиноккио кожуру.

 

Безногий Пиноккио танцует с тремя грушевыми кожицами, как со змейками, постепенно поедая их.

ПИНОККИО: Папа! А тот Пиноккио, которого ты сделал заново – это я или уже не совсем?

ДЖЕППЕТТО: Это ты.

 

 

-11- НОГИ (И НАГОТА)

 

 

Пиноккио оканчивает танец.

ПИНОККИО: Какое счастье – поесть и потанцевать! Но, знаешь, папа, для настоящего танца мне кое-чего не хватает.

ДЖЕППЕТТО: Музыки?

ПИНОККИО: Нет, не музыки. Музыку я найду. (Пауза) Мне не хватает ног.

ДЖЕППЕТТО: Я вижу, Пиноккио.

ПИНОККИО: И тебе это кажется нормальным?

ДЖЕППЕТТО: Не кажется, но новые ноги ты не получишь.

Пауза.

Объясни мне, сын, зачем мне дарить тебе новые ноги, если первое, что ты сделаешь – это сбежишь.

ПИНОККИО: Клянусь, я не убегу!

ДЖЕППЕТТО: Как я могу тебе верить?

ПИНОККИО: Папа, я уже один раз сбежал, и ничем хорошим это не кончилось. Сверчок, Старичок, Дорогая, Полиция, Огонь… Я больше не хочу уходить от тебя.

ДЖЕППЕТТО: Ты так говоришь, потому что сейчас у тебя нет ног.

ПИНОККИО: Я повторю это и когда они у меня будут… Папа, мне намного лучше дома, чем на улице.

ДЖЕППЕТТО: Это невозможно.

ПИНОККИО: На улице совершенно невозможно!

ДЖЕППЕТТО: Новые ноги для тебя. Вот, что невозможно.

Пиноккио хнычет, хватает Джеппетто за штанину.

Джеппетто отстраняется.

Безногий Пиноккио ползет за ним.

ПИНОККИО: (рыдая) Папа! Это все равно, что хирургу без рук! Прости меня!

ДЖЕППЕТТО: Если ты пообещаешь мне…

ПИНОККИО: Обещаю!

ДЖЕППЕТТО: Ты не дослушал.

ПИНОККИО: Я торжественно клянусь: использовать новые ноги для танца, а не для бегства от моего отца Джеппетто.

ДЖЕППЕТТО: И еще ты клянешься, что этими новыми ногами ты сразу же пойдёшь в школу.

ПИНОККИО: Клянусь!

ДЖЕППЕТТО: Закрывай глаза и спи.

Пиноккио притворяется спящим.

Я выточу тебе новые ноги. Может быть…

 

-12- (НОГИ И) НАГОТА

 

Пиноккио бегает по лаборатории.

ПИНОККИО: Новые ноги еще лучше, чем те, которые убежали.

Пиноккио останавливается.

Я иду в школу.

Пауза.

ДЖЕППЕТТО: Прекрасно.

ПИНОККИО: Я сейчас иду в школу.

ДЖЕППЕТТО: Очень хорошо.

ПИНОККИО: Но я не могу идти так.

ДЖЕППЕТТО: Как именно?

ПИНОККИО: Мне надо бы чем-то прикрыть свою наготу… Ведь другие дети не ходят в школу нагие.

Пауза.

У нас есть две возможности. Первая – уехать в далекую теплую страну, где не нужно никаких одеяний и где дети ходят в школу нагими.

И вторая – одеть меня.

Пауза.

 

ДЖЕППЕТТО: Хорошо, Пиноккио, мы идем.

ПИНОККИО: Мы собираемся куда-то?

ДЖЕППЕТТО: Да.

ПИНОККИО: В далекую теплую страну?

ДЖЕППЕТТО: В Лес.

 

 

-13- ОДЕЯНИЕ

 

 

Лес.

ПИНОККИО: Что-то должно случиться?

ДЖЕППЕТТО: Слушай лес, Пиноккио, не говори ничего и не шевелись.

Джеппетто уходит.

Пиноккио остается один на лесной поляне.

Пауза.

 

Крохотные светящиеся лесные существа облепляют Пиноккио и остаются на нем одеянием.

Летучий рой садится на голову – шляпа.

Змейки подползают и оплетают ступни – обувь.

Танцующие в воздухе превращаются в живые узоры на одежде.

 

ПИНОККИО: Я люблю Лес… 

 

 

-14- АЗБУКА

 

 

Мастерская Джеппетто.

 

Пиноккио смотрится в зеркальную поверхность инструментов Джеппетто.

ПИНОККИО: Мне очень хорошо в этой одежде. Она кажется живой и доброй.

Смотрится в разные инструменты.

Эта одежда выпрямляет меня. Я даже не искажаюсь в кривых зеркалах.

Пауза.

Я могу идти в школу.

Пауза.

Хотя… все же… еще не совсем могу.

ДЖЕППЕТТО: Почему?

ПИНОККИО: У меня не всё есть для школы.

Пауза.

Это есть у всех детей, идущих в школу.

Пауза.

И это называется… Азбука!

ДЖЕППЕТТО: Этого Лес не подарит.

ПИНОККИО: А город?

ДЖЕППЕТТО: И город не подарит.

ПИНОККИО: То есть, у меня не будет Азбуки?

ДЖЕППЕТТО: Но город продаст.

ПИНОККИО: Так пойдем и купим.

ДЖЕППЕТТО: Мы не купим.

ПИНОККИО: Почему?

Пауза.

ДЖЕППЕТТО: Отличный вопрос, Пиноккио. У тебя есть деньги?

ПИНОККИО: Смеешься?

ДЖЕППЕТТО: Хохочу до упаду.

ПИНОККИО: А у тебя есть?

ДЖЕППЕТТО: Что сын, что папа.

ПИНОККИО: То есть, школа отменяется?

ДЖЕППЕТТО: Не хотелось бы… 

Пауза.

У тебя будет Азбука, Пиноккио.

 

Джеппетто открывает шкаф, достает шикарный переливающийся плащ, надевает его.

 

Пиноккио не узнает его.

 

ПИНОККИО: Король Леса! (падает на колени)

ДЖЕППЕТТО: Нет, Пиноккио, это я. Джеппетто. Твой отец.

ПИНОККИО: Мой отец – Король Леса!

 

Джеппетто поднимает Пиноккио с колен.

ДЖЕППЕТТО: Жди меня дома, Пиноккио, а я пойду в Город.

 

 

-15- АЗБУКА (ПРОДОЛЖЕНИЕ)

 

 

Мастерская Джеппетто.

 

Джеппетто возвращается с фолиантом.

Обложка украшена минералами.

ДЖЕППЕТТО: Смотри, Пиноккио! Светлые и черные камни - одни сверкают, другие забирают свет.

ПИНОККИО: Где твой плащ?

ДЖЕППЕТТО: Я оставил его.

ПИНОККИО: Кому?

ДЖЕППЕТТО: Просто оставил.

ПИНОККИО: Просто оставил? Почему?

ДЖЕППЕТТО: Потому что сейчас очень тепло.

ПИНОККИО: Жара?

ДЖЕППЕТТО: Тропическая.

 

Джеппетто протягивает Пиноккио фолиант.

ПИНОККИО: Мне расплакаться?

ДЖЕППЕТТО: Не надо.

ПИНОККИО: Папа, а в этой книге написано про имаго?

 

Пиноккио открывает фолиант и тут же закрывает.

 

Снова приоткрывает и опять захлопывает.

 

ДЖЕППЕТТО: Что ты делаешь, Пиноккио?

ПИНОККИО: Там такие картинки! Не похоже на жизнь… Не то, что я вижу вокруг… (открывает и захлопывает Азбуку) Странные лица… Буквы живые, а лица мертвые. Я боюсь их.

ДЖЕППЕТТО: Не бойся, Пиноккио. За тобой - я, а за мной – Лес.

ПИНОККИО: Азбука тяжелее меня…  Донести ее до школы – это уже серьезный урок… (Пауза)  А прочитать – это как океан переплыть. (Пауза) Огненный океан. Но я проплыву – от первой страницы до последней.

Пауза.

ДЖЕППЕТТО: Имаго – это тот, с кем уже ничего не произойдет. Но это не про тебя, Пиноккио.

ПИНОККИО: (распахивает книгу и закрывает ее) Я научусь не бояться этих лиц. Я научусь не бояться их глаз, холодных и обжигающих одновременно. Я… Научусь… Всему!

Спасибо, отец!

 

 

 

 

 

 

 

 Часть вторая.

 

РОЗА И РАФФЛЕЗИЯ ИЛИ ТЕАТР

 

 

-20- МУЗЫКА

 

 

Утро.

Пиноккио идет в школу.

В руке - Азбука.

 

Музыка.

Пиноккио останавливается.

 

Музыка прекращается.

ПИНОККИО: Не прекращайся!

 

Музыка.

Пиноккио танцует.

Пиноккио кричит.

Музыка прекращается.

 

ПИНОККИО: Нет! Не смей!.. Где ты?!

Музыка.

ПИНОККИО: Ясно! Ветер уносит и приносит тебя! Иду навстречу ветру.

Пиноккио идет навстречу ветру.

Музыка прекращается.

Пиноккио останавливается.

 

Музыка.

Пока слышна музыка, Пиноккио бежит навстречу ветру, приносящему её.

Когда музыка прекращается, Пиноккио остается недвижим.

Музыка звучит громче.

ПИНОККИО: Есть! Есть! Ветер уже ничего не меняет!

Пиноккио танцует.

ПИНОККИО: Я тебя кожей выпью!

Падает, катается, валяется в музыке, как в муке, глотает её, намазывает на себя, впитывает…

ПИНОККИО: Это моя музыка. Я её сочинил. Я буду там, где она.

 

 

-21- ТРИНАДЦАТЬ

 

 

Перед театром.

Афиша.

Глашатай выкрикивает содержание афиши:

ПЬЕРО И АРЛЕКИН или Нежный Гомункул!

ЗОЛУШКА или Мясистая Иллюзия!

ДЖЕКИЛ И ХАЙД или Кадавр Умирает!

ФАЛЬСТАФ или Незасираемый!

ДОН-ЖУАН или Безумный Лотос!

ЦАРЬ ЭДИП или Детство Сфинкса!

САЛОМЕЯ или Царевна Явь!

ФАУСТ или Слияние!

ОРФЕЙ или Игла Архангела!

ЖИТИЕ ДРЕВЕСНОГО ПРИНЦА или Житие Лазурного Принца...

 

Пиноккио долго стоит перед афишей.

 

Зрители идут в Театр.

Течет сплошной поток.

ПИНОККИО: Скажите, что здесь сегодня?

Пауза.

ПИНОККИО: Никто не отвечает… Вперед!

 

КОНТРОЛЬ: Стоп, стоп, стоп! Куда это мы лезем?

ПИНОККИО: Мы идем в театр.

КОНТРОЛЬ: Гы, а будь у вас крылья, вы б в него летели. Так?

ПИНОККИО: Насчет крыльев не знаю, но то, что я иду в театр – бесспорно.

КОНТРОЛЬ: То есть, это не обсуждается? Так?

ПИНОККИО: Нисколько.

КОНТРОЛЬ: «Сколько всего прекрасного создал Господь!» Нисколько, ответил паяц...

ПИНОККИО: Я очень прошу вас, пустите меня в Театр!

КОНТРОЛЬ: Ты не очень просишь, ты просто просишь.

ПИНОККИО: Что надо сделать, чтобы меня пустили?

КОНТРОЛЬ: Ты не умеешь этого делать.

ПИНОККИО: Что всё это означает?

КОНТРОЛЬ: Это означает, что я здесь случайно и что скоро я буду вести весь репертуар, а не проверять билеты у деревянных придурков!! (орет) Чтоб я больше не видел ни одной безбилетной твари!

ПИНОККИО: Вот оно что. Безбилетная тварь. Вот, кто я такой.

 Окошко кассы.

КАССА: Осталась только ложа.

ПИНОККИО: Давайте ложу.

КАССА: Тринадцать.

ПИНОККИО: Тринадцать чего?

КАССА: Стружек, малый, стружек. У тебя еще есть время сострогать с себя и с кого-нибудь из твоих приятелей.

ПИНОККИО: (в окошко) Вы сами - труха… (пауза) Если не пустите в театр, я вас всех разорву.

 

ИНОСТРАНЕЦ: Я могу помочь вам, милейший человечек.

ПИНОККИО: У вас есть тринадцать?

ИНОСТРАНЕЦ: И гораздо больше.

ПИНОККИО: Будьте добры, дайте мне тринадцать.

ИНОСТРАНЕЦ: Конечно, прелестный человечек. Сию минуту. Сколько вам будет угодно.

ПИНОККИО: Мне угодно тринадцать.

ИНОСТРАНЕЦ: Возьмите… А что вы хотите за это?

ПИНОККИО: Простите?

ИНОСТРАНЕЦ: Что вы хотите отдать мне за это?

ПИНОККИО: А-а-а… Это не подарок.

ИНОСТРАНЕЦ: Что ты, мальчик? Большего подарка ты не получал.

ПИНОККИО: Я хочу отдать куртку.

ИНОСТРАНЕЦ: (пробует куртку на ощупь) Нет, она такая ласковая, как руки моей тетушки, я буду плакать, вспоминая её, а я не могу больше плакать.

ПИНОККИО: И шляпу я хочу отдать.

ИНОСТРАНЕЦ: Посмотри на мои волосы, человечек. Можно ли такие роскошные волосы прикрывать шляпой?

ПИНОККИО: Что еще? Берите обувь.

ИНОСТРАНЕЦ: Самая изумительная коллекция обуви у меня, и только у меня. К сожалению. Я искал лучше и не нашел.

ПИНОККИО: Хорошо, после спектакля я отдаю себя. Вот, пожалуйста, моё тело, разбирайте на органы, делайте, что хотите.

ИНОСТРАНЕЦ: Щедрый человечек! Какое великодушие… Но мне не подойдут твои органы. Нет таких существ, чьи органы можно было бы мне пересадить. Может быть, в этом и заключается моя трагедия. 

ПИНОККИО: (протягивает книгу) Вот. Я хочу отдать за это.

ИНОСТРАНЕЦ: А это уже - совсем иное дело… Чудесная книга… Нет, нет, сейчас даже заглядывать не буду, а то до дома не дойду. Возьми тринадцать. Ты не заработал эту книгу, тебе её дали, так?.. У меня тоже было время, когда мне всё давал папа. Ты близок мне, деревянный человечек.

 

 

-22- СПЕКТАКЛЬ

 

 

Входит Пьеро в просторном комбинезоне лунного цвета.

Входит Арлекин в шахматном трико.

 

АРЛЕКИН: Я - Арлекин. Это мой друг Пьеро.

Надевает кастет, бьет Пьеро, Пьеро оседает на пол.

Его бью не только я, его все раскрашивают. Я просто не могу относиться к нему лучше, чем мир.

Пауза, бьет лежачего ногой.

Говорят: нельзя служить двум господам, так как не сможешь любить обоих, а будешь любить лишь одного, а другого будешь ненавидеть, или наоборот: первого ненавидеть, а второго любить. Так говорят. Может, они отчасти и правы. Но про себя я могу сказать, что я служу семи господам, всех их люблю, и не только не страдаю от того, что их много, но совершенно счастлив. А у Пьеро нет господина. Он отказался служить кому-либо...

Ворошит ногой лежачего Пьеро.

И что же? А то, что он теперь намного в большем рабстве, чем я, и страдает куда серьезней. Болтается осколок Луны, который никогда, нигде... Эй, Пьеро, слышишь? Никогда, нигде не причалит.

Пауза.

Но однажды, с чего и началась вся наша история, Пьеро попросил меня... Ну, давай, Лунный Дурачок, проси...

ПЬЕРО: (корчась на полу) Арлекин, друг мой. Я хочу посмотреть, как ты работаешь. Как ты служишь семи господам. Проведи меня через один твой день...

АРЛЕКИН: Что ж, первый раз – нормальная просьба... Ну вставай, loony, мой день уже начинается.

 

№1

 

Арлекин в серебристом пуленепробиваемом жилете и тучный дядька по кличке Мясо.

Арлекин помогает Мясу мерить золотистый бронежилет.

Пьеро наблюдает за ними.

 

МЯСО: Худеть мне надо, а то - как ты меня заслонишь?

АРЛЕКИН: Придумаю что-нибудь.  (застегивает на Мясе жилет)

МЯСО: Ты-то придумаешь, тень моя стройная.

АРЛЕКИН: Не жмет?

МЯСО: Да уж, в гробу комфортней.

АРЛЕКИН: Ты пока не знаешь.

МЯСО: Есть ли в мире такое место, где не надо ходить в бронежилетах?

АРЛЕКИН: Есть.

МЯСО: В Чистилище?

АРЛЕКИН: Я не сказал, что знаю, где оно. Я сказал, что оно есть.

МЯСО: Шлем…

Арлекин надевает на голову Мяса шлем.

МЯСО: А сейчас всё пробивают… Хоть весь в металл закутайся.

АРЛЕКИН: А мы наденем бронежилеты на твои сердце, печень, легкие и мозг. И внутри тебя будет рыцарский орден.

МЯСО: Может быть, хоть рыцари защитят.

АРЛЕКИН: От кого ты так ищешь защиты?

Пауза.

МЯСО: Он обидел меня, Арлекин.

АРЛЕКИН: Не знал, что тебя можно обидеть.

МЯСО: Он стал брать чужое. То есть, моё.

АРЛЕКИН: Глупенький.

МЯСО: Я переживать стал. Он сделал так, что я стал переживать. Этот пацан.

(пауза) Он купил одну забегаловку, назвал «Раффлезия» … Вечерами там торчит...

АРЛЕКИН: Может быть, забудем?

МЯСО: Он так нагадил, что никогда не простит.

АРЛЕКИН: Тогда не забудем.

 

Арлекин надевает черную шляпу в стиле 30-х.

 

Затемнение.

 

РАФФЛЕЗИЯ: Я не должен. Я…

АРЛЕКИН: Не надо ничего говорить, я сам скажу. Деньги исчезли на том отрезке пути, к которому вы уже не имели никакого отношения. Так?

РАФФЛЕЗИЯ: Абсолютно верно.

АРЛЕКИН: То есть, деньги исчезли уже после того, как вы их передали.

РАФФЛЕЗИЯ: Вы всё лучше меня знаете.

АРЛЕКИН: Передали другим, и другие потеряли. Понимаю, нет вопросов… Есть вопрос. Вы сделали себе пластическую операцию.

РАФФЛЕЗИЯ: Это не имеет значение.

АРЛЕКИН: Очень дорогую.

РАФФЛЕЗИЯ: Видно, как дорого я теперь стою? Я рад.

АРЛЕКИН: Вас изуродовали.

РАФФЛЕЗИЯ: Самый красивый мужчина оценивает меня – какая удача!

АРЛЕКИН: (вглядывается в лицо) Щеки - куда ни шло. А шнобель?

РАФФЛЕЗИЯ: Длинноват?

АРЛЕКИН: Дорогостоящий мясник хочет, чтобы вы еще раз к нему обратились... Чудовищно небрежная работа. Чудовищно.

РАФФЛЕЗИЯ: Да, нет в мире совершенства.

Арлекин выхватывает секаторы, отрезает Раффлезии нос.

Лазурная вспышка.

 

Кровь. Раффлезия валится на пол.

Пьеро обеими руками хватается за свой нос.

Арлекин заворачивает нос в платок, прячет в карман.

АРЛЕКИН: Я еще приду. Не обращайся больше к докторам, сразу зови меня.

ПЬЕРО: Больно!

Затемнение.

 

№2

 

В темноте вспыхивает изображение немолодого мужчины в военном мундире.

Смена изображения... Молодой человек в смокинге.

Смена изображения... Адмирал.

Встреча деловых людей в офисе.

Отдых семьи на загородной вилле.

Двое в автомобиле.

Четверо с бокалами на банкете.

Маршал, принимающий парад.

Старички, играющие в гольф.

Женщина в жокейском костюме, восседающая на лошади.

Последнее изображение сменяется тьмой.

ГОЛОС АРЛЕКИНА: Все?

ЖЕНСКИЙ ГОЛОС: Вся высшая лига.

Свет зажигается.

Танцевальный зал.

Арлекин и танцовщица в пачке с осиной талией по очереди курят кальян.

Много ширм. Развешены, разложены, разбросаны десятки платьев.

ТАНЦОВЩИЦА: Все они будут на моем выступлении… Но с кем из них мне уйти, Арлекин?

АРЛЕКИН: Его среди них нет.

ТАНЦОВЩИЦА: Ты видел всех, кто может что-то решать. Он среди них.

АРЛЕКИН: Его здесь нет. (пауза) У меня безошибочный нюх на серых кардиналов. Все эти индюки в орденах – не то. Сотри их лица в своей памяти.

ТАНЦОВЩИЦА: Стёрла. (пауза) Кто же он?

АРЛЕКИН: Не ведаю...

ТАНЦОВЩИЦА: Что я скажу резиденту?

Пауза.

АРЛЕКИН: Можно я посмотрю еще раз на твою походку?

ТАНЦОВЩИЦА: Отчего ж нельзя?

Танцовщица проходит перед глазами Арлекина.

АРЛЕКИН: Пройдись еще чуть-чуть... Да... В ту сторону... Остановись... Посмотри под ноги.

Танцовщица поднимает с пола слайд.

ТАНЦОВЩИЦА: Как он мог выпасть?

АРЛЕКИН: Поставь.

 

Свет гаснет.

Вспыхивает слайд.

АРЛЕКИН: Он!

ТАНЦОВЩИЦА: Нет!

АРЛЕКИН: Да.

ТАНЦОВЩИЦА: Арлекин, он неуводимый.

АРЛЕКИН: Ты ли это говоришь?

ТАНЦОВЩИЦА: Как ты безошибочно определяешь серых кардиналов, так я сразу вижу всех неуводимых. Их не так много, но они есть.

АРЛЕКИН: (примеряя венецианскую карнавальную маску) Через него ты добьешься того, что контрразведку возглавит наш ставленник и всё будет остановлено.

ТАНЦОВЩИЦА: Ты меня не слышишь? Я не уверена, что он – человек.

АРЛЕКИН: И я не уверен, но с тобой он уйдет.

Арлекин протягивает ей книгу в муаровом переплете.

Там, где закладка.

ТАНЦОВЩИЦА: (открывает книгу, со страниц книги – слабый лазурный свет) Танец семи покрывал. (лазурный свет становится сильнее) Что это?

АРЛЕКИН: То, после чего он уйдет с тобой.

ТАНЦОВЩИЦА: Ты уверен?

АРЛЕКИН: Уверен. Я уже ставил его. На редкость сильно действующее средство. Особенно на стареющих мужчин.

ТАНЦОВЩИЦА: С кем ты ставил его?

АРЛЕКИН: Он уйдет с тобой... И больше не говорим о нем.

Пауза.

ПЬЕРО: Знаешь, Арлекин, она так преобразилась, когда ты попросил её пройтись. Она стала такой прекрасной... 

АРЛЕКИН: Ты тоже можешь преображать людей.

ПЬЕРО: Не думаю.

АРЛЕКИН: Нет. В том-то и дело, что ты всё время лишь думаешь.

Свет в зале медленно гаснет.

 

Свет резко вспыхивает и...

 

№3-4

 

Две девушки в луче прожектора, прекрасные близнецы.

Одна - в монашеском одеянии. Вторая - совершенно нагая. 

 

МОНАШКА (№3): Арлекин!

АРЛЕКИН: Я здесь.

МОНАШКА: Я больна. Взгляни, как поражено мое тело.

Показывает рентгеновский снимок.

АРЛЕКИН: (в ужасе) Дерзкий враг!

МОНАШКА: Я сражалась с его легионами и потерпела поражение. Нет такой мышцы, артерии, сочленения, косточки, суставчика, куда бы он не проник.

АРЛЕКИН: Да, сестра, они живут в тебе. Каждый обустраивает себе квартирку. (изучает снимок) Их скопления превращаются в поселения, поселения - в колонии. (пауза) Мы выкурим их оттуда, Сестра.

МОНАШКА: Поторопись, Брат.

 

Арлекин надевает на лицо белую повязку и подходит к Сестре.

АРЛЕКИН: Не падай духом, Сестра, у меня есть силки для демонов.

Арлекин ставит Сестре медицинские банки в форме крестов.

Сестра кричит.

МОНАШКА: Боюсь, что поздно. Я умираю. Слуги дьявола везде. Я чувствую, как они размножаются во мне. Брачный сезон у них в самом разгаре. (хриплым басом) Отъебись на хуй, со своими склянками, разъёба.

АРЛЕКИН: Для твоего спасения я готов пожертвовать собой, Святая.

МОНАШКА: Я знала, что ты скажешь так, Арлекин.

АРЛЕКИН: Отторжения не будет?

МОНАШКА: Не малодушничай, брат.

АРЛЕКИН: Бери, Сестра.

МОНАШКА: Беру, Арлекин.

 

Стеклянная ванна в форме креста.

Святая Сестра ложится в ванну.

Арлекин накрывает ванну стеклянной крышкой.

От крышки отходят три прозрачных шланга, которые оканчиваются серебряными иглами.

Арлекин втыкает две иглы себе в вены на руках, третью – в горло.

АРЛЕКИН: Молись за меня, Святая Сестра.

 

Ванна заполняется кровью Арлекина.

 

МОНАШКА: Я оживаю. Они покидают моё сердце, они покидают мою печень, наконец, они уходят из моих глаз, Арлекин! Я очищаюсь, брат.

АРЛЕКИН: Я тоже, сестра…

За окном – гром и молнии. Лазурная гроза.

Затемнение.

 

АРЛЕКИН: Ну и денек!

Арлекин снимает медицинскую повязку, надевает маску-капюшон  "голова черного козла".

 

Арлекин подходит к №4, нагой сестре-близнецу номера три.

Достает из кармана баночку с мазью.

 

Арлекин натирает №4 мазью изумрудного цвета.

Дает №4 в руки метлу.

Пауза.

АРЛЕКИН: В чем дело? Ах, извини...

Арлекин мочится на метлу.

№4 вспрыгивает на метлу верхом и улетает.

От метлы остается лазурный след.

След рассеивается.

Арлекин посылает ей вслед воздушный поцелуй.

АРЛЕКИН: Козочка моя...

 

ПЬЕРО: Как ты можешь служить таким разным стихиям?

АРЛЕКИН: Не настолько они разные.

ПЬЕРО: Святая и ведьма?

АРЛЕКИН: Они – близнецы, их вынашивало одно чрево. Чрево было верным слугой обеим, укрывало, питало соками. Я беру пример с него, Пьеро.

ПЬЕРО: Хорошо, Арлекин, ты бери пример с чрева, а я буду брать пример с тебя.

Затемнение.

 

№5

 

КОРОЛЬ: (зевая) Арлекин, сейчас прибудет посол сепаратистов, прими его вместо меня.

АРЛЕКИН: Конечно, ваше величество.

КОРОЛЬ: Как же они мне осточертели со своими требованиями, петициями, нотами.

АРЛЕКИН: Особенно ноты раздражают, да, ваше величество? Ничего, сейчас они запоют по вашим нотам. (вбок) Пусть посланец войдет.

Арлекин надевает колпак палача.

 

Входит Независимость.

АРЛЕКИН: А, г-н представитель нового суверенного гос-ва. Как вы прекрасно одеты! Ах, у вас все так одеваются? Надо же... А ведь только что голые ходили. И коз употребляли... Нет? Хорошо, ишаков... Не так? А как? И коз, и ишаков?.. Это не вы? Ах, соседний этнос? Не прерывайте меня, я не договорил! Ваши вожди испражнялись, а вы размазывали священные фекалии по деревьям, потому что стен у вас не было. У вас был единственный поганый идол, в пасть которому вы кидали всех, у кого не было дубины себя защитить. Не прерывай меня, козлик, я этого не люблю. За время оккупации вы стали клубом шутов с высшим образованием. Вам создали оперу, балет, цирк, алфавит. Выдаивая метрополию, вы стали заболевать от избытка роскоши. Вашим особнякам дивятся во всем мире. А вашим дотациям еще больше. Родина превратилась в один бесконечный накрытый стол. Вы пьете, гуляете, танцуете и жалуетесь…

Жалуетесь, жалуетесь, жалуетесь…

Вот что бывшие козо- и ослофилы, я дам вам независимость.

Независимость по версии Арлекина - полное отделение от бытия. Полная и вечная автономия. Больше вы не с нами. Вас больше нет. Пошел вон!

Независимость исчезает. Лазурный дымок.

 

КОРОЛЬ: Я хотел ему всё это высказать, но не мог решиться.

АРЛЕКИН: Нерешительность – королевская болезнь, очень опасный недуг. Запор – следствие деликатности. Вам неловко перед отходами, вам не хочется огорчать их актом очищения, и вы оставляете их в себе.

КОРОЛЬ: Я буду стараться вылечиться, Арлекин.

АРЛЕКИН: Старайтесь, ваше величество. А то ведь, если Арлекина, вашей придворной клизмы, не будет – вы лопнете от избытка независимости.

ПЬЕРО: Ты так вольно обращаешься с королем?

АРЛЕКИН: Позволяет.

ПЬЕРО: Если я так скажу ему, меня ведь казнят.

АРЛЕКИН: Если скажешь так же, как только что мне сказал, точно казнят.

ПЬЕРО: А сепаратисты, они что, действительно...

АРЛЕКИН: Забудь о них. Их нет.

 

№6

 

Арлекин надевает шапочку и становится невидимым.

Ночной лес.

Из лунного света выходит Королева Фей.

АРЛЕКИН: (невидимый) С пробуждением, госпожа.

КОРОЛЕВА ФЕЙ: Арлекин! Что происходит?

АРЛЕКИН: Что такое?

КОРОЛЕВА ФЕЙ: Что за картину я вижу? Что за немыслимое избиение, что за разорение, растерзание леса?!

АРЛЕКИН: Я ничего такого не наблюдаю...

КОРОЛЕВА ФЕЙ: Ты что, не видишь, травы распухли от эльфической крови!

АРЛЕКИН: Это роса, госпожа.

КОРОЛЕВА ФЕЙ: Нет, Арлекин, всмотрись, это мои мертвые подданные.

АРЛЕКИН: Да, на росу это не похоже, я был не прав…

Гул.

КОРОЛЕВА ФЕЙ: Они перерезали всех наших эльфов? Мы разбиты?

АРЛЕКИН: Я бы не стал так говорить…

КОРОЛЕВА ФЕЙ: Мы разбиты! Сейчас они убьют и нас... Арлекин, что нам делать?!

Гул усиливается.

АРЛЕКИН: Бежим, королева! Немедленно!

 

Лесная поляна.

На поляне - прозрачные стрекозы, неподвижные, как пустые самолеты на полигонах.

Их крылья преломляют лунный свет.

АРЛЕКИН: Мы улетим на этой, королева... Нет, лучше на другой...

Гул.

КОРОЛЕВА ФЕЙ: Быстрей!

АРЛЕКИН: Я знаю, на какой мы полетим.

Гул нарастает и становится нестерпимым.

АРЛЕКИН: Быстро в сторону!

Алый огненный столп от лесной поляны до черного неба.

Пауза.

Стеклянная пыль оседает там, где были стрекозы.

АРЛЕКИН: (с горечью) Они даже не успели подняться в воздух... Летуны твоего мужа разбомбили их еще на аэродроме. Они даже не попробовали, что такое полет.

КОРОЛЕВА ФЕЙ: Арлекин, нас мне больше жалко.

АРЛЕКИН: Всё очень плохо, госпожа.

КОРОЛЕВА ФЕЙ: Да, всё очень плохо, и ты, Арлекин, не спас меня.

АРЛЕКИН: Не спас. (пауза) Я оказался бездарным полководцем, госпожа… Прости, если сможешь… Меня.

В воздухе сверкнуло лезвие. Из ниоткуда брызнула кровь.

Прощай, госпожа!

Медленно проступают очертания Арлекина.

КОРОЛЕВА ФЕЙ: (в ужасе) Что ты наделал! Мы еще могли спастись!

Пауза.

АРЛЕКИН: Я паршиво зарезался. Надо еще раз... А имитация эльфической крови ничего, да? И то, как они нас размазали – по-моему получилось неплохое шоу.

КОРОЛЕВА ФЕЙ: Арлекин?

АРЛЕКИН: Ты проспала битву, госпожа. Я не осмелился тебя будить. В первые два часа твоего сна мы разнесли вражеский сброд, а потом я думал, чем занять себя в остальные часы. И решил к твоему пробуждению поставить наше поражение.

КОРОЛЕВА ФЕЙ: А Он?

АРЛЕКИН: Он – это кто? О ком ты говоришь таким дрожащим голосом? А, твой бывший супруг, Оберон… Вот, любуйся.

Дает Королеве склянку с маленьким пленником.

КОРОЛЕВА ФЕЙ: (плачет) Арлекин, ты... Так напугал меня... Я же могла умереть...

АРЛЕКИН: Ты бессмертна, моя королева... Салют!!

Лазурный салют над ночным лесом.

Затемнение.

 

№7.

 

ПЬЕРО: Ты выиграл, Арлекин, я восхищаюсь тобой. Твоё служение меняет господ. Наверное, я никогда так не сумею.

АРЛЕКИН: Ты не знаешь себя, Пьеро.

ПЬЕРО: Может быть, увидев, как ты служишь седьмому господину, я что-то пойму.

АРЛЕКИН: Седьмому? Не уверен, что это нужно.

ПЬЕРО: Отчего?

АРЛЕКИН: Можешь не выдержать.

ПЬЕРО: Чего я могу не выдержать, Арлекин?

АРЛЕКИН: Если ты от вида крови зашелся, то на номере семь можешь вообще отойти.

ПЬЕРО: Да что в нем такого особенного? Взгляда я его не вынесу, что ли?

АРЛЕКИН: Взгляда?.. Понимаешь, Пьеро, он чуть-чуть другой. С ним вот так не поговоришь, как со мной.

ПЬЕРО: Что, у него рта нет?

АРЛЕКИН: Рта нет... Нет у него рта... Рта нет у него... Ладно, пойдем, сам увидишь. (пауза) Всё, мы идем.

ПЬЕРО: Я, пожалуй...

АРЛЕКИН: Ничего я тебе не пожалую, пока к седьмому не заглянем. Ты же хотел пройти всё до конца, Пьеро. Вот и пройдешь. Более того, мне кажется, он захочет тебя нанять. Если ты, конечно, выживешь после интервью.

ПЬЕРО: Но у него уже есть ты, Арлекин. Нужен ли ему еще один слуга?

АРЛЕКИН: Еще один? Ха, нас у него тысячи.

ПЬЕРО: А вдруг?..

АРЛЕКИН: Чао!

ПЬЕРО: Не уходи, Арлекин, давай попробуем. Если твой хозяин наймет меня, я не сбегу, обещаю тебе. Если не умру, конечно...

 

 

Арлекин выходит на авансцену.

АРЛЕКИН: Хозяин, как я и предполагал, нанял Пьеро. Но назначил ему испытание. Сначала Пьеро должен был пройти путь Арлекина. То есть поступить на службу к моим шести господам и научиться любить их всех.

 

За большим столом сидят шесть господ Арлекина: Мясо, Танцовщица, сестры-близнецы, Его Величество и Королева Фей.

 

АРЛЕКИН: Поступить-то на службу он поступил, но любить их так и не научился.

 

Входит Пьеро с автоматом и расстреливает своих господ.

Буйство лазури.

 

АРЛЕКИН: Все мертвы. Чисто сработано, Пьеро.

Пьеро стреляет в себя, падает.

 

Длительная пауза...

 

На сцене – Арлекин, шесть лежащих мертвых господ и лунный самоубийца, от которого исходит едва заметное сияние.

Это - то, что видит весь зрительный зал.

 

Пиноккио ничего этого не видит…

 

Пиноккио видит Розу…

 

 

-23- РОЗА ПИНОККИО (СПЕКТАКЛЬ, УВИДЕННЫЙ ОДНИМ ЛИШЬ ПИНОККИО)

 

 

Сначала - ничего.

Завораживающая пустота освещенной сцены.

…Из света, наполняющего сценическое пространство, рождается Роза Пиноккио.

Огромная прозрачная Роза из света.

Её стебель – обитель множества пиноккио.

Их носы выступают в виде шипов наружу. 

Роза истекает вверх – растет.

Стебель вливается, впадает в чашечку.

Вместе с ним вверх струится поток прозрачных пиноккио жидкой природы.

Струение.

И природа пиноккио, заключенных в Розе, истончается по мере их струения вверх.

Они сливаются, растворяются друг в друге тем сильнее, чем ближе они к чашечке.

В чашечке – озеро лазурного света. Души пиноккио перетекают из стебля в чашечку, резвятся в озере и оттуда исходят вверх, к высшим садам. 

 

Один шип Розы не «заполнен». Рядом с полым шипом - незаполненное пространство внутри стебля.

Пустое пространство внутри Розы манит Пиноккио.

 

Пиноккио идет на сцену.

Пиноккио «входит» в Розу.

Его нос заполняет шип.

 

.............

 

- Чужие!

- Чужой на сцене!

 

Пиноккио стоит на сцене между мертвыми господами и Пьеро.

ИЗ ЗАЛА: Это и есть седьмой господин!

Свист зала.

 

 

-24- РЕЖИССЁР

 

 

Кабинет Директора Театра.

Пылающий камин.

 

ОЧЕНЬ НИЗКИЙ ГОЛОС: Давайте знакомиться. Вас я знаю. Вы - маленький варвар, который только что убил искусство. Теперь настала и ваша очередь узнать меня. Я – Манджафокко, директор и режиссер этого театра.

Пауза.

ПИНОККИО: Понятно.

МАНДЖАФОККО (трехсоткилограммовая, рыжебородая гора): Вам понятно? Коли вам всё понятно, расскажите мне, что вы только что сделали?!.. Я слушаю.

ПИНОККИО: Я пошел в театр.

МАНДЖАФОККО: Дальше!

ПИНОККИО: Я смотрел представление.

МАНДЖАФОККО: Допустим, это было священное действо, но ладно, будем придерживаться избранной вами терминологии. Вы смотрели… представление. Дальше!!!

ПИНОККИО: Я вышел на сцену.

МАНДЖАФОККО: Блеск!

ПИНОККИО: Ну, видите ли…

МАНДЖАФОККО: Ты знаешь, над чьим заказом я сейчас работаю? Кто умолял меня поставить спектакль о его жизни?   

ПИНОККИО: Думаю, тот, кому не отказывают.

МАНДЖАФОККО: Это мне никогда не отказывают!!! И сегодня в первый раз это произошло. Сегодня в первый раз моему спектаклю, моему ребенку, моему продолжению отказали в возможности жить.

ПИНОККИО: Я бы не стал так драматизировать.

МАНДЖАФОККО: Что бы ты не стал? Скажи еще раз.

ПИНОККИО: Не скажу.

Пауза.

МАНДЖАФОККО: Вот ответьте мне. Есть что-либо в мире, что вы любите больше всего?

ПИНОККИО: Свободу… Или папу.

МАНДЖАФОККО: А я театр. Папу я разлюбил в 10 лет, а в 17 понял, что никакой свободы не существует. Театр – моя единственная любовь. То есть вы сейчас убили то, что я люблю больше всего на свете. Моё дитя. Мою жизнь. Меня вы убили, господин.

ПИНОККИО: Уважаемый Манджафокко, пожалуйста, отпустите меня, и, клянусь, вы обо мне больше никогда не услышите.

МАНДЖАФОККО: Как же не услышу – вы ведь станете великим мастером сцены.

ПИНОККИО: Я больше никогда не буду переступать порог вашего храма для священных действ.

МАНДЖАФОККО: Конечно, не будете. Потому что вас больше не будет. Я сожгу Вас, как святая инквизиция сжигала колдунов.

ПИНОККИО: Опять меня хотят сжечь.

МАНДЖАФОККО: Опять?.. Ничего страшного, я оригинален только в искусстве.

ПИНОККИО: Пожалейте моего папу. Он бы очень расстроился, узнав, что меня нет в живых.

МАНДЖАФОККО: Ваш папа очень плохой мастер.

ПИНОККИО: Он великий хирург.

МАНДЖАФОККО: У великих хирургов швы незаметны. Повторите.

ПИНОККИО: Если смогу… У. Великих. Хирургов. Швы. Незаметны.

МАНДЖАФОККО: Получилось. (внезапно переходит на визг) Да что я с ним болтаю? Сжечь его!!!

Входят паяцы-слуги в полицейской форме, хватают Пиноккио и тащат к камину.

 

ПИНОККИО: Не сжигайте меня, я обожаю театр!

МАНДЖАФОККО: Ты же говорил: папу или свободу, или я не расслышал?

ПИНОККИО: Это раньше я больше всего любил свободу. А теперь, после того как услышал музыку и увидел сегодняшнее представление - театр!

МАНДЖАФОККО: После сегодняшнего, как ты сказал, представления? Так полюбил сценическое искусство, что не дал ему прожить и десяти минут?

ПИНОККИО: Да.

МАНДЖАФОККО: Значит, тебе понравилось то, что ты успел посмотреть?

ПИНОККИО: Очень.

МАНДЖАФОККО: Зачем на сцену полез? Зачем до конца не досидел?

ПИНОККИО: Я очень полюбил.

МАНДЖАФОККО: Кого, мальчик-кристалл, кого?

ПИНОККИО: Всё полюбил.

МАНДЖАФОККО: Всё любить невозможно.

ПИНОККИО: Возможно. Я всё полюбил.

МАНДЖАФОККО: Что-то произошло, от чего тебе очень захотелось оказаться на сцене.

ПИНОККИО: Да.

МАНДЖАФОККО: Что произошло?

ПИНОККИО: Роза.

МАНДЖАФОККО: Знаешь, я никогда не говорил ни с одним пиноккио. Они просились в мой Театр - я никого не взял… Среди моих паяцев ни одного пиноккио… Но ты… Странен даже для пиноккио... Из чего ты соткан? Из какой окраины пустоты? Черная дыра отказалась от тебя, выпила душу и выплюнула тело? (пауза) Скажи мне, откуда ты взялся?

ПИНОККИО: Я живу в Розе. 

МАНДЖАФОККО: Бедняга, сколько ж ты протянешь?… Ладно, и что бы ты хотел делать в театре? Играть?

ПИНОККИО: О, нет, я не хочу быть актером.

МАНДЖАФОККО: Кем же “хочу быть”?

ПИНОККИО: Режиссером.

МАНДЖАФОККО: Немедленно в печь! Без разговоров.

Слуги волокут Пиноккио к камину.

 

ПИНОККИО: Я мо-гу быть ры-ссё-ром.

МАНДЖАФОККО: Рыссёром?.. Откуда? Ты? Взялся?..

Хорошо, посмотрим, каким рыссёром ты можешь быть. Приведите Арлекина и Пьеро.

Слуги уходят.

МАНДЖАФОККО: Сейчас будешь режиссировать. Если увижу, что не можешь - в огонь.

 

Входят Пьеро и Арлекин.

МАНДЖАФОККО: Так, сэр, ты будешь репетировать с этими актерами. Что, ты говорил, ты любишь больше всего на свете?

ПИНОККИО: Театр.

МАНДЖАФОККО: Не зли меня. До того.

ПИНОККИО: Свободу.

МАНДЖАФОККО: С ними ты сделаешь представление на тему “свобода” и покажешь мне. Идите.

Пиноккио, Арлекин, Пьеро уходят.

МАНДЖАФОККО: Проследите за ним. А то еще свалит, любитель режиссуры.

Короткая пауза.

 

МАНДЖАФОККО: Введите коллегу!

Слуги приводят Пиноккио.

ПИНОККИО: Еще несколько минут.

МАНДЖАФОККО: В театре время самый ценный товар. Его всегда не хватает. У меня нет залежей времени. Оно не бьет фонтаном по моему желанию, это не нефть. Показывай… А где Пьеро и Арлекин?

ПИНОККИО: Они мне не нужны. Я отпустил их.

МАНДЖАФОККО: Так…

ПИНОККИО: (объявляет) Тема – «Свобода». (уходит)

 

Сначала ничего.

Через 10 минут Пиноккио выходит к камину и застывает.

Стоит некоторое время с закрытыми глазами.

ПИНОККИО: Всё.

МАНДЖАФОККО: Что это было?

ПИНОККИО: Я вошел в Розу.

МАНДЖАФОККО: Спасибо за показ. В печь.

ПИНОККИО: Я в Розе, а Роза не сгорает…

Пауза.

Манджафокко чихает.

Много раз.

 

МАНДЖАФОККО: (Пиноккио) Знаешь, что? Я покажу тебе Театр.

ПИНОККИО: Всего-навсего?

МАНДЖАФОККО: Ага. И поверь мне, что этого “всего-навсего” будет для тебя слишком много.

ПИНОККИО: Почему?

МАНДЖАФОККО: Потому, что ты уже не сможешь жить без театра. Ты никогда не забудешь его, никогда не разлюбишь, а самое плохое - то, что, умирая от любви к театру, ты никогда в него не попадешь… В путь! 

 

Манджафокко и Пиноккио поднимаются из подвального помещения, где располагается кабинет, в вестибюль Театра.

 

 

-25- ВЕСТИБЮЛЬ ТЕАТРА. ДЖАНК-ПИНОККИО.

 

 

На мраморном полу вестибюля сидят паяцы.

Быстро вбегает седой паяц.

СЕДОЙ: Я достал «Ромео и Джульетту». Одну паузу.

Паяцы устремляются к нему.

ПИНОККИО: Кто это?

МАНДЖАФОККО: Сейчас поймешь.

 

Лидер, паяц из породы пиноккио, подходит к Седому.

ЛИДЕР: Все отвалили. Отошли, я сказал... Всем поровну. Кто вчера не получал.

Ропот паяцев.

ЛИДЕР: Только, кто вчера не получал, остались. Остальные отошли, я сказал. (Седому) Давай.

СЕДОЙ: У меня в вымени.

ЛИДЕР: Чё, по-другому пронести не мог?

СЕДОЙ: А как я тебе еще пронесу?

ЛИДЕР: Ладно, доставай.

Седой расстегивает рубаху и обнажает левую грудь.

ЛИДЕР: Сдаивай.

СЕДОЙ: Пусть мне помогут.

ЛИДЕР: А сам не может… Помогите ему кто-нибудь.

ДВЕ ПАЯЧИХИ: Ща будет, ща будет…

ЛИДЕР: И что бы ни капли не пролилось.

ПАЯЧИХИ: Обижаешь, Главный.

 

Подставив молокоотсос, Паячихи доят Седого.

ПИНОККИО: Что у него там?

МАНДЖАФОККО: Смотри, смотри…

 

ЛИДЕР: Всё? (Седому) Если что-то в себя сдоил, накажу больно.

СЕДОЙ: На кой мне в себя-то сдаивать? 

ЛИДЕР: Да уж - незачем. (достает шприц, втягивает в него содержимое молокоотсоса) Все видели? (потрясает полупустым шприцем над головой) Больше нет.

Ропот паяцев.

ЛИДЕР: Теперь все аккуратненько, не толкаясь, по одному…

ОДИН ИЗ ПАЯЦЕВ: (полушепотом) Ща себе всё закатит…

ЛИДЕР: (сказавшему) Так. Кто это сказал – ото-шёл… Я жду... Так, пока он здесь, никто ничего не получит.

Паяцы, шипя, выдавливают Сказавшего из своих рядов.

 

Паяцы по очереди подходят к Лидеру, подставляя горло, глаза, языки, ноздри, гениталии, вены.

Лидер по очереди вкалывает каждому дозу. 

 

МАНДЖАФОККО: Вот, милый мой, те, кто любят театр. Может быть, не меньше моего. Но их не берут, и они впрыскивают его себе.

ПИНОККИО: Кого впрыскивают?

МАНДЖАФОККО: Театр... Видишь: кто куда. Всасывают, кто как может.

ПИНОККИО: А товар как достают?

МАНДЖАФОККО: Да всеми способами. Чаще всего воруют.

 

Входит новая группа паяцев с рюкзаками за плечами.

ОДНА ИЗ ПАЯЧИХ: Ребята! Пыли нанесли.

ПАЯЦЫ: Пыль, пыль…

Паяцы набрасываются на рюкзаки.

Вытряхивают из них лучащийся мусор.

Много перьев…

 

Паяцы расхватывают обрывки декораций.

Заменяют свою кожу на ткань лучащихся костюмов.

Вживляют себе в мышцы клочки задника.

Начиняют утробы реквизитом.

 

Под веки на глаза накладывают лепестки цветов волшебного леса.

Паяцы берут колбочки, в которых – свет прожекторов театра.

Вливают свет из колбочек в глаза.

Губки, впитавшие звуки фонограммы, внедряют в ушные раковины.

 

Паяцы курят пудру, смешанную с пылью сцены.

Выпаривают и вдыхают грим.

Глотают пуговицы с костюмов, как колеса.

Вылизывают афиши.

 

Сосут репетиции, хранящиеся в виде кусочков льда.

 

Трансплантируют себе волосы и остриженные ногти любимых артистов.

Впрыскивают себе их кровь.

Закапывают их слезы себе в глаза.

Вкалывают их голоса в гортань, чтобы говорить их голосами.

 

Лидер прилаживает к спине перья...

 

Манджафокко и Пиноккио проходят через вестибюль.

 

ПАЯЦЫ: (заметив Манджафокко) Лешак!

ШЕПОТ ПАЯЦЕВ: Жирный, жирный вылез.

ЛИДЕР: О, кто пришел! Лешак, вруби музычку, не жмись. Музка дай, Лешак. (докалывает себе содержимое шприца)

 

Паяцы облепляют Манджафокко, тянутся к его бороде.

МАНДЖАФОККО: Брысь!!!

Паяцы отступают.

 

Лидер задерживает Пиноккио.

ЛИДЕР: Привет, брат.

 

Впрыснутые обрывки спектаклей живут и разрастаются под прозрачной кожей Лидера.

В животе.

Под мышками.

В раздутом зобу.

В пустой, то и дело, озаряемой мерцающим светом правой глазнице.

В сердце.

 

На спине Лидера перья: вороньи и похожие на лебединые.

На распухший язык надет перстень, украденный у Манджафокко.

Рана на руке перевязана платком, которым Отелло задушил Дездемону.

 

Спрессованные паузы живут в виде шариков под крайней плотью Лидера.

В длиннющем носу – несколько отделений с действами, разделенных тонкими перегородками. Перегородки лопаются, и соседние действа сливаются.

 

ЛИДЕР: Брат, смотри, чего я поставил... (демонстрирует нарост подмышкой) Ввел из «Тристана и Изольды» из 1-го акта, и из «Страны Оз», ближе к финалу. Я взял только Изольду и Железного Дровосека. Мне достаточно для спектакля. Вишь, уже приспособилась к новому парню: ниже пояса – почти стальная. Понял?.. У нас спектакли посильней, чем у Лешака, бывают... Еще смотри. (показывает другую подмышку)

 

Под левой мышкой Лидера – бледно-розовая сфера.

Внутри сферы – сад, и прямо на зеленой траве сада - ванна, наполненная пеной.

В ванной сидят Папа Римский и Афродита.

Папа с жадностью поедает пену, слизывая её с Афродиты.

ЛИДЕР: Сейчас всё дожрет – ломка будет.

Папа доел всю пену и зевнул.

ЛИДЕР: Еще пенки хочешь? А нет больше... Я каждый день что-то новое ставлю. А потом фестивали провожу. Подкожной режиссуры. Понял? Вот еще… Премьера. (показывает разросшуюся левую грудь) На тему вьетнамской войны… Хочешь, сосни малость, я разрешаю...

ПИНОККИО: Нет, думаю, я еще не готов.

ЛИДЕР: Ладно, нам больше достанется.

Засовывает сосок под мышку, и Папа припадает к тропическому ландшафту.

 

ЛИДЕР: Слышь, брат, а ты Жирному – кто?

ПИНОККИО: Никто.

ЛИДЕР: Жаль. А то, я думал, может, попросишь Жирного, чтобы он музка нам подбросил.  Когда, брат, они там свой балаган запускают, мы здесь все подыхаем. У нас реакция на спектакли охуенная.

ПИНОККИО: Нет, не могу. Никто я ему…

ЛИДЕР: А ему все - никто...

 

Крики паяцев.

ЛИДЕР: Кажется, у нас передоза, брат.

ГОЛОСА ПАЯЦЕВ: Дурочка... Разорвало... Ну и воронка... На кой ей второй балет всадили? Она же уже один вынашивала.

 

МАНДЖАФОККО: Обычно они мрут во время спектакля. Стоит музыке заиграть – у них корчи... Многие в первые пять минут действа слетают... Ладно, вестибюль ты видел. Идем дальше, Пиноккио.

 

 

-26- Я ВИЖУ!

 

 

Манджафокко и Пиноккио садятся в стеклянный лифт.

ПИНОККИО: Взлет!

Лифт идет сквозь уровни здания Театра, каждый из которых – сцена со своим зрительным залом.

 

Лифт проезжает первый уровень.

Декорации спектакля «Пьеро и Арлекин».

Сцена пуста.

 

ПИНОККИО: Я вижу!

МАНДЖАФОККО: Вот сюда ты влез со своей Розой.

ПИНОККИО: Отличный спектакль. Прозрачные декорации. Влекущая пустота.

МАНДЖАФОККО: Пустота – потому что ты сорвал, рыссёр.

ПИНОККИО: Я Её не сорвал, я Её заполнил.

 

Лифт проезжает второй уровень.

Идет спектакль «ЗОЛУШКА или Мясистая иллюзия».

 

ПИНОККИО: Я вижу… Сад Хрустальных Цветов…

Сад. Цветы. Золушки идут по ним… Цветы – на облаках. Они похожи на хрустальные туфельки. Золушки осторожно вступают в их чашечки…

Хрустальные цветы выпивают золушек… Через цветы Небесный Сад вбирает их.

 

Лифт проезжает третий уровень.

Идет спектакль «ДЖЕКИЛ И ХАЙД или Кадавр умирает».

 

ПИНОККИО: Я вижу. В шприце Доктора двух детей. Девочек или мальчиков – неважно. Это - прекрасные близнецы. Они войдут в его вену. Но они не растворяются и не пачкаются. Доктор больше не превращается в Хайда. Они с Хайдом превращаются в этих близнецов.

 

Лифт проезжает четвертый уровень.

Идет спектакль «ФАЛЬСТАФ или Незасираемый».

 

ПИНОККИО: Я вижу… Город. Очень красивый. Жидкость вместо улиц. Вино… Дома из дичи. Мосты из мяса. Крылатая свинья – символ города… Город тонет. Воды Эдема затопили её. Все воскресли.

 

Лифт проезжает пятый уровень.

Идет спектакль «ДОН ЖУАН или Безумный лотос».

 

ПИНОККИО: Я вижу… Ад взорван. Тьмы больше нет.

Самая прекрасная женщина, высшее существо, спускается за ним и освобождает его из льда.

Эта женщина – не Эльвира. Эта женщина – он сам.

Дон Жуан уже не человек, а страна, где все женщины живут в вечном, абсолютном счастье.

 

Лифт проезжает шестой уровень.

Идет спектакль «ЦАРЬ ЭДИП или Детство Сфинкса».

 

ПИНОККИО: (хватается за глаза) Я не вижу! Темно!.. (пауза) Всё, опять вижу.

Тело… Всё покрытое очами… Он выкалывает очи на всем теле.

Эдип возносится на Сфинксе, а два его глаза летят с двух сторон и как прожектора освещают путь.

 

Лифт проезжает седьмой уровень.

Идет спектакль «САЛОМЕЯ или Царевна Явь».

 

ПИНОККИО: Саломея играет на гигантском органе. Танцует на его клавишах. Трубы органа уходят в бесконечность. Все они заткнуты отрезанными головами. Зверей, пророков, ангелов…

Танец...

Покрывало-облако - сходит как вода.

Покрывало из цветов – опадает.

Покрывало из бабочек - разлетается.

Покрывало из рыбьей чешуи –  уносится ветром.

Покрывало из змеиной кожи – она сбрасывает.

Покрывало из звериных шкур – срывает…

Тает её нагое тело…

 

Лифт проезжает восьмой уровень.

Идет спектакль «ФАУСТ или Слияние».

 

ПИНОККИО: Я вижу… Ничего нет.

Совсем... Пусто. Черная сцена. Черный свет. Черная музыка.

Ничего нет, потому что спектакль обрел душу и улетел. Ангелы забрали его в свой Театр.  А дьявола уже нет.

Дьявол сгорел при взлете спектакля.

 

Лифт проезжает девятый (последний) уровень.

Идет спектакль «ОРФЕЙ или Игла архангела».

 

ПИНОККИО: Я вижу… Миллионы зверей... Лев с губами Орфея... Леопарды с глазами Орфея... У оленей – кожа Орфея... Долина гейзеров с кровью Орфея... Все купаются в ней...

Есть ад зверей, ад птиц, ад насекомых, ад камней, и Орфей освобождает всех.

МАНДЖАФОККО: Не слишком многих придется выводить?

ПИНОККИО: Ему не надо выводить всех. Он делает так, что каждый вид обретает своего Орфея, и Орфей-лев выводит львов, Орфей-орел выпускает орлов, Орфей-кит освобождает китов, Орфей-роза возносит цветы…

Душа Орфея становится лирой, в которой струны – струи текущих вверх спасенных душ…

Пауза.

МАНДЖАФОККО: Пиноккио, ты посмотрел девять спектаклей.

 

Над последней, самой верхней, сценой – репетиционный зал.

 

Лифт останавливается на уровне репетиционного зала.

 

 

-27- ВЬЮГА

 

Репетиционный зал.

 

Вьюга.

Манджафокко и Пиноккио вступают во вьюгу.

 

ПИНОККИО: Где мы?

МАНДЖАФОККО: Мы покинули видимую часть Театра.

ПИНОККИО: Глаза залепило... Не могу больше идти.

МАНДЖАФОККО: Ты пройдешь через всё.

 

Пух и перья облепляют Пиноккио.

Пиноккио кричит.

МАНДЖАФОККО: Иди!

 

Пиноккио и Манджафокко идут, утопая в белых перьях.

Идут через буран ангелического пуха.

Белый смерч охватывает их.

 

 

-28- ИГЛА ТЕАТРА

 

 

     Прозрачная крыша репетиционного зала - острый купол.

Репетиционное пространство накрыто острым прозрачным конусом.

Игла Театра.

 

Пиноккио и Манджафокко подходят к прозрачной стене, отделяющей Театр от Мира.

У купола Театра есть лишь каркас; его покрытие - 

огромные прозрачные живые цветы.

 

Покрывало из цветов-гигантов – крыша Театра.

Цветы – граница между Театром и Миром.

 

 

-29- РОЙ

 

 

Пиноккио смотрит сквозь прозрачные цветы.

Пиноккио видит нескончаемое струение прозрачного вещества.

МАНДЖАФОККО: Присмотрись.

ПИНОККИО: Не вижу.

МАНДЖАФОККО: Увидишь.

Пиноккио всматривается.

 

ПИНОККИО: Поток никогда не кончится?

МАНДЖАФОККО: Никогда. Мы внутри него.

 

Пиноккио начинает различать, из чего состоит поток.

Сплошной поток существ, обтекающий Иглу Театра.

ПИНОККИО: Живые… Крылья...

 

Ниспадающий поток крылатых существ.

 

Пиноккио поднимает глаза и видит, откуда льется поток…

Из огромной перевернутой Розы.

Нескончаемый рой льется оттуда, где острие Иглы Театра достигает предельной тонкости и входит в сердцевину опрокинутой Розу.

Поток льется из Розы.

 

МАНДЖАФОККО: Ангелы, утратившие Рай. Я нашел Розу и построил под ней Театр.

В этой зоне нет времени. Утрата Рая происходит постоянно. Ангелы льются на мой Театр всегда.

ПИНОККИО: Как Роза попала сюда?

МАНДЖАФОККО: Никто не знает. Она растет и в Раю, и здесь.

ПИНОККИО: Эта Роза страдает. Роза, которую я увидел, была счастливой.

МАНДЖАФОККО: Ты увидел.

 

От скорости падения крылья существ вытягиваются в два луча - два следа.

Их кожа, некогда впитавшая Рай, сдувается, как лазурная пыльца.

Рай сдувается.

Пиноккио чихает.

Манджафокко чихает в ответ.

Обмениваются чихами как репликами.

 

Глаза существ противятся падению…

Глаза, чистые озера на падшей планете, не хотят больше быть на лице и уносятся встречным вихрем.

 

Одно крыло падающего устремляются вниз, другое рвется обратно, в Рай...

И существо разрывается...

 

Они стираются, измыливаются, сгорают...

Оболочки срываются с душ.

 

МАНДЖАФОККО: Они были Раем, теперь они – Падение.

 

Падающие беззвучно кричат.

 

ПИНОККИО: О чем они кричат?

МАНДЖАФОККО: Они кричат.

 

Часть ангелов стремится вернуться в Розу и образует восходящий поток.

 

Игла Театра уходит в раскрывающийся бутон прозрачной Розы,

откуда ниспадают и куда вливаются

нисходящий и восходящий потоки ангелов.

 

 

-30- РАФФЛЕЗИИ

 

 

Пиноккио и Манджафокко у гигантских прозрачных цветов, отделяющих Театр от потоков.

 

ПИНОККИО: Розы Мертвого Сада.

МАНДЖАФОККО: Нет, не розы. Раффлезии. Хищные цветы. Ловцы ангелов.

 

Ангел отделяется от потока и ныряет в раффлезию.

Раффлезия захлопывается.

Ангел бьется в раффлезии.

 

Сквозь лепестки раффлезии – сияние плененного ангела

Раффлезия озаряется изнутри.

 

МАНДЖАФОККО: Смотри на них!

ПИНОККИО: Не могу... Глаза умирают...

МАНДЖАФОККО: Раффлезии – главное, что есть в Театре. Всё, что в Театре - из них.

Пауза.

В начале отторжения от Рая ангелы одержимы лишь одним – вернуть утерянный Рай. Потом им становится всё равно.

Так вот, пока им не всё равно, их ждут раффлезии.

В чашечках раффлезий – имитация Рая. Ложный Рай манит ангелов.

Когда ангелы видят осколки того, что они больше всего любят, они летят сюда.

И здесь ангела ждет раффлезия.

Пауза.

Если она захлопнулась, из нее нет выхода.  

 

Ангелы падают…

 

Чашечки огромных цветов.

В них – ложный Рай.

Ангелы бросаются к нему.

Раффлезии захлопываются.

 

МАНДЖАФОККО: Когда я обнаружил Поток, я сказал себе: Театр должен быть здесь.

И я построил Театр.

И разбил Сад раффлезий.

Это удивительные цветы – в них живет Иллюзия.

Пейзаж, столь похожий на родину ангелов.

Пауза.

И я стал ловцом ангелов.

ПИНОККИО: Для чего?

МАНДЖАФОККО: Увидишь.

 

 

Попадая в раффлезии, ангелы вспыхивают лазурью.

 

Лазурные вспышки.

 

Раффлезии начинают цвести.

 

ПИНОККИО: Манящее цветение!.. Я никогда не видел ничего прекраснее!

 

Ангелы распадаются.

Музыка звучит при распаде.

Раффлезия вибрирует, сияет, звенит, выделяет тепло.

Сияние раффлезии ослепляет…

 

ПИНОККИО: (зажмуривает глаза и затыкает уши) Свет!

МАНДЖАФОККО: Взрыв, Пиноккио. Взрывается желание ангелов вновь обрести Рай. Это – топливо театра.

 

 

-31- ОБЛУЧЕНИЕ

 

 

Лифт раскрывается и репетиционный зал заполняется паяцами в костюмах персонажей девяти спектаклей, идущих в Театре.

 

Паяцы идут к ангелам, плененным раффлезиями.

К лучам, пробивающимся сквозь лепестки хищных цветов.

 

Паяцы купаются в ангелических лучах.

 

Паяцы пропитываются лазурным сиянием.

 

 

Ангелы взрываются в раффлезиях.

Взрывы ангелов облучают актеров.

 

Паяцы заполняются Светом.

 

Свет ангелов смешивается с телами паяцев.

Паяцы обретают подобие ангелической плоти.

 

МАНДЖАФОККО: Мои актеры заряжаются лазурным сиянием от ангелов!

И отдают его на сцене!

Это – облучение, околдовывание зрителя, каждому зрителю хочется стать таким, как мои актеры, превратиться в них.

Паяцы становятся ангелическими звездами.

ПИНОККИО: Надолго?

МАНДЖАФОККО: На время представления. Мне достаточно.

 

-32- ЗОЛОТОЙ ЖГУТ

 

 

Острие струящейся, растущей вверх, устремленной в сердцевину Розы

Иглы – верхняя точка Театра.

 

Из этой точки вниз, через весь Театр, тянется золотой живой жгут.

 

Жгут проходит через репетиционный зал и через все сцены Театра.

 

МАНДЖАФОККО: Хватит лазурных ванн! Пора на сцену.

 

Пропитанные лазурным сиянием марионетки облепляют жгут.

 

Манджафокко достает плетку, сплетенную из живых змей, и рассекает воздух.

Вздымается вихрь белого пуха.

 

Звезда Золушка соскальзывает по золотому жгуту на сцену, где идет спектакль «Золушка или Мясистая иллюзия».

 

Двойная звезда Джекил-Хайд соскальзывает по золотому жгуту на сцену, где идет спектакль «Джекил и Хайд или Кадавр умирает».

 

Звезда Фальстаф пытается взобраться по жгуту вверх.

Манджафокко бьет плеткой Фальстафа.

Звезда Фальстаф соскальзывает по золотому жгуту на сцену, где идет спектакль «Фальстаф или Незасираемый».

 

Звезда Дон-Жуан соскальзывает по золотому жгуту на сцену, где идет спектакль «Дон-Жуан или Безумный Лотос».

 

Звезда Сфинкс соскальзывает по золотому жгуту на сцену, где идет спектакль «Царь Эдип или Детство Сфинкса».

 

Звезда Саломея соскальзывает по золотому жгуту на сцену, где идет спектакль «Саломея или Царица Явь».

 

Созвездие новорожденных звезд Фауст соскальзывает по золотому жгуту на сцену, где идет спектакль «Фауст или Слияние».

 

Блуждающая звезда Арлекин и туманность Пьеро соскальзывают по золотому жгуту на сцену, где идет спектакль «Пьеро и Арлекин или Нежный Гомункул».

 

Звезда Орфей соскальзывает по золотому жгуту на сцену, где идет спектакль «Орфей или Игла Архангела».

Звезда Орфей стирается о жгут и сгорает.

 

ПИНОККИО: Он сгорел.

МАНДЖАФОККО: Это случается. Значит, он слаб. Жгут не выносит слабых. Это - сожжение отбросов.

 

Звезда Орфей-2 соскальзывает по золотому жгуту на сцену, где идет спектакль «Орфей».

И тоже сгорает.

 

 

Вслед за звездами устремляется Свет, излучаемый ангелами.

 

Он струится по жгуту и освещает спектакли разных уровней.

Свет Ангелов – освещение Театра.

Ангелы Раффлезий – его прожектора.

 

 

-33- ПРЫЖОК (ПРЕОБРАЖЕНИЕ)

 

 

Пиноккио заглядывает внутрь раффлезии.

ПИНОККИО: Можно туда?

МАНДЖАФОККО: Можно.

Пиноккио встает на край раффлезии и прыгает внутрь.

МАНДЖАФОККО: До свидания.

 

Пиноккио на дне раффлезии.

 

Пиноккио купается в плененном ангеле.

 

Пауза.

Пиноккио вылезает из раффлезии.

 

МАНДЖАФОККО: (изумлен) Раффлезия не сожрала тебя?

 

 

Пиноккио после раффлезии - грациозная лазурная марионетка, от движений которой исходят сияние и музыка.

 

Нос отделяется от Пиноккио и становится флейтой.

 

Пиноккио играет на флейте и от игры преображается еще больше.

 

Пиноккио играет.

 

Пиноккио завершает преображение.

 

Пиноккио идет к золотому жгуту и спускается вниз.

Нос-флейта становится существом – двойником Пиноккио.

Двойник спускается по жгуту вслед за Пиноккио.

 

 

-34- ОРФЕЙ

 

 

Пиноккио выходит на том уровне Театра, где идет спектакль ОРФЕЙ.

 

Прозерпина собирает ягоды полян Низшего Мира.

Эвридика помогает ей.

 

Пиноккио превращает Двойника в куст с ягодами, которых нет ни в одном из садов Аида.

 

Прозерпина срывает ягоды с Двойника-Носа, ставшего кустом, и отвлекается.

 

В это время Пиноккио вдыхает тенеподобную Эвридику и выносит ее в своих легких из Ада.

 

Уже у самых врат Ада Пиноккио начинает задыхаться – ему нестерпимо хочется выдохнуть Эвридику.

Нос-Двойник из куста превращается в лазурную струну, висящую и напряженную, но отдельную, не натянутую ни на какой инструмент.

Музыка, исходящая от струны, поет:

НЕ ДЫШАТЬ!

 

Пиноккио задыхается.

Двойник из струны превращается в повязку и затыкает Пиноккио рот.

 

Пиноккио с трудом перебирается через границу Ада (границу Сцены), выдыхает Эвридику и вместе с этим выдохом из него медленно уходит и свет ангела.

 

 

-35- ПОТОКИ

 

 

Пиноккио и Двойник взбираются по жгуту со сцены в репетиционный зал.

 

ПИНОККИО: Я сыграл Мистерию Орфея. Теперь я хочу сыграть еще одну.

МАНДЖАФОККО: Я теряюсь…

ПИНОККИО: Житие Древесного Принца.

МАНДЖАФОККО: Ты не сыграешь.

ПИНОККИО: Я слышал, что объявляли такой спектакль. Житие. Древесного. Принца. Его объявляли, но его нет ни на одной из площадок. Где же он?

МАНДЖАФОККО: Значит, время ему еще не пришло.

ПИНОККИО: Значит, время ему пришло сейчас. Сейчас настало время его играть.

МАНДЖАФОККО: Принца нет.

ПИНОККИО: Принц есть.

МАНДЖАФОККО: И где же? Покажи. Не вижу.

ПИНОККИО: Не видишь? Сейчас увидишь.

Пауза.

Внизу все сцены заняты или сыграны.

Пауза.

Я иду вверх.

 

Пиноккио взбирается по Жгуту вверх.

 

Манджафокко достает плетку из живых змей.

Наносит Пиноккио удар плеткой.

Змеи впиваются в тело Древесного Принца.

 

Манджафокко и Принц соединены плеткой.

 

Пиноккио продолжает взбираться по Жгуту вверх.

Манджафокко не выпускает плетку и следует за Принцем.

 

Принц и Манджафокко взбираются.

 

Принц и Манджафокко – у острия Иглы Театра, на самом его верху, в точке, где Жгут и Театр заканчиваются.

 

 

Театр окружен спиралевидными потоками, вихрями, смерчами ангелов.

 

Игла Театра уходит в раскрывающийся бутон прозрачной Розы,

откуда ниспадают и куда вливаются

нисходящий и восходящий потоки ангелов.

 

ПРИНЦ: Роза плачет ангелами. Но Роза не может быть одна. Здесь рядом должен быть Сад. В нем живут ангелы. И Розы не плачут.

 

Принц хочет нырнуть в потоки.

МАНДЖАФОККО: (удерживает Принца): Оттуда ты не вернешься. Это уже точно.

ПРИНЦ: Тебе-то что?

 

Принц подставляется под поток.

И нисходящие, и восходящие ангелы касаются его крыльями.

 

Принц перепрыгивает с крыла на крыла – от одного ангела к другому.

Нос-Двойник резвится поблизости.

 

 

-36- ЖИТИЕ ДРЕВЕСНОГО ПРИНЦА ИЛИ ПРИНЦ БЕЗУМИЯ

 

 

МАНДЖАФОККО: (пытаясь перекричать шум многих крыльев) Здесь мой Театр заканчивается!

ПРИНЦ: Это не твой Театр!

МАНДЖАФОККО: Я его построил!

ПРИНЦ: Ну и что, ты не знаешь, что с ним делать!

МАНДЖАФОККО: Расскажи мне!

ПРИНЦ: Не мешай актерам растить тебя!

МАНДЖАФОККО: Кому, паяцам? Ты предлагаешь, чтобы Золушка и Фальстаф растили меня?!

ПРИНЦ: Не встревай между актерами и ангелами. Тогда актеры расцветут и будут растить тебя. Ты им не нужен! Они тебе нужны!

МАНДЖАФОККО: Да, и без тебя мне тоже не обойтись.

ПРИНЦ: Ангелическая живодерня.

МАНДЖАФОККО: О чем ты?

ПРИНЦ: О тебе. Ангелическая живодерня – то, чем является твой Театр.

МАНДЖАФОККО: Я переименую.

ПРИНЦ: Это и Театром назвать сложно.

МАНДЖАФОККО: Назови проще.

ПРИНЦ: Игла. Ты воткнул Иглу между Театром и Ангелами. Она обросла страданием.

МАНДЖАФОККО: Это не страдание, это обыкновенная работа. Ты перепутал.

ПРИНЦ: Надо выдернуть занозу пока не поздно.

МАНДЖАФОККО: Это говоришь ты, сам сделанный из заноз?

ПРИНЦ: Я выдерну.

МАНДЖАФОККО: Театр в больших дозах вреден для вида пиноккио.

ПРИНЦ: Я поставлю Житие Древесного Принца.

Я начну с того, что уничтожу сценические площадки.

Я не ангелов буду заманивать в Театр, а я актеров запущу в ангелический мир. Он ведь здесь рядом.

МАНДЖАФОККО: И они все ослепнут и погибнут.

ПРИНЦ: Я запущу всех, включая джанков, которых ты не пускаешь даже на галерку по праздникам.

МАНДЖАФОККО: Все умрут.

ПРИНЦ: Никто не умрет. Спектакль будет жить прямо в Розе, играть будут и марионетки, и ангелы, и зрители.

МАНДЖАФОККО: Ты хочешь соединить миры, человечек, но ты не знаешь одного важного слова.

ПРИНЦ: Авторитет?

МАНДЖАФОККО: Нет.

ПРИНЦ: Искусство? Реальность? Жизнь? Ты про эти важные слова? 

МАНДЖАФОККО: Нет, Пиноккио, ты не знаешь слова баланс.

Пауза.

ПРИНЦ: На этом предлагаю закончить дискуссию. Мы благодарим большого режиссера за интересный и содержательный мастер-класс.

МАНДЖАФОККО: Ты не можешь смешивать разные сферы, как тебе взбредет. Они захлебнутся друг в друге и утопят друг друга.

ПРИНЦ: (глядя на ангелов) Как же они любят играть!.. Тебе, как режиссеру, не надо будет ничего делать. Только дай слиться стихиям, которые давно этого хотят.

МАНДЖАФОККО: Не говори от имени стихий, Пиноккио.

ПРИНЦ: Я не Пиноккио.

МАНДЖАФОККО: Неужели?

ПРИНЦ: Я – Древесный Принц.

МАНДЖАФОККО: Ты - Принц Безумия.

Ты думаешь, я тебе просто так показал джанк-пиноккио?

Это ты. Твоя судьба. Жалкий джанк в вестибюле Театра.

ПРИНЦ: Дай Театру и ангелам свободу, и они сделают из тебя великого режиссера.

МАНДЖАФОККО: Я и так режиссер. Моя книга «Окружность идей»…

ПРИНЦ: Срал я в твою окружность…

МАНДЖАФОККО: Срать – это всё, что вы можете! Я вбираю в себя хаос и мусор Театра. Я - блуждающая печень, защищающая Театр от смерти, которую несут такие «гении», как ты. Я стал зобом Театра, опухолью, принявшей на себе раковые клетки. В моем жире плавают осколки безумных проектов и театральных утопий. Во мне растворяются шлаки. Я – склад отходов, черная работа эволюции. Я не даю мусору заполнить Театр!

ПРИНЦ: Мусора нет, Манджа-fuckyou!!

МАНДЖАФОККО: Я человек-чистилище, плотина!

 

 

-37- НИЖИНСКИЙ

 

 

И тут, в дрожании жира Манджафокко,

в глубине его громадного тела

Древесный Принц увидел Нижинского.

 

Нижинский застыл в прыжке, его полет завис в печени директора.

 

ПРИНЦ: Кто это?

МАНДЖАФОККО: Удивлен, человечек?

Это я.

До того, как стал чистилищем.

До того, как на меня налипли роли.

Я хотел превратиться в них, в моих героев, и уйти дальше. Но они не выводили меня, а оставались во мне, как нарывы. Все оставались.

Я впрыгивал из роли в роль – и каждый раз что-то из предыдущей роли оседало на мне – налипало.

Ни одна роль не спасла меня, и ни от одной я не мог избавиться.

Мой прыжок становился всё тяжелее и тяжелее.

Моя последняя роль – Режиссер – додавила меня.

Принц завороженно смотрит на Нижинского.

 

МАНДЖАФОККО: Между слоями жира плавает музыка.

Она причиняет боль.

Целые балеты спрессовались в осколки и ранят меня изнутри.

Драмы - блуждающие по телу пули, часто – разрывные.

Кровоточат мои органы-персонажи.

Желудок-Фальстаф.

Саломея в легких задыхается, ей не хватает воздуха.

Сердце – Орфей, который проиграл.

Все готовы взорваться.

Пауза.

А когда вдруг Нижинский начинает внутренний танец – это жесточайшая мука.

 

ПРИНЦ: (обращается к Нижинскому, игнорируя Манджафокко) Вот, кто сыграет вместе с Принцем в Мистерии. Он и есть настоящая Золотая Игла.

Принц – это нить, которая сошьет все миры, сошьет всё, что развалилось.

А Нижинский – игла!

Это он проведет Древесного Принца по всем Садам.

 

Принц протягивает Нижинскому руку и выводит Нижинского из Манджафокко.

 

Манджафокко в ответ взмахивает змеиной плеткой и сильно бьет Принца.

 

Лазурное сияние покидает Принца.

Пиноккио проступает сквозь Древесного Принца.

 

Нос перестает быть отдельным существом и снова запрыгивает ему на лицо.

 

ПРИНЦ-ПИНОККИО: (обращаясь к Нижинскому) Всё, друг, забудь про этот жир. Летим!

МАНДЖАФОККО: Он не слышит. (втягивает Нижинского)

ПРИНЦ-ПИНОККИО: Это ты меня не слышишь, администратор, окружность идей…

 

Согнутыми указательным и средним пальцами Манджафокко берет Пиноккио за нос и вышвыривает его в ангелический вихрь…

 

 

-38- РОЗА.

 

 

…Вихрь закручивает Пиноккио и уносит по направлению к Розе…

 

 

 

 Часть третья.

 

ПИР ИЛИ ГОРОД

 

 

-39- УТРО

 

 

Утро.

Пиноккио спит среди джанков перед закрытым Театром.

ГОЛОС МАНДЖАФОККО: Пиноккио!.. Пиноккио!

ПИНОККИО: (просыпаясь) Я здесь!

ГОЛОС МАНДЖАФОККО: Как зовут твоего отца?

ПИНОККИО: Джеппетто.

ГОЛОС МАНДЖАФОККО: Он, кажется, хирург?

ПИНОККИО: Да, мой отец – великий хирург.

ГОЛОС МАНДЖАФОККО: Он беден?

ПИНОККИО: Чудовищно!

ГОЛОС МАНДЖАФОККО: Я помогу ему и тебе. Но ты должен выполнить мою просьбу.

Пауза.

ПИНОККИО: Все, что смогу!

ГОЛОС МАНДЖАФОККО: Никогда не думай ни о Театре, ни, тем более, о режиссуре.

ПИНОККИО: О чем, простите? (пауза) Что вы, добрейший Манджафокко! Мне и слово это не очень понятно. Разве что, может быть, я приду на вашу премьеру.

ГОЛОС МАНДЖАФОККО: И на премьеру не надо.

Сверху на Пиноккио падают пять золотых монет.

 

ГОЛОС МАНДЖАФОККО: Прощай, Пиноккио! Поклонись от меня Джеппетто.

Пиноккио кланяется.

 

ПИНОККИО: До свидания, любезнейший Лешак!

Пауза.

 

ПИНОККИО: Ремарка: Пиноккио берет деньги, но о режиссуре не забывает.

Пауза.

Так я тебе и забуду о режиссуре! Я создам самый лучший Театр. Счастье будет струиться со сцены.

Театр будет расти, пока не уйдет в Розу целиком и не утонет в ней, навсегда…

Засыпает.

Просыпается.

ПИНОККИО: А может быть прав Манджафокко? Ну ее в болото, эту рыссуру. Счастье возможно и без Театра.

Джеппетто! Я столько всего куплю тебе на пять золотых.

И себе, конечно, тоже.

Уходит.

 

 

-40- DREAM И REALITY

 

 

Кот и Лиса.

Два пышнейших зверя.

Лиса – золотая шерсть, Кот – серебристая.

 

Когти: серебряные - у Лисы, золотые - у Кота.

 

Хвосты живут своей волнисто-лоснящейся жизнью.

Ощупывают мир.

Сплетаются, когда им самим того хочется.

 

У Лисы не хватает одной ноги.

Кот слеп на оба глаза.

 

В золотой и серебристый мех Кота и Лисы – вкрапления островков лазурного меха.

 

 

Ледяное пространство.

Подвал, где хранятся тела животных.

 

Лиса меряет ноги разных существ.

Кот ест сердце.

 

ЛИСА: Reality, тебе вкусно?

КОТ: Мне вкусно, Dream. А тебе что-нибудь подходит?

ЛИСА: Нет, Reality, мне ничего не подходит.

КОТ: Ни одна лапа? Ни одно крыло?

ЛИСА: Ни одна. Ни одно.

КОТ: Ты уверена, Dream?

ЛИСА: Я уверена, Reality.

Пауза.

КОТ: Хорошо, Dream. Тогда жди.

Пауза.

Ты дождешься меня?

ЛИСА: Я дождусь.

КОТ: Я ненадолго.

 

Кот вскоре возвращается и приносит невероятной стройности девичью ногу.

Возвращение Кота – радость Лисы.

ЛИСА: Протез?.. Живая?

КОТ: Угадай.

ЛИСА: (рассматривает ногу) Неясно.

КОТ: Неважно.

ЛИСА: Если даже протез, то живой. Где взял?

КОТ: Там, где самые красивые ноги.

ЛИСА: Как нашел?

КОТ: Увидел.

ЛИСА: А-ха-ха! (надевает ногу) Как родная!.. Спасибо.

КОТ: Не благодари.

 

 

Покидают подвал, выходят в город.

Лиса изучает толпу.

 

ЛИСА: Все до одного цветы… Ни одного бутона…

Пауза.

КОТ: Глина не хочет быть Адамом. Хочет оставаться глиной.

Пауза.

 

- Подарим новые железы?

- Хороший подарок. Но они ни не возьмут.

- Может быть, другой подарок возьмут?

- То, что ты так любишь дарить?

- Да. Новые очи.

- Приносишь им новые очи, и что они делают? Они захлопывают веки, чтобы новые очи не впустить.

 

Пауза.

Изучают толпу.

 

ЛИСА: Есть!..

КОТ: Dream, тебя ли я слышу?

ЛИСА: Меня. Есть.

КОТ: Мужчина? Женщина? Ребенок?

ЛИСА: Металл.

КОТ: Поясни.

ЛИСА: Золотые… Меня ужалило… Там… Сверкают…

КОТ: Расскажи мне, какие они!

ЛИСА: Золотые, круглые, блестят…

КОТ: Дай потрогать!

ЛИСА: Трогай.

Вдвоем щупают воздух, наслаждаются.

 

- Если бы они у нас были, мы могли бы такое вырастить… Такие джунгли!

- Тропический оазис.

- Эльдорадо-4!

- Лучше Terra Deliria или Driveland…

Пауза.

 

ЛИСА: Я чувствую сокровище, пять золотых осколков. (пауза)

Но я не чувствую того, кто ими владеет.

Пауза.

КОТ: Девочка хорошенькая?

ЛИСА: Мальчик, кажется. Откуда у него золото? Там полное несоответствие кошелька и носителя.

КОТ: Тебе важно знать, откуда? (пауза)

ЛИСА: Нет. Мне важно, что оно есть. И я прошу тебя… Посмотреть…

КОТ: Ты даже просишь посмотреть?

ЛИСА: Да. Гляди!

 

 

Кот достает бинокль, прикладывает к пустым глазницам.

КОТ: Да, ты права, Dream. Чувство не обмануло тебя. Это золото! Пять золотых.

ЛИСА: Не много. Но и не мало.

КОТ: Пять золотых – и у кого?!

ЛИСА: У кого, Reality?

КОТ: У паяца!

ЛИСА: Не верю.

КОТ: Чистая реальность, Dream.

ЛИСА: Не верю тебе, Reality. Ты слеп!

КОТ: Рассмешила, Dream. (настраивает бинокль) Настоящий, классический паяц… Хотя…

ЛИСА: Не совсем паяц?

КОТ: Совсем паяц. Но, все же, что-то не так…

ЛИСА: Дай взглянуть, Reality.

КОТ: Взгляни, Dream.

ЛИСА: (смотрит в бинокль) Вижу золото. Пять золотых. Вижу паяца – носителя пяти золотых. И, кажется, понимаю, что не так, Reality, что именно тебя так смутило… Паяцы малы и ничтожны; мир не замечает ни их жизни, ни их смерти.

КОТ: Они не излучают ничего.

ЛИСА: Но этот самый неизлучающий!

КОТ: Его, словно, вообще нигде нет.

ЛИСА: Это тебя и смутило, Reality.

КОТ: Именно это, Dream.

ЛИСА: Смерть не возьмет его.

КОТ: Нет ниши для исхода.

ЛИСА: Забрать его – значит, нанести рану Царству Мертвых, вонзить инородное тело в Грядущий Мир.

КОТ: Явная и полная непереходимость – даже в мусорные ящики Загробья. (пауза) Он неуводимый.

ЛИСА: У живых мусорных баков, распахнутых для умерших, рты зарастают, когда они видят его.

КОТ: С ним ничего не может произойти. Даже то, что люди зовут Смертью.

ЛИСА: Вообще ничего.

КОТ: Он - имаго.

ЛИСА: Но при этом что-то в нем есть.

КОТ: Это что-то – пять золотых.

ЛИСА: И еще – мечта!

КОТ: Не издевайся, Dream.

ЛИСА: Я не издеваюсь, Reality.

Пауза.

КОТ: Мы убьем его и возьмем золото.

ЛИСА: Нет. Мы не засоряем Царство Мертвых. Мы чистим, а не мусорим.

КОТ: Я готов оскорбить Живые Мусорные Баки для Умерших. Мы зарежем его.

ЛИСА: Мы не зарежем его!

КОТ: У него и души нет. Это не будет преступлением.

ЛИСА: Нет, Reality. Нельзя. Деньги на крови не принесут нам счастья.

КОТ: Да, пока еще ни разу не принесли…

ЛИСА: Но золото мы любим.

КОТ: Ты хочешь сказать...

ЛИСА: Да, Reality.

КОТ: Ты хочешь сказать: Золото – да, а кровь – нет?

ЛИСА: Да. Кровь – нет. Золото, конечно, да.

Пусть ворованные деньги не принесут нам счастья.

Но нам принесут счастье деньги не ворованные.

КОТ: Те, которые нам отдадут.

ЛИСА: Подарят.

КОТ: То есть…

ЛИСА: Да. Именно так... Не мы...

КОТ: А оно.

ЛИСА: Не мы отнимем.

КОТ: А оно отдаст.

 

Сплетаются хвостами.

Достают монетку, бросают жребий.

ЛИСА: Жребий брошен. Теперь я – Reality.

КОТ: Я – Dream.

 

 

-41- У ВРАТ ГОРОДА

 

 

Граница Города.

Кот, Лиса, Пиноккио.

 

ЛИСА: Привет, Пиноккио.

ПИНОККИО: Ты меня знаешь?

ЛИСА: Тебя – нет. Но твоего отца – да.

ПИНОККИО: Вот как?

ЛИСА: Ему плохо.

ПИНОККИО: Отчего же?

ЛИСА: Из-за тебя.

КОТ: Ему плохо потому, что его сын ушел в школу и пропал.

ПИНОККИО: Да, это неприятно. Но ничего. Больше ему не будет плохо.

ЛИСА: Ты так уверен?

ПИНОККИО: Да. Мы с папой теперь богатые люди.

Кот и Лиса смеются.

ПИНОККИО: Смешно?

ЛИСА: Мне смешно, что - богатые, Dream.

КОТ: А мне то, что – люди, Reality.

ПИНОККИО: Слышите? (звенит монетами) У меня теперь есть пять золотых. Так что, мы с папой – теперь богатые.

ЛИСА: А что ты собираешься купить на эти деньги?

ПИНОККИО: Во-первых, мы с папой пойдем в самый дорогой магазин, и я скажу ему: «Папа, выбирай всё, что душе угодно!»

КОТ: Великолепно!

ЛИСА: Не сомневаюсь, папа выберет.

ПИНОККИО: Не сомневайтесь.

ЛИСА: А во-вторых?

ПИНОККИО: А во-вторых, я куплю себе самую лучшую Азбуку и пойду в школу.

Смех Кота и Лисы.

ЛИСА: В школу!

КОТ: Безумие!

ПИНОККИО: Почему безумие? Мне ведь надо учиться.

Приступ хохота у Кота и Лисы.

 

ЛИСА: Милый Пиноккио, как ты не прав.

КОТ: Посмотри на нас.

ПИНОККИО: Смотрю, и – что?

ЛИСА: Мы - жертвы учения.

КОТ: Жертвы своего пытливого духа.

Пауза.

ЛИСА: Я в поисках истины взобралась очень высоко.

ПИНОККИО: И как там, в вышине?

ЛИСА: Пленительно! Но потом… Я упала с огромной высоты и сломала ногу. Как осталась жива – одному Всевышнему известно! Я - жертва высоты. Высокое сделало меня калекой.

КОТ: А я остался без глаз.

ПИНОККИО: Почему?

КОТ: Я их отпустил. Во все миры. Решил: пусть постранствуют. Пусть увидят красоты Вселенной.

ПИНОККИО: Эдип?

КОТ: И теперь мои очи не хотят возвращаться ко мне. Я ослеп от любви к красоте, тайне и знанию.

ЛИСА: Ученье – вред. Калечит подобно проказе… А откуда ты знаешь про Эдипа? Ты читал?

ПИНОККИО: Я не умею читать. Но я знаю. (пауза) Мне кажется, про Театр я всё знаю с рождения…

ЛИСА: Любишь Театр?

ПИНОККИО: Ненавижу! Ведь Театр - сплошная иллюзия.

Пауза.

ЛИСА: Вот. А ты хочешь потратить деньги на такую иллюзию, как образование.

КОТ: Блестящая идея для тех, кто хочет вложить деньги в самоубийство.

ЛИСА: В то время как в мире есть столько всего прекрасного.

ПИНОККИО: Что, например?

КОТ: Город.

ЛИСА: Ты не видел Город.

ПИНОККИО: Видел. Вот, я сейчас в нем. Я вижу его.

ЛИСА: (посмеиваясь) Нет, ты пока еще не в нем. Он закрыт для тебя.

КОТ: Пока.

ЛИСА: Но твое золото откроет тебе его. И ты увидишь, что это за чудо.

КОТ: Город!

ЛИСА: Что есть Театр?

ПИНОККИО: Иллюзия.

ЛИСА: А город – удивительная правда.

ПИНОККИО: Мясистая иллюзия?

КОТ: Истребитель иллюзий.

 

 

-42- ЗОЛОТОЕ ГОРЛО ВСЕЛЕННОЙ

 

 

Появляется Белый Дрозд.

 

ДРОЗД: Лучше сразу подари им жизнь.

ПИНОККИО: Кто это?

ЛИСА: Не обращай внимания, Пиноккио.

ДРОЗД: Они все заберут. И что? Скажут: спасибо? Нет, они не скажут: спасибо. Они сожрут твою жалкую паячью сущность, не поперхнутся и тебя же будут презирать. 

ПИНОККИО: Что с ним?

ЛИСА: Он болен.

КОТ: Не в себе.

ДРОЗД: А кто в себе? А вы в себе? Такие, как вы, и обманули меня. По наущению аферистов я пересадил себе новое горло. Они сказали, что я буду лучшим певцом мира. Что это будет «Золотое Горло Вселенной»!

КОТ: Ты очень много болтаешь.

ДРОЗД: И что же? Я пересадил горло, и что получил? Лучший голос в мире?

ПИНОККИО: Этого точно не получил.

ДРОЗД: Нестерпимую боль! Вот, что я получил. Я не могу не то, что петь, я не могу глотать!!! Все свои сбережения я потратил на смягчители боли. Понимаешь, о чем я?

КОТ: Ты очень много болтаешь.

ДРОЗД: Сколько могу, столько болтаю. А скоро – не смогу. Каждое слово – игла, предложение – нож, ария – гильотина. (хватается за горло)

КОТ: Я прописываю тебе паузу.

Пауза.

ПИНОККИО: Давай, купим ему смягчителей. У меня ведь есть, на что.

ЛИСА: Шшш! Пиноккио, ты не сделаешь этого.

ДРОЗД: Почему вы затыкаете ему рот? Он имеет право... Говори, театральный человечек, это очень интересно.

КОТ: Он не будет говорить с тобой.

ДРОЗД: А это не ваше с Лисой дело! Это наше с паяцем дело!

КОТ: (дает Дрозду веточку) Держи!

ДРОЗД: Что это?

КОТ: Приз.

ДРОЗД: За что, позвольте спросить? По милости мошенников я не могу принимать участие в оперных конкурсах.

КОТ: Приз самому глупейшему глупцу года.

ЛИСА: Да, Dream. Даже ангелы поразились такой бескрайней глупости.

КОТ: Да, Reality, я вижу их вытянутые от удивления лица, слышу их изумленный шепот.

Пауза.

ДРОЗД: Dream? Reality? Такие клички?.. А это не вы ли подсунули мне золотое горло?

КОТ: Не мы.

ДРОЗД: Нет, это вы!

ЛИСА: Мы не могли этого сделать, мы работаем не так…

ДРОЗД: Именно вы и могли! Мечта и Реальность договорились между собой, ходят по белу свету и вместе обманывают всё живое!

КОТ: Тебе сказали, мы не так работаем.

ЛИСА: Мы не даем золотое горло.

КОТ: Мы берем золотое сердце.

 

Кот вырывает у Дрозда сердце, сжирает.

 

ПИНОККИО: Почему вы так поступили с ним?

КОТ: Надоел.

ЛИСА: Пусть не лезет.

КОТ: Да, пусть не вмешивается.

ПИНОККИО: Да, Дрозд. Очень неудачная ария.

ЛИСА: Забудь о нем. Хочешь взглянуть на Город?

ПИНОККИО: Может быть… И, все же… Скажите, что в нем такого, в этом вашем Городе, что я должен идти с вами его смотреть?

КОТ: Я скажу тебе.

 

 

-43- ЖИРНЫЕ ГЛАЗА

 

 

Появляется жирный морской Свинк.

СВИНК: Не слушай их, мальчик. Это очень плохие существа. Лучше дай мне руку, и я отведу тебя к папе.

ЛИСА: (Свинку) Хочешь отвести его к папе? Забирай.

Пиноккио, дай ему руку.

 

Пиноккио протягивает руку Свинку, Свинк берет Пиноккио за руку.

 

КОТ: (Свинку) А меня отведи к моему папе. (отрывает Свинку голову)

Фонтан крови обливает Пиноккио.

ЛИСА: Ты спрашивал, что в нем такого, в этом нашем Городе?

ПИНОККИО: Да, я спрашивал.

ЛИСА: Я тебе отвечу.

ПИНОККИО: Я слушаю.

ЛИСА: Город, а не Театр – зона подлинной режиссуры.

ПИНОККИО: Я иду с вами.

КОТ: (подносит к глазницам голову Свинка) Тьфу! Даже примерять не буду. Жирные мертвые глаза.

ЛИСА: Не надо, Dream. Идем. Покажем ребенку искрящийся мир…

 

Трое идут в Город.

 

 

-44- БАР «СДАЧИ НЕ НАДО»

 

 

Кот, Лиса и Пиноккио у барной стойки.

Все трое пьют дорогие многоэтажные коктейли.

 

КОТ: Ты пробовал «Ноктюрн»?

ПИНОККИО: Нет.

КОТ: (бармену) «Ноктюрн». (Пиноккио) Это детский коктейль. Его можно и с материнским молоком мешать.

ПИНОККИО: У меня только папа. Я не знаю, что такое материнское молоко.

КОТ: Я без намеков.

ПИНОККИО: Я оценил вашу деликатность.

КОТ: Губы древесных младенцев не знают, что такое материнская грудь.

ПИНОККИО: Неужели?

КОТ: Знаешь, что написал один добрый доктор? Если в детстве ребенка не кормили грудью, потом из него ничего хорошего не вырастет… Вырастет или Старина Джек Копошитель – всякие женские тела в багровых тонах…

ПИНОККИО: Или?

КОТ: То же самое, но в мечтах, лежа на диване… Диван есть?.. А еще добрый доктор написал…

ПИНОККИО: Но ведь доброго доктора можно и послать.

КОТ: Пока так получается, что посылают его пациентов.

ПИНОККИО: А мы попробуем – доктора.

КОТ: Есть такое слово – млекопитающие. И уже среди них есть те, кого этим млеком обделили. Но для начала надо принадлежать к этому классу. Так что… (вглядывается в Пиноккио) Старина Копошитель из тебя не выйдет и не пройдется, Город будет спать спокойно. 

ПИНОККИО: Заспался этот Город. Может вообще не проснуться.

КОТ: Разбуди! Для того мы тебя с ним знакомим… О! Детский коктейль подан.

ПИНОККИО: То, что заказывают, когда надо плеснуть в морду?

КОТ: Попробуй.

Пиноккио выплескивает коктейль в морду Коту.

Кот ловит коктейль пустой глазницей.

Коктейль исчезает в глазнице – ни капли не проливается.

КОТ: Выплеснул? (Бармену) Еще один «Ноктюрн».

ПИНОККИО: А тебя кто ослепил? Ни за что не поверю, что учеба и образование.

КОТ: Все задают один и тот же вопрос: Кто ослепил?

ЛИСА: Никто. Сам себя. Выпил из Реки Блаженства и ослеп.

ПИНОККИО: Может, и мне - на эту речку. Пить не буду, так – искупаюсь.

КОТ: Нет, Пиноккио, я ослеп не оттого, что пил из реки Блаженства. Я вообще не слеп.

Я говорил тебе, что я их отпустил. Мои глаза странствуют по мирам и видят дивные картины.

Но я могу разговаривать с ними, с моими глазами-странниками.

ПИНОККИО: Чудная Слепота.

КОТ: Чудная. Но Её хромота чудесней.

ПИНОККИО: В чем же эта чудесность?

КОТ: (Лисе) В чем? Ответь человечку… (пауза)

ЛИСА: Знаешь выражение: одной ногой в могиле?

ПИНОККИО: Слышал.

ЛИСА: А что за могилой, как тебе кажется?

ПИНОККИО: Рай?

ЛИСА: Так вот, я одной ногой в Раю. (пауза) Знаешь выражение: где не ступала нога человека?

ПИНОККИО: Я не человек, но, все равно, слышал.

ЛИСА: Так вот, я вступаю в такие зоны Рая, где, точно, не было человека.

ПИНОККИО: Повезло этим зонам. А почему не двумя ногами?

ЛИСА: Я сейчас вхожу. Я сделала первый шаг.

ПИНОККИО: А если б я ответил, что за могилой – Ад?

КОТ: Мы бы купили тебе еще один «Ноктюрн».

Пауза.

ПИНОККИО: А они могут увидеть Розу? Твои глаза?

Пауза.

ЛИСА: Нет, Пиноккио, не так… Сначала пьешь из нижних этажей коктейля, потом – из верхних, потом – из средних.

КОТ: Ты не права, Блеск.

ЛИСА: Я права, Нищета.

КОТ: Не права. Смысл в том, чтобы человечек пил не так, как надо, а так, как ему хочется.

БАРМЕН: Что-нибудь еще?

КОТ: Нет.

БАРМЕН: Может быть, кофе? У нас – вкусный кофе.

ЛИСА: Спасибо, нет.

Пауза.

БАРМЕН: Меня зовут Карло. Я хозяин этого бара. Но я очень люблю лично творить коктейли для моих клиентов.

Пауза.

БАРМЕН: Если что-то понадобится, позовите меня.

КОТ: Счет.

БАРМЕН: Одну секунду.

Пауза.

Пиноккио сражается с коктейлем.

 

Бармен приносит счет.

Пауза.

Кот и Лиса смотрят на Пиноккио.

Пауза.

Пиноккио достает один золотой, протягивает бармену.

Пауза.

БАРМЕН: У меня нет сдачи.

КОТ: Хорошо, мы берем все бутылки. (Показывает на полки за спиной бармена)

БАРМЕН: У меня нет сдачи.

ЛИСА: В таком случае, мы покупаем твой бар.

БАРМЕН: Все равно, мой ответ будет таким же. Сдачи нет.

КОТ: Тогда кофе.

БАРМЕН: Подождите немного, я сейчас вернусь. (Убегает)

ПИНОККИО: А можно я не буду допивать?

ЛИСА: Пиноккио, сегодня всё можно.

 

Бармен возвращается.

В одной руке – листок бумаги, в другой – дипломат.

БАРМЕН: Вот. Это - расписка, что я отдаю вам свой бар «Сдачи не надо» за долги. Я потом пришлю документы... А это… Я собирался покупать еще бары… Наличные…

Распахивает дипломат, протягивает Коту.

Пауза.

БАРМЕН: Но, все равно, я вам должен.

Пауза.

КОТ: Нет.

ЛИСА: (заглядывает в дипломат) Этого достаточно.

БАРМЕН: Правда? Достаточно?

КОТ: Вполне.

ЛИСА: Мы в расчете.

 

Бармен хватает золотой, с золотым в руках кружится по бару в диком танце.

БАРМЕН: Я больше никогда! Никогда! Никогда! Не буду работать!

 

ПИНОККИО: (глядя на танец) Что это?

ЛИСА: Мы начинаем знакомство с Городом, Пиноккио.

Бармен, танцуя, уходит.

ЛИСА: Нам тоже пора.

Кот, Лиса и Пиноккио поднимаются и выходят.

В руке Пиноккио – дипломат.

 

 

-45- ЛАДОНИ

 

 

Город.

Нищие обступают Пиноккио и тянут к нему руки.

НИЩИЕ:

- Жрать…

- Выпить… 

- Соскучился по ласке!

 

Кот плюет им в протянутые ладони.

 

Нищие сжимают руки в кулаки и не могут разжать.

 

НИЩИЙ: Не могу разжать!

ЛИСА: Попробуй заработать на хлеб кулаками, а не протянутыми ладонями.

 

 

-46- БЕЛОЕ ПРОСТРАНСТВО (ПЛЯСКА)

 

 

Неизвестное пространство.

Пиноккио зарыт по горло в белый порошок.

 

Пиноккио поднимает руку.

Столб белой пыли оседает на его носу.

Пиноккио чихает.

 

В руке Пиноккио – диктофон.

Пиноккио нажимает кнопку.

 

 

ПИНОККИО: Дорогой отец… (Пауза) Нет, никакой ты не дорогой отец. (Пауза) Ты - мой любимый папа Джеппетто!

Папа, мне очень хочется рассказать о том, что я увидел в Городе, и поскольку писать я не умею, то я говорю для тебя в эту черную шипящую точку.

…Сначала мы были в баре «Сдачи не надо», который, вроде бы, уже наш…

Там я наблюдал сумасшедшую пляску бармена. Он был как взбалтываемый коктейль. Я даже испугался, что он расплещется и весь истечет…

Потом были еще бары… Вереница баров…

Бары «Крылья», «Микки и Демон», «Мертвая царевна», «Полдень в Манагуа», «Мулат»…

Пауза.

В «Мулате» Блеск и Нищета танцевали…

 

 

-47- «МУЛАТ» (ТАНЕЦ)

 

 

Кот и Лиса танцуют.

 

ГОЛОС ПИНОККИО: Их шерсть переливалась.

Это были две волны.

Волны, которые вплывали одна в другую. 

На своей единственной ноге Блеск была похожа на рыжий смерч.

А глазницы Нищеты – две воронки, втягивающие пространство.

Пауза.

И время, наверное, тоже.

Потому что танец их длился лишь мгновение, а мне казалось – вечность.

Пауза.

А потом был бар, который мне сразу не понравился, но Нищета сказал: «Зайдем. Неприглядной стороны Города тоже надо отведать».

Бар «У друзей»…

 

 

-48- «У ДРУЗЕЙ» (HOMO SAPIENS)

 

 

Кот, Лиса и Пиноккио при входе в бар «У друзей».

Мрачное, серое заведение.

 

ЛИСА: Посмотрите, что они пишут!

КОТ: Читай, Блеск!

ЛИСА: «For Homo Sapiens only!»

Только для представителей человеческого вида.

Вход запрещен… Двоеточие… Всем видам животных, демоноидам, инопланетным, иносферным, жителям стихий… Далее длинный перечень… Мутантам и паяцам. Точка».

То есть, нам никому нельзя.

 

При входе - вышибала-мандрил.

МАНДРИЛ: Так, читать умеем?.. Оревуар!

 

Кот открывает дипломат, дает Мандрилу купюру.

МАНДРИЛ: Ну, вы так, потихоньку, чтобы вас не увидели… А то, народ, сами понимаете…

 

Кот, Лиса и Пиноккио за столиком в баре «У друзей».

ЛИСА: В меню только водка и пиво.

Пауза.

ЛИСА: Вокруг – лишь угрюмые молодые мужчины.

Пауза.

ЛИСА: И зачем мы здесь?

КОТ: Я, кажется, знаю, зачем.

 

У входа в бар.

4 человека и Мандрил.

ЧЕЛОВЕК: Как они прошли?

МАНДРИЛ: Да там один неправильно припарковался – я отошел выяснять; ну, они, наверное, пока меня не было, шмыг.

ЧЕЛОВЕК: На их шмыг мы ответим антишмыгом.

МАНДРИЛ: На кейс обратите особое внимание.

ЧЕЛОВЕК: Обратим.

 

Кот, Лиса и Пиноккио выходят из бара.

ЧЕЛОВЕК: Что мы имеем? Кошка драная – один экземпляр, хромой шакалоид – одна единица и, судя по всему, их домашний питомец.

ВТОРОЙ ЧЕЛОВЕК: И один кейс.

ЧЕЛОВЕК: Да, и один кейс. (Пауза) Видите ли, господа пушистые – мы очень тяжело работаем. После работы приходим сюда отдыхать и во время отдыха хотим видеть вокруг исключительно человеческие лица. Понятно?

ВТОРОЙ ЧЕЛОВЕК: Нет, им не может быть понятно. Ты же не с людьми разговариваешь.

Смешок.

ЧЕЛОВЕК: Таким образом, вы проявили полнейшее неуважение к нашему отдыху, а значит и к нашей работе, и к нашей жизни.

ЛИСА: Мы приносим свои извинения, господа Homo Sapiens, просим разрешения компенсировать вам моральный ущерб…

Кот достает три купюры.

ЛИСА: И заверяем, что это больше не повторится.

ЧЕЛОВЕК: Что же это происходит, ребята? Нелюди предлагают человеку деньги. Они считают, что мы опустимся до того, чтобы брать капусту не из человеческой руки, а из лапы??

ТРЕТИЙ ЧЕЛОВЕК: И что это за проклятый мир, где у зверюг больше бабла, чем у нормального работающего человека?

ЧЕЛОВЕК: Мы не можем наказать этот мир, но мы можем поставить на место хотя бы трех его неправедных представителей.

Люди достают цепи, ножи и проволочные плетки.

 

ЛИСА: Мы хромы и слепы, господа.

ВТОРОЙ ЧЕЛОВЕК: А мы двуноги и зеленоглазы.

КОТ: Но наши увечья заразны.

ЛИСА: Во избежание эпидемии предлагаю просто разойтись.

ВТОРОЙ ЧЕЛОВЕК: Раздели твое предложение на два и засунь под два хвоста.

ТРЕТИЙ ЧЕЛОВЕК: Грядет великий переход из живого уголка в мертвый, братья наши меньшие!

ЧЕТВЕРТЫЙ ЧЕЛОВЕК: Бей мохнатых!

Бьет Лису цепью.

 

Драка. Секунды…

 

2 Homo Sapiens валяются без движения, 2 - ползают на карачках в крови.

МАНДРИЛ (глядя на ползающих): Как я влип! Людишкам надо было принять извинения! Как я влип!

 

Белое пространство.

 

ПИНОККИО: Потом, милый папа, я наблюдал, как Блеск и Нищета плещутся в городском фонтане, смывая человеческую кровь.

Я видел, как вода окрашивается багровым. Это очень красиво.

Пауза.

После того грубого бара, папа, нам захотелось чего-то изысканного.

И мы пошли в «Третье рождение», ресторан с пляжем на море…

 

 

-49- ПЛЯЖ

 

 

Море. Пляж.

 

ЛИСА: Особый пляж, дорогой.

КОТ: Геронтократия.

ЛИСА: Бароны, герцоги.

КОТ: Ящеры.

ЛИСА: 106 лет.

КОТ: 111.

ЛИСА: Каталки.

КОТ: Инвалидки Феррари.

 

 

В шезлонгах три старца: 2 Старика и одна Старуха.

Инвалидный шезлонг Неходячего Старика – смесь зубоврачебного кресла и сиденья Роллс-Ройса, украшен драгоценными камнями.

Старуха загорает topless. Вместо грудей у нее - розы. Правая – цветущая, левая – увядающая.

Медсестра в белом халате опрыскивает груди старухи.

 

Кот, Лиса и Пиноккио садятся в пустые шезлонги (рядом со стариками).

 

КОТ: Восхищаюсь вашей грудью. Клянусь, давно не видел ничего подобного.

СТАРУХА: Что вы! Правая грудь – да, пышная, а со второй ничего не могу поделать. Не желает цвести, и всё.

ЛЫСЫЙ СТАРИК: И не зацветет.

ЛИСА: Почему вы так думаете?

ЛЫСЫЙ СТАРИК: Сказать откровенно?

ЛИСА: Если можно…

ЛЫСЫЙ СТАРИК: Одно слово: шар-ла-та-ны.

СТАРУХА: Лапочка, ты не прав.

ЛЫСЫЙ СТАРИК: Продал один из своих домов, хватило на один мизинец. (поднимает вверх левый мизинец)

 

Мизинец сияет.

Все изучают его сияние.

 

ЛЫСЫЙ СТАРИК: Один мизинец. А остальные пальцы? А ноги? А, извиняюсь, лицо? Им всем как было 99, так и осталось.

СТАРУХА: Погоди немножко, лапочка, еще подействует. Мы же здесь недавно.

ЛЫСЫЙ СТАРИК: Надоело «годить». Если через месяц не подействует, буду судиться.

НЕХОДЯЧИЙ СТАРИК: Я тоже не могу особо похвастаться. Всё, чего я добился - прозрачные младенческие ногти.

КОТ: Позвольте взглянуть.

НЕХОДЯЧИЙ СТАРИК: Сколько угодно. Мне не жалко.

КОТ: (смотрит ногти Неходячего на свет) Да, слеза.

СТАРУХА: Нам обещали, что здесь всё излучает омоложение. Даже галька.

 

Эфиопы подвозят тачку с белой галькой, высыпают.

 

Появляются официантки.

Это – сиськи.

Живые, живущие своей отдельной жизнью.

Их много.

 

Белые. Черные. Других цветов.

Миниатюрные и гигантские.

Со многими сосками – не человеческие.

Двойные сиськи – одна в другой.

 

На сиськах – татуировки: названия напитков.

 

СТАРУХА: В них напитки такие – очень пьянящие…

 

Пиноккио пытается прислониться к сиреневой сиське.

 

СТАРУХА: Ему нельзя.

КОТ: Можно.

СТАРУХА: Нет.

КОТ: Да.

ЛИСА: Можно попрыгать на ней, но пить нельзя.

 

Пиноккио прыгает на сиське, как на батуте.

СТАРУХА: Мальчик, прорвешь!

ПИНОККИО: А надо? Я постараюсь.

КОТ: (черной сиське) Позовите Большое Доение.

 

Черная сиська уходит; возвращается, приводит с собой Гиперсиську «Большое Доение».

 

КОТ: Иди ко мне!

Большое Доение и Кот встречаются.

Кот выпивает Сиську целиком – та сдувается, скукоживается, превращается в змейку и уползает.

 

Лиса потягивает из двух сисек – Изумрудной и Шелковой.

 

Эфиопы обновляют гальку.

 

СТАРУХА: Мне кажется, быть эфиопом невозможно. Даже очень юным.

КОТ: Невозможно стареть.

СТАРУХА: Знаю! Но что я могу поделать?

КОТ: Вы – ничего. Оно может.

Кот показывает лапой на прозрачное яйцо высотой с человеческий рост.

 

СТАРУХА: Ой! Мне говорили, с ним надо быть осторожней.

КОТ: Они же говорили: «Мы не советуем вам жить».

 

Яйцо состоит из воды.

Кот омывает лапы в прозрачном яйце.

Возвращается к Старухе.

Лапает ее за груди.

СТАРУХА: Что вы делаете?

Груди-розы Старухи расцветают и увеличиваются.

КОТ: Хочешь еще?

СТАРУХА: Да!

КОТ: Идем!

 

Кот берет Старуху за руку и вводит ее в Яйцо.

КОТ: Танцуй!

Старуха танцует.

В танце выходит из Яйца.

КОТ: Не покидай!

Старуха возвращается в Яйцо…

 

Кот выводит из Яйца молодую девушку.

 

Кот и Девушка идут купаться.

 

Кот купается в море вместе с маленькой девочкой.

Девочка растворяется…

 

Пиноккио плещется в дорожке, оставшейся от Девочки.

 

Закат.

 

*** ***

 

Солнце почти зашло.

Кот и Лиса у Яйца. Облучаются.

Молодеют.

КОТ: Не долго ли мы облучаемся?

Смеются.

ЛИСА: Ерунда по сравнению с Полем Чудес.

КОТ: И твой протез восстановился.

ЛИСА: А ведь уже почти сточился о Город.

КОТ: А теперь как новый...

 

Яйцо исходит, Кот и Лиса впитывают его остатки.

 

КОТ: Девушка была милая…

ЛИСА: Хорошо ей сейчас.

КОТ: Но ведь не лучше, чем нам…

Кот и Лиса поглаживают помолодевший мех.

Лазурные вспышки.

 

КОТ: А если бы всем-всем было хорошо, было бы совсем хорошо.

ЛИСА: Ты хорошо сказал, Лучик.

КОТ: Тебе понравилось то, что я сказал, Радуга?

ЛИСА: Да, Лучик, очень.

КОТ: Давай повоем.

ЛИСА: Давай.

Воют.

Их вой заполняет пляж.

 

Белое пространство.

 

ПИНОККИО: В старческих купальнях нам принесли не слабый счет, но дипломат не кончался – он только начинался.

Какой-то уникальный, бездонный дипломат.

Пауза.

После «Третьего Рождения», этого Центра Мировой Старости, папа, вдруг особенно захотелось юности.

И перед нами неожиданно, сам, будто в подарок, возник

«Мир имени Тебя»,

где служили мои братья – паяцы…

И мои враги – насекомые…

 

 

-50- МИР ИМЕНИ ТЕБЯ (ЛЮБОВЬ)

 

 

Термы.

Кот и Лиса в бассейне.

Четыре точеных богомола моют и расчесывают их.

 

Расчесывание переходит в танец Лисы и богомолов.

Один из богомолов в танце становится ногой Лисы.

Лиса танцует на двух «ногах».

 

Лиса сгибает «ногу-богомола» в «колене».

 

 

ЛИСА: Мойте и ее. Теперь это часть меня.

Богомолы моют «ногу-богомола».

 

 

Две огромных гусеницы соединены как сиамские близнецы.

Кот надевает их на задние лапы как брюки.

 

Две марионетки делают Коту массаж…

 

Гусеницы, надетые на лапы, превращаются в бабочек.

Бабочки взлетают и садятся на глазницы Кота.

 

 

Пиноккио, гуляя по «Миру имени Тебя», заходит в комнату.

 

Смесь гримерки и спальни.

МАРИОНЕТКА: (красится и говорит по телефону) … Нет, это ты не понял… Я не буду с тобой, даже если ты разведешься… У тебя зависимость от меня, у меня зависимость от дорогих духов… Ты можешь точно сказать, что тебе надо?... Продолжай кататься на яхте… Я не люблю качку… Всё, дорогой, у меня посетители.

Отключает телефон.

Привет. Я – Розаура.

ПИНОККИО: Пиноккио…

РОЗАУРА: Ты – театральный?

ПИНОККИО: Вроде того…

РОЗАУРА: Я тоже работала в театре.

ПИНОККИО: У Манджафокко?

РОЗАУРА: У него тоже. И еще в десятке театров.

ПИНОККИО: Почему ушла?

РОЗАУРА: Из Театра в Индустрию Межвидовой Любви?.. Межвидовая любовь интереснее театра. Если тебе это скажет человек, не верь ему. Но если такое говорит марионетка, в этом есть смысл.

ПИНОККИО: Иногда мне кажется, что вообще нет никакого смысла. Ни в Театре, ни в Жизни.

Пауза.

РОЗАУРА: Тебе от роду сколько?

ПИНОККИО: Дня три… Четыре… Не уверен.

РОЗАУРА: Мне – девять месяцев. Наверное, я понимаю чуть больше.

ПИНОККИО: Наверное… И как тебе здесь, после Театра?

РОЗАУРА: Очень легко. У меня особый дар имитировать любовь. Они уходят от меня с ощущением, что они самые любимые. Никто не умеет так радоваться любому, какому угодно, гостю, так бросаться на шею…

ГОЛОС СНАРУЖИ: Розаура Порноккио, к тебе!

РОЗАУРА: Впускай!.. Пиноккио, хочешь увидеть настоящее, неподдельное человеческое счастье?.. Останься, зайди за ширму - увидишь.

Пиноккио уходит за ширму.

 

Розаура раздевается, обнажая невероятной стройности тело.

Входит Толстяк.

РОЗАУРА: Здравствуй! (бросается ему на шею, целует)

Пауза.

ТОЛСТЯК: Нет, оденься…

РОЗАУРА: Только если ты разденешься.

ТОЛСТЯК: Я-то разденусь, это точно.

РОЗАУРА: Давай, одновременно.

Розаура одевается, Толстяк раздевается.

 

ТОЛСТЯК: Понимаешь, ты настолько прекрасна, что… Нити… Я хочу Нити… Только с тобой…

РОЗАУРА: Хорошо, Нити. Ты только не волнуйся! Я готова.

 

Нагой Толстяк.

Кроме огромного живота – пирсинг по всему телу: золотые, серебряные и бронзовые кольца.

 

Толстяк достает шелковый клубок, продевает нить через все кольца на руках, плечах, спине и ногах.

РОЗАУРА: Я помогу?

ТОЛСТЯК: Помоги… Ариадна!!!

 

Нить проходит через кольца в ушах.

 

 

Розаура держит в руках окончания нитей, проходящих через кольца, внедренные в тело клиента.

ТОЛСТЯК: Но!

Розаура дергает за нити.

Толстяк конвульсивно дергается.

ТОЛСТЯК: Но! Но! Но! Но! Ариадна, сильнее!

Розаура дергает за нити.

ТОЛСТЯК: (истошно орет) Мир перевернулся! И марионетки дергают людей за нитки! Небо внизу, земля наверху! И марионетки дергают нас за нитки! Лед горит, огонь замерзает! Мы – паяцы, куклы – режиссеры. Бог – злой, дьявол – добрый. Мы – паяцы, они – люди. Но! Но! Но! Но! Быстрей! Быстрей! Рай под землей, Ад в небесах! Жена – кукла, а кукла – жена. Они – режиссеры, мы – массовка… Уфф, задыхаюсь … Задыхаюсь в оазисе, дышу в пустыне…

Падает, дрыгает ногами.

 

РОЗАУРА: Успокойся, я тебя люблю. (целует в пирсинг)

ТОЛСТЯК: Лжешь! Это я тебя люблю! Мы – любящие, они – любимые!

Быстро подбирает одежду, швыряет деньги, уходит.

 

РОЗАУРА: Пиноккио, выходи.

Пиноккио выходит из-за ширмы.

 

РОЗАУРА: Жаль!  Тебе не повезло! Человек заходил. А я хотела, чтобы ты увидел клиента… Может быть, подождешь следующего?

 

Всовывается морда Лисы.

ЛИСА: Нет, мы его забираем!

Пиноккио вынимает золотой, гримерка озаряется.

Лиса отбирает золотой, кладет обратно в карман Пиноккио; протягивает Розауре веер купюр.

РОЗАУРА: Спасибо… Заходи в гости, Пиноккио.

 

 

-51- ДИКИЕ РАЗВЛЕЧЕНИЯ (АНТИАДАМ)

 

 

Белое пространство.

 

ПИНОККИО: Я не думаю, папа, что мне не повезло. Розаура и Толстяк заставили меня по-другому взглянуть на Мир и Театр. Мне кажется, папа, что люди и паяцы – две очень далекие планеты… Но мне еще предстоит в этом разобраться. Для меня тут не все ясно. Очевидно, мне пока не хватает жизненного опыта.

Пауза.

Кот и Лиса разрешили мне купить четырех марионеток из «Мира имени Тебя». Я купил их как рабов и отпустил… Я предложил и Розауре. Сказал, что выкупаю ее.  Но Розаура предпочла остаться там, где была…

Пауза.

Потом были совсем дикие развлечения. Мы зашли в заведение «Антиадам».

Там мужчины заказывали себе такую операцию: им взрезали грудную клетку и имплантировали миниатюрных женщин в ребро. Это называлось: «Возвращение Евы».

Кот заказал себе миниатюрную богиню с кошачьей головой – Бастет.

Его оперировали под наркозом, и мне дали попробовать того наркоза.

Мне показалось, папа, что на свете очень много вещей, которые гораздо вкуснее…

Пауза.

После операции Коту захотелось поплакать, а значит – увидеться со своими глазами…

 

 

-52- ГЛАЗА

 

 

Летящий рой глаз.

Комета из глаз всех форм и цветов.

 

Комета озаряет ночь.

 

Два золотых глаза отделяются от роя.

 

 

Кот играет с глазами, целует их.

Глаза скользят по его шерсти.

 

ЛИСА: Они столько странствовали и столько видели, что много раз слепли и оживали. И всякий раз учились видеть заново.

ПИНОККИО: А слух у них есть?

ЛИСА: Они слышат больше, чем мы.

 

Глаза прекращают игру с Котом, подлетают к Пиноккио и внимательно изучают его.

 

КОТ: Подарите мне слёзы… Поплачьте в меня.

Глаза возвращаются к Коту и плачут ему в глазницы.

 

Слезы.

Кот и Лиса умываются в Слезах.

КОТ: Они показали мне то, что видели. Жаль, что этого не передать.

ПИНОККИО: А мне?

Удивленная пауза.

ПИНОККИО: Умыться слезами?

ЛИСА: Можно и тебе…

 

Пиноккио умывается, Кот и Лиса наблюдают за ним.

ПИНОККИО: Вода… Дивная, чистейшая вода…

Кот и Лиса смеются.

 

КОТ: Я люблю Вас.

Целует глаза, выпускает их, как птиц.

 

Глаза танцуют друг с другом и вливаются в Рой.

Рой улетает.

 

 

-53- КАЗИНО «ХАРИБДА»

 

 

Белое пространство.

 

ПИНОККИО: Потом еще, папа, мы смотрели, как гладиаторы сражались со своими тенями и всегда проигрывали. Все ставили лишь на то, как быстро тень победит гладиатора.

Потом - гонки каких-то существ – было непонятно, летят они или плывут.

 

Мы были и в казино «Харибда», где рулетки – воронки, и каждого выигрывающего засасывало в рулетку все больше и больше.

Я давал Коту и Лисе деньги – они постоянно проигрывали, но они были счастливы!

 

Они играли и в карты, и одна Пиявка проиграла им квартал Города, принадлежащий ей.

Правда, потом они проиграли этот квартал кому-то еще.

Но я этого не видел, я отошел…

 

Туалет в казино «Харибда».

Пиноккио умывается.

Входят мужчина в смокинге и матрос.

СМОКИНГ: (Пиноккио) Я не убью тебя.

МАТРОС: А я бы убил.

СМОКИНГ: Держи его.

Матрос хватает Пиноккио.

Смокинг ощупывает Пиноккио и забирает четыре золотые монеты.

СМОКИНГ: Быстро уходим. А то дьявол может не простить нам нашего счастья.

Матрос и Смокинг уходят.

ПИНОККИО: Ну вот и всё…

Опускается на колени и заливается слезами.

 

ПИНОККИО: Папа, почему я сразу не пошел к тебе… Город…

Входят Кот и Лиса. Они в крови.

ПИНОККИО: Больше ничего не будет… Ни Азбуки, ни Театра, ни чего другого…

ЛИСА: Почему?

ПИНОККИО: Меня ограбили. Я ненавижу Город!

ЛИСА: Зря, Пиноккио. Ведь он тебя очень любит.

ПИНОККИО: Он отобрал мое золото.

КОТ: Он вернул его тебе.

Кот и Лиса возвращают Пиноккио золотые.

Пиноккио рыдает еще сильнее.

 

ПИНОККИО: Как мне вас отблагодарить?

ЛИСА: Не нас.

КОТ: Город.

ПИНОККИО: Как?

ЛИСА: Просто скажи: Город, я люблю тебя.

Пауза.

Видишь ли, Пиноккио. Мы хотим, чтобы ты жил в этом Городе с нами.

Мы бы всегда сопровождали тебя.

КОТ: Просто, останься с нами.

ЛИСА: Мы бы показали тебе Настоящий Город. Ты бы узнал его. И полюбил бы так же, как мы. А Город – он тоже отвечает, вы бы с ним влюблялись друг в друга все больше и больше.

Пауза.

КОТ: Я люблю тебя, Город!

ЛИСА: То, что надо сказать.

КОТ: И всё…

Пауза.

ПИНОККИО: Я понял.

Пауза.

Надо сказать: Я люблю тебя, Город.

Пауза.

Это то, что надо сказать.

Пауза.

А как же Театр?

Пауза.

КОТ (Лисе): Видимо, еще рано.
ЛИСА: Значит, пришло время трапезы.

 

-54- БЕЛОЕ ПРОСТРАНСТВО

 

 

ПИНОККИО: Мы устремились прочь из Города, папа.

- Стоп! Есть еще одно – сказал Кот…

 

КОТ: Есть еще одно, это надо сделать, иначе меня будет глодать.

 

ПИНОККИО: Мы вернулись в бар, с которого все началось и который мы купили.

«Сдачи не надо».

Пауза.

Мы вернулись, чтобы сменить вывеску.

Теперь вместо «Сдачи не надо» там висит:

«Для всех, кроме Homo Sapiens».

Но ты, если захочешь, конечно, можешь зайти туда. Ты же мой папа. Просто скажи бармену, что ты мой отец.

Пауза.

Уже по дороге из города они купили мне игрушки. В том числе, игрушечных пиноккио.

Пауза.

Все игрушки, в том числе, пиноккио, я раздарил детям.

Пауза.

И – конечно, диктофон. Это последнее, что они мне купили.

Пауза.

А себе они добыли комнату этого белого вещества.

Уже здесь они сняли крышу с этого маленького загородного домика.

К домику подъехал самосвал и вывалил на него полный кузов порошка.

…. Так, папа…

Пауза.

 

Но я чувствую папа, что всё то, на что я сегодня насмотрелся – лишь заставка, лишь преддверие чего-то очень важного, того, что еще только должно случиться.

 

Белый порошок все больше становится похож на песок пустыни.

Ветер. Барханы…

Вспыхивают и гаснут миражи.

Караваны, мертвые города…

Два умирающих от жажды европейца подползают к оазису…

 

Самум!

 

И из порошка выныривают Кот и Лиса.

Их морды и тела белого цвета, как посыпанные мукой.

ПИНОККИО: Привет!

Пауза.

 

Кот и Лиса начинают вяло отряхивать друг друга,

Сбрасывать друг с друга пустыню, оазисы, европейцев…

И...

Их рвет.

 

Рвет долго, страшно, громко, безудержно.

Рвет по нарастающей.

Пиноккио прячется от их рвоты в порошок.

 

Кота и Лису выворачивает наизнанку.

 

От них остаются две шкуры – две пустых оболочки...

 

Пиноккио держит в руках две шкуры с лазурными вкраплениями.

Пауза.

 

 

Кот и Лиса возвращаются в шкуры.

Выдох…

 

ПИНОККИО: С возвращением!

КОТ: Ну, всё, теперь можно перекусить.

ЛИСА: Мы пожинали плоды Города. Уже рассвет… Кончилось время жатвы, настало время жратвы.

 

 

-55- КРАСНЫЙ РАК

 

 

«Красный Рак» - трактир на границе Города.

 

Шеф-повар – высокий, стройный, седой человек в черном костюме.

 

ШЕФ-ПОВАР: Милости просим. Давно не заглядывали.

КОТ: Времени не было.

ЛИСА: Очень много дел.

КОТ: А теперь появилась пауза.

ШЕФ-ПОВАР: Ваша пауза – счастье для нас.

КОТ: Еще и повод есть.

ЛИСА: Да, мы познакомились с удивительным существом.

ШЕФ-ПОВАР: Я вижу.

ЛИСА: Это – Пиноккио, а это – шеф-повар нашего любимого ресторана. Здесь самые изысканные блюда в мире. Здесь едят самые богатые жители Города.

КОТ: Хозяин Наслаждения. 

ШЕФ-ПОВАР: Ну, не я хозяин.

ЛИСА: Гений Утоления на границе Города.

ШЕФ-ПОВАР: Да, к нам приходят ценители именно пограничных состояний. Но что же мы стоим? Для меня больно держать в дверях оголодавших гостей.

КОТ: Сегодня – особый день.

ШЕФ-ПОВАР: Понимаю.

ЛИСА: Мы хотели бы не забыть его.

ШЕФ-ПОВАР: Понимаю.

КОТ: Никогда.

ШЕФ-ПОВАР: Это моя работа. Прошу вас.

 

  

*** ***

 

 

Просторный зал ресторана.

Много стекла и света.

 

Кот, Лиса и Пиноккио сидят за длинным столом.

Кроме них, других посетителей в этом зале нет.

 

Шумная оргия в соседнем зале.

Крики, стоны, рев каких-то существ, звон посуды.

 

Ангелочки повязывают всем троим салфетки ослепительный белизны.

ПИНОККИО (глядя на ангелочков): Они жидкие!

ЛИСА: Шшш! Не так громко, Пиноккио.

 

Шеф-повар приносит меню.

ШЕФ-ПОВАР: У нас многое изменилось. Появилось много новых блюд. На первой странице – мои рекомендации.

Раздает меню Коту, Лисе и Пиноккио.

ЛИСА: Мы будем читать внимательно.

ПИНОККИО: Мне не надо. Я не читаю.

ШЕФ-ПОВАР: Я могу показать вам фильм.

КОТ: Не стоит. Мы сами ему всё расскажем.

Кот и Лиса читают меню.

 

ШЕФ-ПОВАР: Аперитив?

КОТ: Да.

ЛИСА: Да.

КОТ: Алый.

ЛИСА: Белый.

ШЕФ-ПОВАР: На закуску – ваше любимое?

Пауза.

ЛИСА: Да.

КОТ: Да.

ПИНОККИО: А почему мы одни?

КОТ: Да? И правда... Я не обратил внимание.

ШЕФ-ПОВАР: Для вас - только отдельный зал.

ПИНОККИО: Нам неловко.

ШЕФ-ПОВАР: Вы слишком ценные посетители.

Шеф-повар уходит.

 

 

-56- АПЕРИТИВ

 

 

Ангелочки усаживаются на колени к Лисе и Коту.

Кот и Лиса гладят их кудри.

 

От телесных контактов жидкая природа ангелочков проявляется особенно ясно.

 

Ангелочки целуют Кота и Лису и вливаются им в пасти.

 

КОТ: Вкуснотища!

ЛИСА: Я даже не ожидала.

КОТ: Не зря его называют гений аперитива.

Пауза.

ЛИСА: Пиноккио, ты первый раз в Красном Раке.

КОТ: Ты еще не знаешь, как здесь и что.

ЛИСА: Еще не понимаешь, как надо вкушать.

КОТ: Так что, пока смотри.

ЛИСА: Мы будем кормить твои органы чувств по очереди.

КОТ: Со временем очередь дойдет и до вкуса.

ПИНОККИО: Хорошо, вкус подождет.

 

Ангелята – чуть младше ангелочков - вытирают Коту, Лисе и Пиноккио рты.

Так происходит после каждого блюда.

 

 

-57- ЗАКУСКА

 

 

Ангелочки, чьи крылья покрыты иероглифами, вносят блюдо.

На блюде – разноцветные буквы.

 

КОТ: Это буквы, Пиноккио.

ПИНОККИО: Жаль, я продал Азбуку!

ЛИСА: Их надо медленно и тщательно разжевывать.

Кот и Лиса берут буквы горстями и жуют.

 

ЛИСА: У букв такое свойство... Во рту и в желудке они обрастают говорящими...

КОТ: Теми, кто их когда-то произносил.

Кот и Лиса жуют буквы.

Пауза.

КОТ: Теперь, Пиноккио, слушай.

ЛИСА: Да, сосредоточься на слухе, Пиноккио.

Пауза.

 

ЛИСА: Мы заживо сожгли четыре селения. Но никаких угрызений совести не было. Мы ведь только что своими глазами видели, как они приносили в жертву собственных детей. О каком сострадании к этим тварям могла идти речь?..

КОТ: Я думаю, все началось гораздо раньше. Задолго до инцидента в студенческом городке. Когда нам с братом было по тринадцать, нас соблазнила наша бэбиситтер, тридцатилетняя белокожая блядь, откуда-то с Востока...

Буквы звучат.

ЛИСА: Они обрастают говорящими.

КОТ: Внутри нас обрастают.

ЛИСА: Из наших уст льется их речь.

ПИНОККИО: Мне отвечать?

ЛИСА: С полковником мы поссорились тем ясным утром, когда делили пленных. Мы могли взять с собой только шестерых: я хотел оставить в живых шесть девочек, полковник настаивал на мальчиках...

КОТ: Мы с братом тогда были настолько прекрасны, что нас хотели поиметь все. Каждая сволочь. Но первой поимела эта татуированная нелегалка... Да развяжите вы меня, ничего я вам не сделаю, смешные какие!

ЛИСА: Надо же... Такая печаль в голосе...

КОТ: А у меня – очень веселые, просто еще не понимают, что им надо.

Пауза.

Кот берет еще пригоршню букв, Лиса останавливает его лапу.

ЛИСА: Не стоит наедаться закуской.

Кот кладет буквы обратно.

 

Входит Шеф-повар.

ШЕФ-ПОВАР: Вы готовы сделать заказ?

 

 

-58- СУП

 

 

Ангелочки вносят большой прозрачный котел на огне.

В котле бурлит лазурный суп.

ЛИСА: Смотри, Пиноккио.

КОТ: Это океан.

ЛИСА: Он рождает жизнь.

 

На дне Океана рождается жизнь.

Эволюция происходит с огромной скоростью.

Первые хордовые…

Рыбы обрастают конечностями и выбираются на поверхность.

Но у котла - скользкие крутые берега.

Амфибии падают обратно и довариваются.

 

ЛИСА: Осязай, Пиноккио.

Кот и Лиса брызгаются в Пиноккио бурлящим супом.

ЛИСА: Горячо?

ПИНОККИО: Нет. Он бурлящий, но холодный.

 

У одной из корявых тварей растет мозг – существо эволюционирует на глазах.

КОТ: Щипчики!

Ангелята подают Коту щипчики.

Кот щипчиками раскалывает существу череп, выпивает новообразованный мозг, делится с Лисой.

Смакуют.

 

ЛИСА: Рано ты его... Надо было дать еще подрасти...

Запускают половники в океан, черпают, пробуют.

ЛИСА: Блюдо на огне!

КОТ: Свежайшие... Две из шести девочек стали моими женами.

ЛИСА: После того, как нас с братом расстреляли, и начались настоящие приключения...

Эхо закуски.

КОТ: Не обращай внимание.

ЛИСА: Получай, Пиноккио! (брызгается супом)

 

*** ***

 

Лазурной влаги в котле все меньше и меньше, а тварей – все больше и больше.

 

Кот и Лиса забрасывают в себя существ пригоршнями.

Их глотки не могут вместить всё захваченное – что-то вываливается.

 

Тогда тут же появляются поварята – они подхватывают то, что вываливается из лисьей и кошачьей пасти, на сковородки и дожаривают.

Поварята в ярко-красных колпаках и халатах – мальчики 8-10 лет с немолодыми лицами.

ЛИСА: Это называется сбор отклика, Пиноккио.

 

Поварята вываливают дожаренное содержимое сковородок обратно в котел.

 

 

-59- ЛАЗУРНЫЙ АНДРОГИН (ИНТЕРМЕДИЯ МЕЖДУ ПЕРВЫМ И ВТОРЫМ БЛЮДАМИ)

 

 

От Мирового Океана ничего не осталось.

Только дно.

 

Кот и Лиса берут куски обнажившегося дна Океана и начинают лепку...

 

Лиса пытается вылепить гармоничное человеческое тело.

А Коту нравится искажать пропорции.

Иногда в процессе лепки Кот и Лиса ссорятся и царапаются.

 

ПИНОККИО: Что вы лепите?

КОТ: Нового Пиноккио.

ПИНОККИО: Я еще не состарился.

ЛИСА: Мы шутим, дружок. Это - Лазурный Андрогин.

ПИНОККИО: Я тоже хочу лепить!

КОТ: Нельзя!

ЛИСА: Мы скажем, когда будет можно. Пока смотри.

 

*** ***

 

Лазурный Андрогин – смесь человека, ангела, рептилии и скульптуры.

В его жидком теле рождаются и гибнут крохотные создания.

 

ЛИСА: А сейчас, Пиноккио: чистое обоняние.

КОТ: Ничего кроме обоняния.

ЛИСА: Дыши носом!

КОТ: Вдыхай!

 

Ангелята салфеткой завязывают Пиноккио глаза, ватой затыкают уши.

 

Кот и Лиса берут две стеклянные трубочки.

 

Вставляют трубочки Андрогину в ноздри.

 

Подносят другие концы трубочек к своим ртам.

 

Делают выдох.

 

Лазурный Андрогин оживает.

 

ЛИСА: (ангелятам) Пусть он снова видит и слышит.

С Пиноккио снимают повязку, вынимают вату из ушей.

 

ШЕФ-ПОВАР: Вам разделать?

ЛИСА: Только в общих чертах.

КОТ: Потом мы сами.

Шеф-повар надевает перчатки с перепонками как у амфибии и раздвигает Андрогину грудную клетку.

 

*** ***

 

Кот и Лиса догладывают кости Лазурного Андрогина.

Кости звучат и поют.

Ангелята вытирают рты Коту и Лисе, промакивают салфетками.

ПИНОККИО: Он поет... Ему нравится?

КОТ: Ему в чем-то вкуснее, чем нам.

ЛИСА: Видишь ли, Пиноккио, чтобы кости пели, их надо правильно очищать.

Можно кусать так, что те, кого мы едим, будут кричать от боли, а можно так, что при каждом нашем укусе они будут ощущать прилив счастья.

ПИНОККИО: Я, наверное, никогда не научусь.

КОТ: Не говори так, Пиноккио. У нас тоже не сразу стало получаться.

Пауза.

 

ЛИСА: Теперь, Пиноккио, ты можешь коснуться.

КОТ: Достань то, что осталось в котле.

ЛИСА: Но только потрогай. Не нюхай и не лижи.

Пиноккио подходит к котлу и достает из него сердце Лазурного Андрогина.

КОТ: Это его сердце. Оно прозрачно.

ЛИСА: Ты можешь посмотреть через него на свет.

Пиноккио смотрит на свет через сердце.

 

ПИНОККИО: А можно я посмотрю на вас?

КОТ: Можно... Недолго...

Пиноккио смотрит через сердце на Кота и Лису.

ПИНОККИО: Папа Джеппетто! Жаль, ты не видишь! Они ведь совсем другие!

ЛИСА: Не увлекайся, Пиноккио. Отдай сердце поварятам.

 

Сердце выскальзывает из рук Пиноккио.

Поварята ловят сковородкой сердце Андрогина и уносят на дожарку.

 

 

-60- ОСНОВНОЕ БЛЮДО

 

 

Ангелочки выносят основное блюдо.

 

Страна.  

Алые, золотые, сиреневые и ледяные кварталы, окутанные лазурной дымкой.

 

Ангелочки водружают Страну на стол.

 

Над Страной черным тонким платком парит небосвод.

 

Шеф-повар выводит под уздцы четырех разноцветных коней.

На конях – четыре вооруженных всадника.

 

Шеф-повар дует на небосвод, тот подплывает к Лисе.

 

Лиса сворачивают небосвод в трубу, отдает трубу Коту.

 

Кот трубит.

 

Трубный глас преображает коней и седоков.

 

Четыре всадника деформируются, вытягиваются, уплощаются, сжимаются и превращаются в два ножа и две вилки.

Кони становятся рукоятками, всадники - металлической частью столовых приборов.

 

Кот отпускает трубу, та вновь становится небом.

 

Кот и Лиса вооружаются ножами и вилками.

Ангелочки повязывают им салфетки.

 

Ножи и вилки вонзаются в Страну.

 

*** ***

 

Страна.

Проспект.

Дом.

Квартира.

Муж и жена смотрят сериал по телевизору.

Жена встает с дивана, входит в лазурное пространство телевизора и целуется с главным героем.

Долго целуется.

Выползает из телевизора на четвереньках.

Пауза.

МУЖ: Ты любишь его больше, чем меня?

ЖЕНА: Тебя я тоже люблю!

МУЖ: Если ты его любишь, ты можешь там остаться!

ЖЕНА: Я не могу там остаться, мой дом здесь!

МУЖ: Но тебя тянет туда!

ЖЕНА: Пойдем со мной!

МУЖ: Нет! Не могу!

ЖЕНА: Я хочу, чтобы ты разделил это со мной! 

 

Торшер, извиваясь, входит в пространство телевизора.

Там он сплетается с торшером из сериала.

 

Стены комнаты трясутся.

ЖЕНА: Ты чувствуешь?

МУЖ: Да. Похоже на землетрясение.

ЖЕНА: Разве у нас они бывают?

МУЖ: Нет, не бывают.

ЖЕНА: Неужели нам так повезло?!

 

Огромный красный нож разрезают стену.

От ножа исходит жар.

Муж и жена замолкают.

ЖЕНА: Какая красота!

МУЖ: Потрогай его!

ЖЕНА: Я иду к нему! Он раскален!

МУЖ: Как сердце!

Муж, жена, телевизор и всё, что в комнате, покрывается румяной коркой.

Одна гигантская вилка пронзает и забирает мужа, другая – жену.

 

*** ***

 

Нож разрезает реку и набережную, полную гуляющих.

Появление гигантского ножа вызывает на набережной ликование.

Люди бегут под него.

 

*** ***

 

Вилка пытается снова стать всадником.

Лиса втыкает ее себе в лапу – вилка успокаивается.

КОТ: Да, надо уметь владеть орудием, Пиноккио.

ЛИСА: Нельзя давать ножам и вилкам слишком много воли – они могут взбунтоваться.

 

*** ***

 

Руины Страны.

Кот падает в них мордой.

Реки впадают в глаза Кота.

Кот поднимает голову.

Водопады текут из его глаз.

Ангелята подставляют черпаки под водопады.

Поварята забирают черпаки и спрыскивают дожарку.

 

*** ***

 

Ангелочки берутся за края неба.

Закутывают остатки Страны в небо, как в фольгу.

Страна горит и трепыхается под небом-оберткой.

 

ЛИСА: Осторожно!

КОТ: Пиноккио, затыкай уши!

Пиноккио затыкает уши.

Кот и Лиса закрывают собой Пиноккио.

 

ВЗРЫВ!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

 

Дым рассеивается.

На столе – руины сожранной и взорванной Страны.

ЛИСА: Теперь, Пиноккио, ты можешь проглотить первый кусок.

Пауза.

 

ЛИСА: Пиноккио...

ПИНОККИО: Я ничего не хочу.

ЛИСА: Надо поесть, Пиноккио.

ПИНОККИО: Нет аппетита.

ШЕФ-ПОВАР: Почему же? Неужели вам ничего не понравилось?

 

КОТ: Съешь.

ЛИСА: Ты почувствуешь, как всё изменится.

КОТ: Проглоти.

ЛИСА: Ты должен понять, это – пища мира. Это – будущее кулинарии. Не устрицы и не ананасы. На это надо переходить. Если ты не будешь есть это, твоя жизнь станет сплошным страданием. Будешь непрестанно маяться.

КОТ: И папа не поможет.

Пиноккио опускает нос в руины.

ЛИСА: Что ты делаешь?

ПИНОККИО: Помогаю им выбраться.

 

Человечки пытаются выбраться из горящей Страны по носу Пиноккио.

Ангелочки вытирают нос салфеткой и стряхивают человечков.

 

ПИНОККИО: Мне не хочется это есть. Мне хочется это ставить.

ЛИСА: Ставить пищу?

ПИНОККИО: Это не пища, это - Театр.

ЛИСА: Говоришь, не пища для тебя?

КОТ: Значит, сам станешь пищей.

 

 

-61- ИНГАЛЯЦИЯ

 

 

ЛИСА: Съешь их молитвы.

ПИНОККИО: Чьи?

КОТ: Их. (указывает на руины Страны) Жителей Страны.

ЛИСА: Следует отведать молитв уходящей Страны.

 

Души жителей Страны медленно восходят, одетые в клочки разорванного неба.

ЛИСА (Шеф-повару): Ингаляцию!

ШЕФ-ПОВАР: Сию минуту.

 

Ангелочки накрывают руины стеклянным колпаком.

Души бьются изнутри о прозрачный купол.

От колпака отходит шланг.

Часть душ устремляется в него.

 

Кот и Лиса вставляют шланг в рот Пиноккио.

ЛИСА: Дыши!

КОТ: Дыши!

 

Пиноккио пытается дышать, у него не получается: души, влетев по шлангу ему в рот, вылетают обратно.

ПИНОККИО (отбрасывает шланг): Не могу!

Шеф-повар подхватывает шланг и пережимает его, чтобы не дать душам уйти.

 

ПИНОККИО: Не могу! Не могу! Не могу!  

Бьется в истерике и разбивает колпак над руинами Страны.

Души жителей вырываются на свободу.

 

Летящие души складываются в человеческую фигуру.

Поварята ловят ее на сковородку и уносят на кухню.

 

*** ***

 

Кот и Лиса смакуют новое блюдо – человеческую фигуру из душ.

 

 

-62- ПРОЗРАЧНЫЕ ЗВЕРИ

 

 

Кот и Лиса становятся прозрачными – видно, как куски миров проваливаются им в утробы, странствуют по пищеводу, желудку и кишечнику.

Руины Страны перевариваются.

 

Осколки Страны разрываются в желудках едоков и распускаются, как бутоны.

 

Лазурные вкрапления в шерсти Кота и Лисы превращаются в миниатюрные луга с ароматной травой.

Кот и Лиса едят эту траву с тел друг друга...

Лиса облизывает шпили взорванных соборов, ставшие когтями Кота...

 

Лиса заглатывает Кота.

 

*** ***

 

Лиса отдает Кота.

Кот заглатывает Лису.

Кот отдает Лису.

 

Взаимное проглатывание-отдача повторяются много раз.

При этом их морды каждый раз меняются: заглатывается зверь – отдается человек, заглатывается человек – отдается демон, орел – эльф, ангел – телец, человек – кентавр...

 

Лиса глотает Пиноккио.

 

Отдает Пиноккио в пасть Коту.

 

Кот глотает Пиноккио.

 

Так Кот и Лиса по очереди много раз глотают Пиноккио.

 

В утробе Лисы Пиноккио прокалывает носом купол проглоченного храма.

 

Пиноккио застревает в глотке Лисы.

Лиса давится.

 

Лиса катается, корчится, рычит.

Шеф-повар бьет ее по спине.

Лиса выплевывает Пиноккио.

Тяжело дышит.

КОТ: (Пиноккио) Дурачок, мы же таким образом хотели тебя накормить.

ПИНОККИО: Похоже, накормили.

ЛИСА (отдышавшись, рявкает): Десерт!!!

 

Ангелочки заворачивают всё, включая стол и стулья, в новое небо и уносят…

 

Зал совершенно пуст.

 

 

-63- ДЕСЕРТ

 

 

Все: и ангелочки, и ангелята, и поварята, и шеф-повар вносят белый торт со свечами.

 

ПИНОККИО: У кого-то день рождения?

КОТ: Бывают дни важнее, чем день рождения.

ПИНОККИО: А свечи?

ЛИСА: Тебе.

ПИНОККИО: По числу тех, кто не вышел из Красного Рака?  

ШЕФ-ПОВАР: Тогда торт был бы бесконечен.

ПИНОККИО: Сколько их?

ШЕФ-ПОВАР: Свечи невозможно сосчитать. Их число все время меняется.

 

КОТ: Десерт только тебе, Пиноккио.

ПИНОККИО: Я сыт.

КОТ: Не капризничай. Шеф-повар сделал специально для тебя.

ЛИСА: Можешь не есть.

ПИНОККИО: Ура!

ЛИСА: В смысле, не жевать.

КОТ: Но попробовать надо.

ЛИСА: Мы поможем тебе попробовать.

 

Кот и Лиса подступают к торту и с двух сторон проедают в нем ход.

Из вскрытого торта бьет лазурный свет.

ПИНОККИО: Я иду!

КОТ: Ешь быстрее!

ЛИСА: Этот пейзаж – чистейший продукт. Он быстро рассеивается! 

 

*** ***

 

Пиноккио идет сквозь Торт.

 

Внутри Торта тоже горят свечи.

Они освещают путь Пиноккио.

 

В центре Торта - лазурный луг.

Высокие травы. Цветы.

Пиноккио вбегает в луг.

 

Пиноккио танцует с цветами.

 

Пиноккио падает на лазурный луг.

 

*** ***

 

Лиса входит в Торт.  

 

Лиса находит Пиноккио.

Выносит его из Торта.

 

ЛИСА: Он не съел ни крупицы.

КОТ: Приготовьте нам комнаты.

 

 

-64- ВЫНОС

 

 

ШЕФ-ПОВАР (ангелочкам): Лучшую комнату для гостей! Кто-нибудь, займитесь!

 

Ангелочки на носилках выносят из других залов насытившихся клиентов.

Двухметрового Червя и его жену.

 

В кольчатых отсеках червя слоями перевариваются цивилизации: древние города через один чередуются с городами будущего.

Жена – молодая самка человеческого вида.

Из ртов супругов идет лазурная пена.

В пене – осколки затонувших кораблей.

 

Вторая группа ангелочков выносит двух грифов в сферических шлемах.

Внутри шлемов - миры, которые грифы через «не могу» доедают.

 

ШЕФ-ПОВАР: Что, все заняты выносом? Никто не может приготовить комнату для наших самых дорогих гостей?

 

Часть ангелочков отделяется от сонма, несущего супружескую пару.

Носилки наклоняются.

Червь-супруг стонет.

ШЕФ-ПОВАР: Осторожней!  Вы несете богатейших граждан Города!

В сонме происходит перегруппировка. Равновесие восстановлено.

Супруг успокаивается.

 

 

-65- СОН

 

 

Комната в «Красном Раке».

 

Кот и Лиса вносят спящего Пиноккио.

Укладывают на кровать.

Целуют его.

ЛИСА: Жаль. Это золото не принесет счастья.

КОТ: Да, ведь придется его отбирать.

ЛИСА: Что делать, если сам не отдал! Не будет успокоения от этих денег.

КОТ: Ничего, не в первый раз. Спокойной ночи, человечек!

ЛИСА: Не убивай нас в своих снах.

Кот и Лиса уходят.

 

Пиноккио спит с дипломатом в руке, четыре золотых сияют через его одежду.

 

 

-66- ПРОБУЖДЕНИЕ

 

 

- Пиноккио, пора вставать!

 

Пиноккио просыпается.

Перед ним – Шеф-повар.

ШЕФ-ПОВАР: Вам пора подниматься.

ПИНОККИО: Не уверен. Я не досмотрел сон.

ШЕФ-ПОВАР: А твои друзья уверены. Они ждут тебя.

ПИНОККИО: Где?

ШЕФ-ПОВАР: На границе Города.

ПИНОККИО: И как найти эту границу?

ШЕФ-ПОВАР: Ее и не надо искать. Просто выйди и увидишь реку и мост. Река и есть граница.

Пиноккио встает с кровати.

 

ПИНОККИО: Спасибо, все было очень вкусно.

ШЕФ-ПОВАР: Я рад, что вам понравилось.

ПИНОККИО: Может быть, мы придем еще.

ШЕФ-ПОВАР: Буду рад.

Пауза.

ПИНОККИО: Вы хотите что-то сказать?

ШЕФ-ПОВАР: Показать.

ПИНОККИО: Так показывайте.

Шеф-повар достает белый свиток.

 

ПИНОККИО: Это пьеса?

ШЕФ-ПОВАР: Поэма.

Пауза.

ПИНОККИО: Ясно… А мои друзья что – не заплатили?

ШЕФ-ПОВАР: Это невозможно.

ПИНОККИО: Интересно, почему?

ШЕФ-ПОВАР: Платить непременно должен тот, кто приходит сюда в первый раз. Иначе «Красный Рак» не отпускает.

ПИНОККИО: Хорошее правило, разумное.

ШЕФ-ПОВАР: Это пространство сильнее меня.

ПИНОККИО: Намного! Я еще вчера понял, что не вы здесь главный. Что над вами есть еще какая-то сила. В театре это называется кукловод.

Пауза.

Пиноккио открывает дипломат.

Шеф-повар закрывает дипломат и забирает его.

ШЕФ-ПОВАР: Вполне достаточно.

ПИНОККИО: Я рад, что я, как клиент, тоже вам понравился.

Пауза.

А еще бывают кукловодоводы; те, кто управляют кукловодами.

ШЕФ-ПОВАР: Твои друзья ждут тебя.

ПИНОККИО: Очень надеюсь на это. Привет ангелочкам.

Пиноккио уходит.

 

 

-67- КРАСНЫЙ РАК

 

 

Огромный зеркальный зал.

В центре зала – Шеф-повар.

В его руках – дипломат с деньгами и кусок бело-лазурного Торта со свечой.

ШЕФ-ПОВАР: Мне кажется, это была хорошая трапеза.  Вам ведь понравилось это поедание… Мне кажется, вы с удовольствием вкушали это вкушение.

 

Тот, к кому он обращается – Красный Рак, величиной с аллигатора.

 

Рак - у монитора.

Наблюдает трапезы гостей ресторана.

Запускает длинную ложечку в жидкий монитор, как в суп, и пробует на вкус.

 

На экране – трапеза Кота, Лисы и Пиноккио.

Рак небольшими порциями ест трапезу. 

Нажимает на «стоп».

Отматывает трапезу назад.

Ест.

Пауза.

Рак застывает.

 

Пауза.

Рак шевелится.

 

Шеф-повар всматривается в его движения.

 

ШЕФ-ПОВАР: А, вы об этом? Я принес, потому что, мне показалось, здесь есть что-то занятное.

 

В куске Торта, в котором Пиноккио заснул глубоким сном – призрак Розы, увиденной на сцене Театра.

Призрак Розы мерцает - возникает и исчезает.

ШЕФ-ПОВАР: Отделить? Понял.

Шеф-повар пинцетом отделяет мерцающую Розу от Торта.

Пинцетом вкладывает Розу в огромную клешню Рака.

ШЕФ-ПОВАР: На здоровье.

 

 

-68- НОЧЬ

 

 

Пиноккио идет через Лес.

Говорит в диктофон.

ПИНОККИО: Лес полон крылатых существ, но совсем не таких, с какими хотелось бы встретиться.

Их полет из тьмы - в еще большую тьму, а их крылья – ворованные.

Отмахивается от крыльев.

- Кри-кри-кри.

ПИНОККИО: Кто здесь?

- Жертва черной неблагодарности.

ПИНОККИО: Настолько черной, что ты слился с Ночью и тебя не видно.

- Я жертва убийцы по имени Пиноккио.

ПИНОККИО: Ты – моя совесть, что ли? Тогда убирайся ко всем чертям.

- Я – тень Сверчка-Говоруна, убитого тобой за правду.

ПИНОККИО: А, Сверч! Привет! Как самочувствие?

Тень отделяется от Ночи и становится видимой.

 

СВЕРЧОК: Я говорил тебе, Имаго, что такие безрассудные паяцы, как ты, попадают или в больницу, или в тюрьму. А сейчас ты забрел в Лес, где нет живых… Здесь лишь мертвые и убийцы. Впрочем, по-настоящему живым ты никогда и не был. А убийцей был. Возможно, здесь тебе самое место.

ПИНОККИО: Скажи еще что-нибудь. (подносит диктофон к устам тени)

СВЕРЧОК: Я был прав. Ты не меняешься. Ты все тот же Имаго, каким ты был, когда убивал меня, когда брошенный тобой молоток разбил мой микрокосм, выдавил из биосферы уникальную, ни на что не похожую Вселенную…

ПИНОККИО: Так, мне нужна тень молотка.

СВЕРЧОК: Имаго, тебе надо думать о спасении своей жизни, которая здесь, в Лесу, гроша ломаного не стоит, а ты грезишь о тени инструмента.

Неожиданно в руке Пиноккио появляется молоток из света.

СВЕРЧОК: Ай! Как ярко!

Пиноккио бросает в Тень Сверчка молоток из света – Сверчок развеивается.

ПИНОККИО: Намного лучше.

Свет молотка также быстро растворяется во тьме.

ПИНОККИО: Хороший молоток, но скоротечный. Посветил бы еще немного. А то я все больше уподобляюсь Коту. Только нет Лисы, которая меня выведет. (пауза)

Кстати, мне не понравилось, что Сверч говорил об убийцах в Лесу. Это совершенно лишнее. Они совсем не нужны. Пусть Сверч сам встречается с этими убийцами. Он найдет, о чем с ними поговорить. О больнице, о тюрьме, о том, как надо правильно жить, о смерти…

Звон металла.

Это я положил монеты в рот, на всякий случай. Дабы не потерять.

Звон металла.

 

 

-69- НОЧЬ (ПРОДОЛЖЕНИЕ)

 

 

Две фигуры.

1: Привет, паяц!

2: Доброй ночи, марионетка!

1: Мы расскажем тебе две театральные сказки.

2: Комедию.

1: И трагедию.

2: О хорошей марионетке.

1: И очень плохих любителях денег.

2: Комедия: паяц спокойно отдает деньги плохим любителям, и любители весело смеются над тем, как они их потратят.

1: Трагедия: паяц отказывается отдавать деньги и принимает мучительную смерть. Паяц очень страдает.

2: Но трагедия вновь оборачивается комедией, так как деньги у него забирают в любом случае – у живого или мертвого.

1: Да, еще один важный момент. Эпилог трагедии: получив деньги, плохие любители денег навещают отца марионетки и расправляются с ним.

ПИНОККИО: (орет сквозь зубы) Нет!

Звон монет.

 

1: Монеты у него во рту!

2: В маленьком рту паяца.

1: Плюй, красавец.

2: Открыл рот, гаденыш!

1: Ножом!

Хватают Пиноккио и ножом пытаются открыть ему рот.

 

1: Какой крепкий рот!

2: Отрежь ему нос – от боли он разожмет пасть.

 

Пиноккио откусывает руку «2».

Выплевывает.

Это - кошачья лапа.

Пиноккио убегает.

 

 

-70- ПОГОНЯ

 

 

Удирая, Пиноккио взбирается на дерево, растущее на берегу реки.

 

Грабители поджигают дерево.

 

Горящий Пиноккио бросается в реку.

 

 

-71- ВСЕ УМЕРЛИ

 

 

Пиноккио бежит.

Вдруг на пути Пиноккио возникают Домик и Сад, которые светятся даже в кромешной тьме.

Пиноккио стучится во входную дверь.

ПИНОККИО: Откройте! Пустите меня! Меня хотят убить!

Отчаянно колотится в дверь.

 

Не сразу, но на втором этаже, все же, распахивается окно.

Из окна льется лазурный свет, и в нем появляется маленькая девочка.

ПИНОККИО (орет): Спасите! Откройте! Умоляю вас! (рыдает)

ДЕВОЧКА: Здесь никого нет… Все умерли.

ПИНОККИО: А вы?

ДЕВОЧКА: Меня тоже нет. Я умерла.

Окно закрывается. Лазурный свет исчезает.

 

ГОЛОСА: Не дай ему войти в дом!

Пиноккио яростно колотится в дверь.

Его хватают и уволакивают во тьму.

 

 

-72- ДРЕВО СМЕРТИ

 

 

Дуб на границе Сада Девочки и Леса.

Сверкают ножи.

 

1: Ты выбрал трагедию.

2: Отрезай ему челюсть.

1: Он и мертвый не разожмет.

2: Надо по-другому.

1: Надо его расслабить.

2: Вешаем его.

1: Вяжи руки!

 

Пиноккио вешают.

 

1: Диалог шеи и веревки.

2: Веревка, мне больно.

1: Как так, шея?! Я ведь обнимаю тебя.

2: Твои объятья болезненны.

1: Этого не может быть. Я обнимаю тебя, потому что люблю тебя.

2: Но мы ведь не возлюбленные!

1: Мы станем ими.

Двое уходят, оставив Пиноккио висеть.

 

Пиноккио висит на ветви дуба и продолжает диалог шеи и веревки.

- Но я не хочу!

- У тебя нет другого выхода, кроме как полюбить меня!

- Любовь и смерть – одно и то же?

- Да.

- Я влюбляюсь в тебя всё больше и больше, веревка. (хрипит) Я люблю тебя… (дергается)

Это. Последние. Угощения. Красного. Рака:

Мертвая девочка, сук и веревка…

Последнее блюдо разносят палачи… 

Прощай, папа!

Замолкает.

 

 

 

 

 

 Часть четвертая.

 

ИЛЛЮЗИЯ ИЛИ ФЕЯ

 

 

-73- ДЕВОЧКА (САД)

Сад у домика Девочки с лазурными волосами.

Ночь.

 

Девочка выходит в ночной Сад.

Три пажа сопровождают ее.

 

Пажи – марионетки вида пиноккио.

Пиноккио-алеут в шаманских одеяниях, с носом - ледяной сосулькой. 

Черный пиноккио – стройный, каждое движение – в танце.

Тончайший пиноккио – будто сделанный из проволоки.

Пажи держат светильники.

 

ДЕВОЧКА: Фальконе!

К Девочке подлетает Сокол.

ДЕВОЧКА: Фальконе, лети к дубу и возвращайся, как можно скорей!

Сокол улетает.

Пауза.

Сокол возвращается.

ДЕВОЧКА: Фальконе, что ты видел?

ФАЛЬКОНЕ: Госпожа, я видел дуб в лучах Луны, его листья, как серебряная чешуя, и паяца, повешенного на его суку.

ДЕВОЧКА: Спасибо, Фальконе. Ты свободен. Медор!

К девочке подбегает Черный Пудель.

ДЕВОЧКА: Медор, беги скорее к дубу, там ты увидишь висящего паяца. Сними его и принеси сюда. Джиакометти поможет тебе развязать узел.

Проволочный пиноккио садится на пуделя, пудель и марионетка уносятся.

Пауза.

Медор возвращается. На его спине – Джиакометти и недвижный Пиноккио.

 

Девочка берет Пиноккио на руки и вносит в дом.

 

 

-74- НЕВОЗМОЖНОЕ

 

 

Три лучащихся доктора в белом пространстве.

Фил – филин.

Гриффит – грифон.

Сверчок – насекомый.

 

Фил застыл в воздухе под самым потолком.

Гриффит парит чуть ниже Фила.

Сверчок стоит внизу.

 

ГОЛОС ДЕВОЧКИ: Верните его.

 

Санитары-паяцы ввозят кушетку с Пиноккио.

 

ФИЛ: Сделаем всё возможное, Госпожа.

ЖЕНСКИЙ ГОЛОС: Вы сделаете невозможное, Доктор.

ГРИФФИТ: Как скажете, Госпожа: догоним, вернем.

ГОСПОЖА: Я скажу: «Спасти». Во что бы то ни стало.

 

Три секунды доктора изучают Пиноккио.

 

ФИЛ: Не догоним.

ГРИФФИТ: Всё возможное, коллега - это персональные похороны.

ФИЛ: И персональную могилу.

ГРИФФИТ: Это и есть – всё возможное.

ФИЛ: (Сверчку) Думаете иначе, коллега?

Сверчок молчит.

 

ФИЛ: (громко) Он – мертв, Госпожа. Мы ничего не можем сделать.

ГРИФФИТ: (снимает трубку настенного телефона) Белую бригаду.

 

СВЕРЧОК: Он, во многом, мертв.

ГРИФФИТ: Во многом? Интересная характеристика… Вам кажется, что вы лучше разбираетесь в смерти, потому что сами ни живы, ни мертвы. Все время балансируете. Вечный пограничник – из тех, кто может быть лишь на грани. Шаг влево или вправо – и вас нет.

 

СВЕРЧОК: Паяц умер, но не для Госпожи. А Госпожа никогда не ошибается.

ФИЛ: Сформулируем по-другому. Она не ошибается. Она просто хочет видеть больше жизни, чем есть в мире.

ГРИФФИТ: Вспомните, скольких мы не догнали, несмотря на её приказы. Уже почти ловили за ворот, уже цепляли щипцами...

ФИЛ: А выдергивали шкурку. Сколько раз...

СВЕРЧОК: Она никогда ТАК не просила.

 

Появляется бригада белых кроликов и увозит Пиноккио.

 

 

-75- НЕТ ДРУГОГО СУЩЕСТВА

 

 

ФИЛ: Чао!

ГРИФФИТ: Не будет персональной могилы. Похоронят вместе с другими паяцами.

ФИЛ: Ему не всё равно?

ГРИФФИТ: Он уже в гробу родился. Бывает, что незримый гроб обтягивает тело младенца, как гидрокостюм. Эвтаназия была проделана еще до рождения.

Пауза.

ФИЛ: Вообще, они не бывают живы.

ГРИФФИТ: Значит, нечему угасать.

СВЕРЧОК: Хватит!

ГРИФФИТ: О да, коллега, знаем, у вас другой взгляд на паяцев.

ФИЛ: Дескать, они не мертвые, а по-другому живые.

 

СВЕРЧОК: Я заметил. У него - черты разных существ – живых и мертвых… Что-то от растения, что-то от минерала.

 

ГРИФФИТ: Он мертв, и как человек, и как животное, и как растение, и, даже, как паяц.

СВЕРЧОК: Но у него есть признаки жизни… Он мертв, как всё, что вы перечислили, но жив, как какое-то неизвестное существо… Эта его улыбка... Не паячья улыбка. Не улыбка пиноккио.

ФИЛ: Просто им нравится уходить. Единственное изменение, доступное им.

ГРИФФИТ: Единственное, куда они могут сигануть – небытие.

СВЕРЧОК: Кома.

ГРИФФИТ: У паяцев не бывает комы.

ФИЛ: Или они еще есть, или их уже нет.

СВЕРЧОК: У паяцев не бывает, но у того неизвестного существа, кем он является...

ГРИФФИТ: Что вы, коллега, нет никакого другого существа. (пауза) Поймите, мы не отказываемся их спасать. Вы же видите - я здесь, работаю, не меньше вашего. Просто мы не заблуждаемся на их счет.

Жизнь не является их средой обитания.

СВЕРЧОК: Вы их не любите. Паяцы раздражают вас, Гриффит. Вы здесь только потому, что вас не допустили лечить венец творенья. Пациенты вида homo sapiens не доверяют вашей фактуре, их обывательское сознание просто не вмещает её, и вы ласкаете скальпелем тех, кого не любите.

ГРИФФИТ: (смеется) Нет другого существа.

 

ГОЛОС ФЕИ: Он жив.

ФИЛ: Что ж, Сверчок, ваша взяла, работаем.

 

Кролики ввозят Пиноккио.

 

 

-76- ИСКОРКА

 

 

Пиноккио в кислородной маске на операционном столе.

 

Фил наблюдает сердце Пиноккио, Гриффит – мозг.

Рукавицы Сверчка похожи на две живые карликовые раффлезии.

 

 

ГОСПОЖА: Как дела, господа?

СВЕРЧОК: Плохо. Живой огонек – блуждающий, неуловимый и становится все меньше и меньше.

ГОСПОЖА: Мне не нравится то, что вы сказали, Доктор.

 

Лазурно-золотая искорка вспыхивает на острие носа Пиноккио.

Сверчку удается поймать её в рукавицу.
СВЕРЧОК: Есть!

 

……….

 

ФИЛ: Принимайте, госпожа. То живое, что в нем было, мы перебросили в мозг и в сердце.

ГРИФФИТ: Теперь он на нашей стороне.

 

Пиноккио открывает глаза.

 

 

-77- ПРОБУЖДЕНИЕ. ДЕВОЧКА ДЕСЯТИ ЛЕТ

 

 

Пиноккио просыпается.

Он в просторной белой комнате.

Комната вся в игрушках.

 

Из комнаты Пиноккио выходит в Сад.

 

Пиноккио в Саду.

 

Девочка, десять лет.

ДЕВОЧКА: Привет.

ПИНОККИО: Привет, синие косы.

ДЕВОЧКА: Что это у тебя?

ПИНОККИО: Ослик.

ДЕВОЧКА: Дай!

ПИНОККИО: Возьми, мне не жалко.

Девочка играет с игрушкой.

 

ПИНОККИО: Что ты делаешь?

ДЕВОЧКА: Привязываю его к своей косе.

ПИНОККИО: Зачем?

ДЕВОЧКА: Он будет как марионетка. Куда я пойду, туда и он.

ПИНОККИО: Да ну... Не надо.

Пытается отобрать игрушку, Девочка не отдает.

ПИНОККИО: Отдай.

ДЕВОЧКА: Не отдам.

ПИНОККИО: Он не твой.

ДЕВОЧКА: Догоняй.

Девочка убегает, Пиноккио догоняет.

 

Бегают по Саду.

 

ДЕВОЧКА: Хватит, ты еще болен.

ПИНОККИО: Я счастлив.

ДЕВОЧКА: Ты был смертельно болен.

ПИНОККИО: Я смертельно счастлив.

ДЕВОЧКА: Почему ты так уж счастлив?

ПИНОККИО: Не знаю. Хорошо мне в этом саду, и всё. (пауза) А что у меня было? Истощение, переохлаждение?

ДЕВОЧКА: Не важно. Если что и было, то пройдет. Теперь я буду о тебе заботиться.

ПИНОККИО: Хорошо, начинай прямо сейчас.

ДЕВОЧКА: Уже начала.

ПИНОККИО: Я чувствую. Не прекращай, пожалуйста.

ДЕВОЧКА: Не прекращу. Так будет всегда.

ПИНОККИО: Хотелось бы верить. (пауза)

ДЕВОЧКА: Давай еще погуляем. Можно?

ПИНОККИО: Ты у меня спрашиваешь разрешение?

ДЕВОЧКА: Конечно.

ПИНОККИО: Почему?

ДЕВОЧКА: Потому что этот Сад - твой.

ПИНОККИО: Ага, и комната с игрушками тоже моя.

ДЕВОЧКА: Она тоже твоя.

ПИНОККИО: А ты?

Пауза.

ПИНОККИО: Послушай, кто ты?

Пауза.

ДЕВОЧКА: Это твой дом, Пиноккио.

 

 

-78- ПРОБУЖДЕНИЕ. ДЕВОЧКА ТРИНАДЦАТИ ЛЕТ

 

 

ПИНОККИО: Я быстрее, зато ты красивей.

ДЕВОЧКА: Но быть быстрее - это ведь важнее.

ПИНОККИО: А быть красивей – это ведь красивей.

 

Берег озера.

ПИНОККИО: (глядя на волны) Когда я родился, говорили, что я – волнистый.

ДЕВОЧКА: Правильно говорили...

ПИНОККИО: А тебе что говорили?

ДЕВОЧКА: Когда я родилась? Не помню. Помню, что меня очень любили.

ПИНОККИО: Тебя, наверное, никогда не дразнили.

ДЕВОЧКА: Никогда.

Пауза.

ПИНОККИО: Давай, еще играть. В прятки…

ДЕВОЧКА: Попозже.

ПИНОККИО: Почему?

ДЕВОЧКА: К тебе пришли.

 

Слуги-паяцы вносят множество свертков.

Кладут к ногам Пиноккио.

Исчезают.

 

ПИНОККИО: У меня день рождения?

ДЕВОЧКА: Она была успешной.

ПИНОККИО: Кто?

ДЕВОЧКА: Операция.

ПИНОККИО: Я выздоровел?

ДЕВОЧКА: Ты не умер.

ПИНОККИО: Мы празднуем мою не-смерть? Большой праздник?

ДЕВОЧКА: Очень.

ПИНОККИО: Потом тоже будем праздновать?

ДЕВОЧКА: Всегда.

ПИНОККИО: (разглядывая свертки) Их слишком много. Можно я выберу один?

ДЕВОЧКА: Тогда – этот.

ПИНОККИО: Нет, я сам выберу.

 

Вскрывает выбранный сверток.

В нем – черные очки.

ПИНОККИО: (вертит подарок) Так... А что в других?

ДЕВОЧКА: Нет, Пиноккио, ты уже выбрал...

 

 

-79- ПРОБУЖДЕНИЕ. ДЕВОЧКА СЕМНАДЦАТИ ЛЕТ

 

 

Девочка и Пиноккио летят верхом на белом живом сияющем пере.

 

Девочка, 17 лет.

Скорость.

 

Волосы Девочки на черных очках Пиноккио.

 

ПИНОККИО: Перо похоже на комету!.. А сейчас на хвостатую метлу!.. Меня сдувает!

ДЕВОЧКА: Держись!

ПИНОККИО: Помедленнее!

ДЕВОЧКА: Что?

ПИНОККИО: Тормози!

ДЕВОЧКА: Не слышу тебя!

ПИНОККИО: Я слечу сейчас!!!

ДЕВОЧКА: Поняла.

Прибавляет скорость.

ПИНОККИО: Так ты поняла?

 

Комета резко взлетает.

Метла сворачивает в лес.

ПИНОККИО: Я пропал... Олень!!!

 

………

 

Перо налетает на дерево.

Теряет высоту.

Пиноккио и Девочка падают на траву.

 

ПИНОККИО: Ты рада?

Пиноккио подходит к лежащей Девочке.

ПИНОККИО: Что, едем дальше? Или остаемся здесь? (склоняется к Девочке) Эй, ты чего? Не вздумай умереть.

Гладит волосы, торчащие из-под шлема.

ПИНОККИО: Хватит лежать, вставай.

Пауза.

Пиноккио собирается снять с её лица черные очки, передумывает.

ПИНОККИО: Нет, не буду снимать. Я боюсь. А вдруг твои глаза закрыты? (вскакивает) Я понял. Это я разбился, а ты – жива, а мне кажется, что – наоборот.

Резко снимает с лица Девочки черные очки.

Пауза.

ДЕВОЧКА: Закрыты?

ПИНОККИО: Да. 

ДЕВОЧКА: Больше ничего плохого не будет.

ПИНОККИО: Смерть позади?

ДЕВОЧКА: Да, Пиноккио, впереди её нет.

ПИНОККИО: Совсем-совсем позади?

ДЕВОЧКА: Да, Пиноккио, мы её обогнали.

ПИНОККИО: Когда свернули в лес?

ДЕВОЧКА: Гораздо раньше... Так закрыты глаза?

ПИНОККИО: Да... Нет... Кажется...

 

Пиноккио и Девочка гуляют по лесу.

Закат.

ПИНОККИО: Мне кажется, в каждом дереве – пиноккио. (пауза) Хорошо, не в каждом. Во многих... (пауза) Мне здесь безумно хорошо. (пауза) Джеппетто был бы рад за меня... Ты – человек?..

 

 

-80- ЛЕКАРСТВО (ГРОБ)

 

 

Комната в Доме Девочки.

В руках Девочки –  пузырек с лекарством.

ПИНОККИО: Нет.

ДЕВОЧКА: Надо.

ПИНОККИО: Не проси, не буду.

ДЕВОЧКА: Ты еще очень слаб, Пиноккио.

ПИНОККИО: Паяцы, вообще, не отличаются силой.

ДЕВОЧКА: Если ты не примешь лекарство, ты умрешь.

ПИНОККИО: Ты же говорила: мы обогнали смерть.

ДЕВОЧКА: И не позволяем ей догнать нас.

ПИНОККИО: Я лучше умру, чем приму лекарство.

ДЕВОЧКА: Тебе понравилось умирать?

ПИНОККИО: Да, неплохое занятие, веселое. Шея ласкается с веревкой.

ДЕВОЧКА: Пиноккио, прими его. Вместе с кусочком сахара.

ПИНОККИО: Хорошо.

Берет из рук Девочки сахар и пузырек.

Подбрасывает и проглатывает сахар.

Швыряет пузырек об стену, пузырек разбивается.

ПИНОККИО: Ай! Нет лекарства!

ДЕВОЧКА: Есть. Я сейчас принесу.

Пиноккио берет игрушечный автомобиль и тоже швыряет об стену.

ПИНОККИО: Уууу! И машинки нет!

 

Пиноккио бьет, ломает и разбрасывает игрушки.

ПИНОККИО: (игрушкам) Вы не приняли лекарство! Вы сейчас умрете! (ломает) Видите? Умерли. Я же говорил вам! А все потому, что не стали пить горькую исцеляющую гадость!

Девочка три раза хлопает в ладоши и уходит.

 

 

-81- КРИСТАЛЛ

 

 

Появляются четыре белых кролика. Они вносят прозрачный гроб.

Пиноккио кидается в кроликов игрушками.

ПИНОККИО: О! Тех, кого не взяли в жаркое, берут в могильщики.

Кролики молча запихивают Пиноккио в гроб.

 

ПИНОККИО: (в гробу) Я в прозрачном кристалле.

Мы с ним похожи. Я ведь тоже не густой – свет пропускаю.

Прозрачный в прозрачном. Кристалл в кристалле.

 

Кролики обматывают гроб цепью.

ПИНОККИО: Вы не могли бы не так громко звенеть? Вы мешаете моим размышлениям о смерти.

Кролики вешают на цепь замок, запирают его на ключ и уходят.

 

ПИНОККИО: Как же они закрывают меня от мира! Наверное, сильно дорожат мной.

Пауза.

Пиноккио пытается открыть гроб изнутри.

ПИНОККИО: Он что, действительно, закрыт?

Пиноккио бьет кулаками по крышке гроба.

ПИНОККИО: Эй, ты! Прекрасная девочка! Кто бы ты ни была, ты не можешь хоронить меня! Это не ты сотворила меня! У меня есть отец Джеппетто.

Пиноккио бьется в гробу и кричит.

ПИНОККИО: Откройте! Я не хочу умирать! Джеппетто! Я боюсь смерти!

Пиноккио в кровь разбивает руки.

ПИНОККИО: Правильно, непослушных надо хоронить заживо… Эээээээээй! Кролики! Открывайте! Аааааааааааааааа!

 

--- ---

 

Пиноккио, сидя в открытом гробу, принимает лекарство.

 

 

-82- НОС

 

 

ДЕВОЧКА: Ты повесился? Ты решил покончить с собой?

ПИНОККИО: Нет, я люблю жизнь. Меня повесили. Они гнались за мной, потом догнали и повесили.

ДЕВОЧКА: Почему они гнались за тобой?

ПИНОККИО: Хотели отобрать золотые монеты.

ДЕВОЧКА: Золотые монеты? Откуда они у тебя?

ПИНОККИО: Мне дал Манджафокко, режиссер Театра.

ДЕВОЧКА: Почему он был так щедр с тобой?

ПИНОККИО: Он подарил мне как коллеге. Чтобы я мог создать Новый Театр.

ДЕВОЧКА: Вот как… И где сейчас эти монеты?

ПИНОККИО: Я их проглотил. Случайно. Когда пил лекарство.

ДЕВОЧКА: Тогда их совсем несложно вернуть. Я дам тебе рвотное.

ПИНОККИО: Нет.

ДЕВОЧКА: Нет?

ПИНОККИО: Деньги у меня украли.

ДЕВОЧКА: Кто посмел?

ПИНОККИО: Наверное, труппа Манджафокко. Они не хотели, чтобы я создал Театр. Лучше, чем у них. Лучший в мире. Где зрители получали бы крылья и взлетали. Из партера в бельэтаж. В бельэтаже зрители меняют крылья на новые и летят выше, а на верхних рядах галерки меняются крыльями с ангелами.

Это летящий Театр. Бесконечный.

На это должны были пойти мои деньги.

ДЕВОЧКА: Четыре золотых монеты на возносящийся мир…

Жаль, что их украли.

ПИНОККИО: Еще бы! Этот Театр…

Пауза, Пиноккио всматривается в Девочку.

Знаешь, я хотел тебе рассказать об этом… С самого начала, лишь только увидел тебя...

ДЕВОЧКА-ФЕЯ: (смеясь) Не рассказывай, Пиноккио.

ПИНОККИО: Нет, я расскажу! Мне надо сказать тебе!

Я знаю тебя. То есть, я видел тебя раньше.

ФЕЯ: Где?

ПИНОККИО: Ты - лучшая из лазурных существ, которые живут в высших садах.

ФЕЯ: (смеясь) Нет.

ПИНОККИО: Не нет, а – да. Высшие сады над Розой.

ФЕЯ: Ладно, ты сам хотел, чтобы я тебя выслушала. Я слушаю.

 

ПИНОККИО: Сначала – музыка. Когда я услышал её, я понял, что мне надо идти к ней. Что это – моя музыка...

 

Нос Пиноккио начинает расти.

Пиноккио не видит метаморфозы носа, продолжает рассказывать.

 

ПИНОККИО: Музыка лилась из Театра. Я увидел Театр, и это был мой мир.

 

Нос Пиноккио растет.

 

ПИНОККИО: Сцена. Они что-то изображали, они сами не понимали, что они изображают. Но там была Роза.

 

Нос Пиноккио растет.

 

ПИНОККИО: И в этой Розе было место для меня.

 

Нос Пиноккио растет.

 

ПИНОККИО: Я вошел в Розу!!!

 

Нос Пиноккио совершает рывок. Задевает глаз Девочки.

ФЕЯ: (смеется) Глаз!

Пиноккио не замечает, продолжает рассказ.

 

ПИНОККИО: Потом я видел ангелов, попавших в раффлезии! Много ангелов! Один из них облучил меня! И я стал Древесным Принцем. Я был совершенно другим. Ничего этого (показывает на себе), паячьего, не было!

И вот я взбираюсь. Выше, выше...

Рой ангелов окружает меня.

 

Нос Пиноккио растет с все возрастающей скоростью.

Девочка тоже меняется. Из 17-летней становится красивой 24-летней дамой.

 

ПИНОККИО: Я вхожу в Сад прекрасных созданий над Розой.

Не люди. Нет, намного лучше людей.

Ты была лучшей из этих существ, их королевой.

И я тоже захотел стать ими!

И я стал ими!

 

Нос извивается как змея и заглатывает Пиноккио.

Пиноккио проваливается в нос.

 

 

-83- НОС (ПРОДОЛЖЕНИЕ)

 

 

Нос Пиноккио становится тоннелем.

 

Извивающийся тоннель втягивает ангелические потоки над Розой.
Ангелы улетают в тоннель носа.

Пиноккио в тоннеле среди ангелов.

Он видит, как ангелы проносятся мимо него.

Пиноккио разворачивается, цепляется за внутренние стенки тоннеля, хочет выбраться, но нос - запаянная капсула.

 

Нос совершает глотательные движения и засасывает Пиноккио все больше и больше.

 

……..

 

ПИНОККИО: Спаси меня!!!!!!

 

 

-84- НОС (ИЗБАВЛЕНИЕ)

 

 

Рой крылатых пиноккио, похожих на москитов, опускается на Нос-Тоннель.

Крылатые Пиноккио прокалывают острыми хоботками поверхность Носа-Гиганта.

Нос выпускает воздух и сдувается.

 

Пиноккио ползает внутри огромного чехла.

 

Черный пиноккио, слуга Девочки, кинжалом взрезает чехол.

Пиноккио вылезает наружу.

 

 

-85- ИЛЛЮЗИЯ

 

 

ПИНОККИО: Где я был?

ФЕЯ: В носу.

ПИНОККИО: В моем?

ФЕЯ: В твоем. Нос – орган иллюзии паяцев. Ты утонул в своей лжи.

ПИНОККИО: НОС – СОН.

ФЕЯ: Ты солгал мне.

ПИНОККИО: Про монеты?

ФЕЯ: Про монеты – самая маленькая ложь. Роза…

ПИНОККИО: Что – Роза?

ФЕЯ: Ее не было.

ПИНОККИО: Была.

Нос Пиноккио растет.

ПИНОККИО: (Носу) Нет, не надо, хватит. Я знаю – ты большой и сильный. Ты лучше меня, стройнее…

 

ФЕЯ: Ты понял, как называется твоя болезнь?

ПИНОККИО: Любовь?.. Смерть?.. Насморк?.. Как еще? Голубая Фея?.. Синдром Пиноккио?

ФЕЯ: Иллюзия.

ПИНОККИО: Красиво звучит. Иллюзия, раффлезия.

ФЕЯ: Иллюзия – болезнь вида пиноккио. Смертельная.

ПИНОККИО: (ощупывая свой нос) Вот как выглядит смерть. Не думал, что она имеет форму носа. Она же безносая.

ФЕЯ: Она бесполая.

ПИНОККИО: Почему Роза - иллюзия? Это было со мной. Я был в Розе. Недолго, но я был в ней…

Нос растет.

 

ФЕЯ: Тебе все это пригрезилось.

 

 

-86- ФАБРИКА ГРЁЗ

 

 

ПИНОККИО: Значит, пригрезилось?.. Я – ходячая, носатая Ложь… Тогда зачем ты меня спасла? Я не хочу жить.

Нос Пиноккио растет.

ПИНОККИО: Нет, это он растет от предыдущей реплики, по инерции. Сейчас я не лгал.

Пауза.

«Я – режиссер»… Я это сказал, чтобы посмотреть, вырастет он или нет.

ФЕЯ: Ты - фабрика грёз, Пиноккио.

ПИНОККИО: Ты – в главной роли.

ФЕЯ: Нет. Не я.

ПИНОККИО: Кого же я взял на главную роль?..

Пауза.

Скажи, мы рядом? Мы с тобой в одном мире? Мы ведь ступаем по одной траве, дышим одним воздухом?.. Или нет?

Пауза.

 

 

-87- ЛЮБОВЬ

 

 

ФЕЯ: Розы не было. Забудь о ней как можно скорее.

ПИНОККИО: Легко сказать!

ФЕЯ: Я хочу, чтобы ты был счастлив, Пиноккио. Забудь о ней.

ПИНОККИО: Забуду. Завтра.

ФЕЯ: Ты хочешь жить здесь, со мной?

ПИНОККИО: Но получится ли у меня?

ФЕЯ: Попробуй.

ПИНОККИО: Ты разрешаешь мне остаться здесь?

ФЕЯ: Я прошу тебя об этом.

ПИНОККИО: А мой папа? Он ведь не знает, что со мной, он, наверное, обыскался меня. И я должен ему много чего купить!

ФЕЯ: Иди к нему. Скажи, что ты будешь жить здесь. Он сможет навещать тебя, когда захочет. Скажи ему, что это и его дом тоже.

ПИНОККИО: Я иду к папе!

ФЕЯ: Будь осторожен. Может быть, в другой раз у меня не получится спасти тебя.

ПИНОККИО: У тебя получится. Но я, все равно, буду осторожен.

ФЕЯ: До вечера, Пиноккио.

ПИНОККИО: До вечера, Лазурная Красота!

ФЕЯ: Я люблю тебя!

Пауза.

ПИНОККИО: Я отвечу, а он опять превратится в тоннель и сожрет меня…

Хотя, пускай жрет!

Я…

Люблю тебя!

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 Часть пятая.

 

СТРАДУР

 

 

-88- DREAM И REALITY

 

 

Лес за городом.

Кот и Лиса.

 

У Кота – корзина с глазами.

Кот примеряет глаза разных существ.

 

«Девичья» нога Лисы наполовину истаяла.

 

Лапа Кота перевязана.

 

 

ЛИСА: Мы давно ничего не выращивали… Мы давно не творили, Reality.

КОТ: А Дворец Счастья? А Остров Мертвых?..

ЛИСА: Остров Мертвых – последнее живое, что мы сотворили.

КОТ: Но очень недолговечное живое.

ЛИСА: А ведь мы могли бы создать что-нибудь еще чудеснее, чем Остров Мертвых. Помнишь, Reality, я говорила тебе о продолжении Острова…

КОТ: Помню… Да. Могли бы создать. Но не создадим.

ЛИСА: Потому что золото…

КОТ: Шлюха.

ЛИСА: Сегодня ему почему-то выгодней быть с паяцем.

КОТ: Золоту выгодней…

ЛИСА: Может быть, ты был прав, когда говорил, что у паяца нет души. Отсутствие души! Вот, что привлекает такую растленную потаскуху, как золото.

КОТ: Да, оно любит бездушных.

 

Кот, в процессе диалога не прекращавший перебирать глаза, вставляет очередную пару себе в глазницы.

КОТ: Ну, как тебе?

ЛИСА (глядя Коту в глаза): Пантеры и человека? Так себе. Пантеры и демона было лучше.

 

Кот вытряхивает глаза пантеры и человека из глазниц обратно в корзину.

Запускает лапу в корзину.

Пауза.

КОТ: А, это всё не то...

 

Высыпает всю корзину в ручей. Глаза уплывают.

Пауза.

 

ЛИСА: Как твоя лапа?

КОТ: Никак.  

ЛИСА: Так быстро прошла? Хорошо.

 

Кот смотрит в бинокль.

КОТ: Он не умер, Dream. (пауза) Спокойно идет по лесу. (пауза) Золото с ним.

ЛИСА: Фея спасла его.

КОТ: Теперь она ему покровительствует.

ЛИСА: Он под ее защитой.

КОТ: Паяц, Золото, Фея…

ЛИСА: Такой неправильный треугольник образовался. А мы – за его пределами.

КОТ: Нам больше не увидеть золотых.

ЛИСА: Не насладиться их обладанием.

КОТ: Не услышать их звона.

ЛИСА: И не пустить их на продолжение Острова Мертвых.

КОТ: Да, именно так…

ЛИСА: Нет, не так. (пауза) Совсем наоборот. (пауза) Бог ведет нас. У нас не получилось его убить.

КОТ: Что-то многое стало не получаться, Dream.

ЛИСА: Это к лучшему! Мы не убили его; значит, его деньги, все же, могут принести нам счастье.

КОТ: Если он, все же, сам отдаст их.

ЛИСА: Он отдаст.

КОТ: Никогда. Скорее паячью жизнь, чем монеты.

ЛИСА: У человечка есть мечта.

КОТ: И у нас есть.

ЛИСА: Мечта – то, чему служат. То, чему всё отдают. Мечта грабит всех. Мечта – главный в мире грабитель.

КОТ: Разве мы – его мечта?

ЛИСА: Не мы. Театр.

КОТ: (показывая на пустые глазницы) Зрелище?

ЛИСА: Не надо, чтобы он отдавал золото нам. Пусть отдаст своей мечте.

Пауза.

КОТ: Дай мне догадаться, Dream.

ЛИСА: Догадайся, Reality. Ты же знаешь меня. Куда ведут одержимых мечтой?

Пауза.

КОТ: Поле?

ЛИСА: Ты угадал. Мы поведем его на Поле, Reality. И против Поля он не устоит.

КОТ: Хорошая мысль, Dream, паяц не сможет устоять перед его воздухом.

ЛИСА: Там он поверит. В то, что его мечты начинают сбываться, поверит в счастье.

КОТ: В то, что счастье возможно.

Пауза.

ЛИСА: Он поверит Полю.

Пауза.

КОТ: Это хорошая мысль, Dream, но жестокая.

ЛИСА: Ты говоришь о жестокости, Reality?? Тебя ли я слышу?

КОТ: Меня. Все-таки, Поле. Привести туда… Кто бы он ни был.

ЛИСА: Жестоко то, что, когда мы были юные, котята, лисята, счастье было почти бесплатно. Вспомни, Reality! Потоки счастья – почти бесплатно.

КОТ: Помню, Dream, лисята, котята.

ЛИСА: А сейчас только ради того, чтобы на миг забыться, надо убивать.

КОТ: Надо. Десятками.

ЛИСА: Если не сотнями.

Вот это жестокость, Reality! Настоящая, чистая, неумолимая…

КОТ: Да, то, как поступили с нами - похуже, чем отвести кого-то на Поле. Я сам жалею, что нас сразу не отвели туда. Надо было утопить нас в Поле сразу, лисят, котят…

Пауза.

ЛИСА: Он отдаст золотые Полю.

КОТ: А Поле отдаст нам.

ЛИСА: Ведь Полю деньги не нужны.

КОТ: Да, Полю они точно не нужны.

 

Сплетаются хвостами.

 

Достают монетку, бросают жребий.

ЛИСА: Жребий брошен. Теперь я – Reality.

КОТ: Я – Dream.

 

 

-89- ЗАПОНКА ИЛИ СЧАСТЬЕ ОТЦА

 

 

Лес. Между домиком Феи и Городом.

Кот, Лиса, Пиноккио.

 

ПИНОККИО: У вас всё отлично? Шерсть лоснится, я вижу.

ЛИСА: Как ты жил после того, как мы расстались?

ПИНОККИО: Отлично. Меня хотели убить.

ЛИСА: Жаль, нас не было рядом. Мы бы тебя защитили.

ПИНОККИО: Что с твоей лапой?

КОТ: Я отрезал ее.

ЛИСА: Дабы накормить голодных.

ПИНОККИО: Зверей, людей?

ЛИСА: И зверей, и людей. Голодных очень много.

ПИНОККИО: Накормил одной лапой?

ЛИСА: Такая лапа.

КОТ: Но тебя не убили.

ЛИСА: Тебя спасли?

ПИНОККИО: Да, Лазурная Фея. Спасла от смерти, и еще… Исцелила от иллюзии… И я теперь буду жить в ее доме. Мы с отцом…

ЛИСА: Большой дом?

ПИНОККИО: Огромный.

ЛИСА: Почему же ты здесь, а не в том огромном доме?

ПИНОККИО: Я иду забрать своего отца.

КОТ: Джеппетто?

ЛИСА: Того самого Джеппетто, которому ты обещал купить много всего.

КОТ: И так и не купил.

ПИНОККИО: Зато сейчас куплю.

ЛИСА: О, да! Новую куртку для Джеппетто.

КОТ: Новый пиджак для Джеппетто.

ЛИСА: Новые ботинки для Джеппетто.

ПИНОККИО: Может, хватит?

ЛИСА: Нет, не хватит. Мы еще не упомянули о новых часах и новых запонках для Джеппетто.

ПИНОККИО: Что вам надо?

КОТ: Нам – ничего.

ЛИСА: Совсем ничего.

ПИНОККИО: Тогда - до свидания!

ЛИСА: Но мы хотим, чтобы Джеппетто, действительно, получил подарок.

ПИНОККИО: Он получит.

КОТ: Мы хотим, чтобы твой отец, действительно, был счастлив.

ПИНОККИО: Да? На редкость человеколюбивые животные. И что нужно для того, чтобы мой отец, действительно, был счастлив?

ЛИСА: Не догадываешься?

КОТ: Он не догадывается.

ЛИСА: Потому что он сын, а не отец.

КОТ: Он не понимает, что есть счастье отца.

ПИНОККИО: Что есть счастье отца?

Кот и Лиса смеются.

ПИНОККИО: Какие-то особые запонки фирмы «Счастливый папа»?

КОТ: Сам ты – запонка.

ЛИСА: Для отца наивысшее счастье - когда счастливо его дитя.

КОТ: То есть когда счастлив ты, Запонка.

ПИНОККИО: Понял, о чем вы. Лучший подарок отцу – счастье ребенка. А настоящее счастье возможно только в Городе? Так?.. Нет уж, дудки. В Город я больше не пойду.

КОТ: (изумленно) Город?

ЛИСА: Город? Ах, Город… Нет, мы не предлагаем одно и то же дважды.

ПИНОККИО: И никуда я с вами не пойду. Для меня это закончилось виселицей.

КОТ: А как началось?

ЛИСА: Вспомни, как началось, Пиноккио. 

ПИНОККИО: Вы сказали, что я должен увидеть Город.

ЛИСА: А до того? До Города?

 

 

-90- НЕОКОНЧЕННОЕ СТРАНСТВИЕ (САД)

 

 

ПИНОККИО: (вспоминает) До… Я шел в школу…

ЛИСА: Но до школы не дошел…

ПИНОККИО: Нет…

ЛИСА: Почему? Что помешало?

ПИНОККИО: Ничего не помешало. Не пошел в школу, и всё.

ЛИСА: Тебя кто-то отвлек.

ПИНОККИО: Нет… А… Ну, там… Пытались отвлечь… Игрой…

КОТ: Музыка?

ПИНОККИО: Да… Музыка… И спектакль.

КОТ: Расскажи.

ПИНОККИО: Не могу.

КОТ: Отчего?

ПИНОККИО: Не помню.

ЛИСА: Ничего не помнишь?

ПИНОККИО: Ничего.

ЛИСА: По сцене ходили?

ПИНОККИО: Не знаю. Может быть, и ходили.

КОТ: Я тоже из того, что видел, ничего не запомнил. Ни одного спектакля.

ЛИСА: Боже мой, да когда ж ты их видел? Ты вообще в театре был когда-нибудь?

КОТ: Был…

ЛИСА: Когда, театрал?

КОТ: До того, как я их отпустил. Ну, глаза свои… То есть, в детстве.

ЛИСА: В детстве, Кровь. Значит, очень давно… А он – только что. И не помнит.

КОТ: Я вырос и потускнел, Любовь. А тому, кто вырос и потускнел, Театр не нужен. И я всё забыл. Театр, он – для детей…

 

ПИНОККИО: Была музыка. Я пошел на неё. Пришел в Театр. И понял, что я пришел к себе… К себе домой.

Что на сцене – неважно. Сегодня одни, завтра другие. Я знал, что они уйдут, а я - у себя дома.

ЛИСА: Дальше.

ПИНОККИО: Роза.

Но это - не дальше, это было всегда.

Роза была всегда.

Она течет вверх.

Я вошел в Розу.

Я умираю без неё, хотя я не уверен, что вышел из неё.

И вообще, я её вырастил.

И она не сгорает.

И вся эта Роза – я.

Пауза.

ЛИСА: Вот такой спектакль, Кровь. Как зовут режиссера?

ПИНОККИО: Пиноккио.

ЛИСА: Я говорю о хозяине Театра.

ПИНОККИО: Манджафокко.

ЛИСА: Ты пробовал вернуться в Театр?

ПИНОККИО: Нет. Хотя я не закончил странствие – не увидел, кто вырастил эту Розу.

КОТ: А хотел бы увидеть?

ПИНОККИО: Еще бы!.. И вот, я подумал. Я, конечно, куплю моему отцу всё, что он захочет… Но еще… На эти деньги я хотел бы построить Театр. И в Театре я вырастил бы новую Розу, такую, которая привлекла бы ангелов; ангелы пришли бы и рассказали всем, из какого они Сада и кто его выращивает… И все бы узнали.

КОТ: Отличная идея.

ПИНОККИО: Новую Розу можно вырастить только в Театре. Они связаны. Я пока не знаю, почему, но Роза - и есть Театр.

КОТ: Ты говоришь как режиссер, Пиноккио.

ЛИСА: И как он будет выглядеть, твой Театр?

ПИНОККИО: Похоже на Театр Манджафокко. Знаете?

ЛИСА: Знаем. Игла.

ПИНОККИО: Игла. Только такая, которая может летать. Я ведь собираюсь давать представления на других планетах, на звездах и на небесах.

КОТ: Хочешь покорить звезды, Пиноккио? Здорово!

ЛИСА: Старику Манджафокко до такого не додуматься!

КОТ: Фантазии не хватит.

ЛИСА: И духу.

КОТ: А я мечтал бы стать штурманом твоего корабля-театра. Возьмешь меня?

ПИНОККИО: Договорились… Погоди! Как это - штурманом? Ты же слепой!

Кот и Пиноккио хохочут.

КОТ: Я пошутил. Конечно, не я буду твоим штурманом.

ПИНОККИО: А кто?

КОТ: Мои глаза.

ПИНОККИО: А они не уведут меня куда-нибудь… Туда, откуда больно падать?

КОТ: Моим глазам нравится твой Театр… (смотрит пустыми глазницами в небо) Нет, Пиноккио, мои глаза не уведут тебя.

ПИНОККИО: Беру вас троих. Тебя и два твоих глаза.

 

 

-91- ДЕНЬГИ

 

 

ЛИСА: На создание такого театра нужны деньги.

ПИНОККИО: У меня есть!

ЛИСА: Замечательно, что ты так богат, Пиноккио.

КОТ: Что у тебя есть четыре тысячи золотых.

ПИНОККИО: (оказывает четыре золотых) Вот. То, что у меня есть.

Пауза.

Что? 

Пауза.

Почему вы молчите?

Пауза.

ЛИСА: Мы парализованы.

ПИНОККИО: Почему?

Пауза.

КОТ: Не хватит на один лепесток Розы.

ЛИСА: Какое там! На одно ангельское перо! Так всегда. Мы настроились на творчество, а наш порыв опять погасили.

КОТ: Этот паяц – пустышка.

ЛИСА: Это моветон, Кровь. Сказать, что паяц – пустышка, всё равно, что обозвать воду мокрой. Тебе не идут банальности.

КОТ: Да уж. Прощай, Пиноккио.

ЛИСА: Чао, паяц! Не забудь купить папе куртку.

Кот и Лиса уходят, с Пиноккио истерика.

 

 

-92- СТРАНА

 

 

Истерика Пиноккио.

 

КОТ: Видишь, как ребенок страдает?

ЛИСА: Вижу. Больно смотреть.

Пауза.

КОТ: Расскажем о СТРАНЕ?

ЛИСА: Не знаю…

ПИНОККИО: Расскажите!

ЛИСА: Ты даже не представляешь, о чем речь.

ПИНОККИО: Расскажите – представлю.

Пауза.

ЛИСА: Нет, Кровь, это очень опасно. Мы расскажем ему о СТРАНЕ, он побежит туда, а СТРАНА его не примет. Или даже…

КОТ: Проглотит.

ЛИСА: Хуже того – растворит.

КОТ: Будет трагедия.

ЛИСА: И мы никогда себе этого не простим.

КОТ: Никогда.

ПИНОККИО: Не мучайте меня, расскажите о СТРАНЕ!

ЛИСА: Нет, Пиноккио, мы не можем.

КОТ: Это слишком большая ответственность.

ЛИСА: А ты - дитя.

Пиноккио плачет.

 

ЛИСА: Погоди, Кровь. Ведь если мы расскажем Пиноккио о СТРАНЕ, это не значит, что мы отведем его туда.

КОТ: Не значит, Любовь.

ПИНОККИО: Я прошу вас!

ЛИСА: Хорошо, Пиноккио, мы только расскажем о ней.

ПИНОККИО: Да!

КОТ: Только расскажем, но не пойдем туда.

ПИНОККИО: Ни за что не пойдем!

ЛИСА: Пиноккио, дай нам слово, что, узнав о СТРАНЕ, ты не захочешь туда.

ПИНОККИО: Слово Пиноккио!

КОТ: И не попросишь, чтобы мы указали тебе путь.

ПИНОККИО: Конечно, не попрошу!

Пауза.

ЛИСА: Хорошо, Пиноккио, слушай… Ты хочешь, чтобы четыре золотых превратились в четыре тысячи золотых?

ПИНОККИО: Безумно хочу. Но как?!

ЛИСА: Прекрасный вопрос. Это невозможно.

ПИНОККИО: Именно так я представлял себе ваш ответ.

ЛИСА: Было бы невозможно…

КОТ: Если бы не СТРАНА.

ПИНОККИО: Что за Страна?

Пауза.

Где она находится? У нее есть название? Население? Столица?

ЛИСА: Есть столица, есть и население.

ПИНОККИО: А название?

КОТ: Есть и название.

ПИНОККИО: Как же она называется?

Пауза.

Ну, говорите же, я слушаю…

Пауза.

КОТ: Брось, Любовь. Зачем ты запустила эту тему? Для него есть лишь одна страна - «Новые Печи».

ЛИСА: Не слушай его, Пиноккио. Не «Новые Печи». Совсем другая СТРАНА.

ПИНОККИО: Что же это? Планета Избавления?

ЛИСА: Не планета – Вселенная.

ПИНОККИО: Я хочу планету в форме Розы.

ЛИСА: Там вырастет лес, который примет тебя, деревянный человечек. Именно та флора, по которой ты тоскуешь.

ПИНОККИО: Я тоскую по флоре, исцеляющей от тоски.

КОТ: Получишь именно такую. Главное, не теряй веру, Пиноккио. Посеем семена – будет лес.

Пауза.

ПИНОККИО: Кот, Лиса, Паяц. Такого номера в цирке еще не было?

ЛИСА: Чтобы вместе выступали – не было.

КОТ: Но всегда существует такое понятие, как «первый раз». Когда-то вообще ничего не было. И вдруг случилось…

Пауза.

 

 

-93- САМОЕ КРАСИВОЕ СЛОВО В МИРЕ

 

 

Пауза.

КОТ: СТРАДУР.

ПИНОККИО: Очень красиво… Но…

ЛИСА: Что – но?…

ПИНОККИО: Есть в этом что-то тревожное… Страдур… Мне кажется, я никогда не вернусь оттуда… Страдур… Оно убаюкивает, усыпляет… Там, наверное, живут сирены?...

Закрывает глаза.

Нет, мне не выбраться оттуда…

Засыпает.

ЛИСА: Сирены - это самое простое, что там живет.

КОТ: Их там - как голубей.

Пиноккио просыпается.

 

ПИНОККИО: Вот что, друзья. С вами очень интересно, но мне пора. Меня ждет папа. А Театр, Роза – это всё химеры…

ЛИСА: Молодец. Я знала, Пиноккио, что ты поступишь как настоящий человек. Не как паяц… Жму руку. Прощай.

ПИНОККИО: Прощайте… Я иду домой…

КОТ: СТРАДУР.

Пиноккио останавливается.

 

ПИНОККИО: Не говорите этого слова!

КОТ: Почему, милый Пиноккио? Я произношу то, что хочу, те слова, которые мне нравятся.

ЛИСА: (неистово, Коту) Помнишь, Кровь, много лет назад мы поступили точно так же! У нас было пять золотых, но мы не понесли их в Страдур!

Пиноккио вздрагивает.

КОТ: Да, мы раздали нищим.

ПИНОККИО: Для чего надо было нести деньги в Страдур?

ЛИСА: И я не купила яхту для поездок по Озеру Мертвых…

КОТ: А я отказался от самой лучшей коллекции глаз…

ЛИСА: Не отнесли!

КОТ: Не отнесли.

ЛИСА: Раздали!

КОТ: Раздали.

ЛИСА: И вот теперь мы ни с чем!

КОТ: Но совесть чиста.

ПИНОККИО: Для?! Чего?! Надо?! Нести?! Деньги?! В?! Стра-дур?!

Пауза.

 

ЛИСА: Послушай, Пиноккио, прежде чем ты уйдешь к папе, мы расскажем тебе. В Страдуре, кроме сирен, есть еще Поле.

КОТ: Поле.

ЛИСА: Его называют по-разному. «Я дома».

КОТ: «Я вижу».

ЛИСА: Моя Невеста.

КОТ: Райская Кастрация.

ЛИСА: Мех Ангелов.

КОТ: Родина Скорости.

ЛИСА: Кладбище-Роддом.

ПИНОККИО: Кладбище мне не нравится.

КОТ: Не нравится – не называй.

ПИНОККИО: Мне нравится Скорость.

ЛИСА: Мы зовем просто: Поле.

КОТ: Поле.

ЛИСА: И многие зовут его именно так. Но дело не в названии. Ты выкапываешь в этом Поле ямку, кладешь туда золотые, поливаешь водой, посыпаешь солью… Впрочем, можно не поливать и не посыпать. Можно просто закопать.

Пауза.

ПИНОККИО: И всё?

ЛИСА: Нет, не всё. В том месте, где ты закопаешь деньги, вырастет огромное Древо. До Неба. Его ветви будут усеяны золотыми монетами, как плодами. Золотые птицы с других планет прилетят поклевать их. А ты влезешь на Древо и соберешь урожай.

ПИНОККИО: И мне хватит на то, чтобы создать Театр и вырастить Розу?

КОТ: Розовые плантации.

ПИНОККИО: Зачем мне плантации? Я похож на плантатора?

КОТ: Только не говори, что тебе нужна всего одна.

Щедрость мира расцветет тогда, когда такими розами можно будет усыпать дно мирового океана. Или украсить млечный путь. Весь.

ЛИСА: Это и будет Театр, о котором ты мечтаешь.

КОТ: Где после спектаклей каждый зритель будет дарить тебе по такой Розе.

ЛИСА: И тогда можно будет сказать: «Всё!»

ПИНОККИО: И долго растет Золотое Древо?

КОТ: Пять минут.

ПИНОККИО: Пять минут! Так быстро?

ЛИСА: Это же Поле.

КОТ: Родина Скорости.

ПИНОККИО: Закапываешь золотые – получаешь Золотое Древо. Неужели такое возможно?

ЛИСА: Здесь нет. В Страдуре – да. И ты бы построил несколько сотен театров. Ты хотел покорять звезды? Так вот, на каждой звезде у тебя было бы по новейшему театру.

КОТ: Ты бы гастролировал только по своим площадкам.

ПИНОККИО: Так что же мы медлим? Скорее идем в Страдур!

ЛИСА: Пиноккио, ты забыл про свое обещание.

ПИНОККИО: Какое-такое обещание?

ЛИСА: А такое обещание. Никогда…

КОТ: Никогда…

ЛИСА: Никогда не проситься в Страдур.

ПИНОККИО: Да? Я вам обещал такое?

Пауза.

 

ЛИСА: Ладно, Пиноккио. Прощай, мы уходим.

ПИНОККИО: Вы уходите… Далеко?

КОТ: В Страдур.

ЛИСА: Куда нам еще идти?

ПИНОККИО: Я с вами!

ЛИСА: Нет, Пиноккио, нельзя. Ты давал клятву, что не будешь проситься.

ПИНОККИО: Я боялся. Мне было страшно слышать это слово. СТРАДУР… Но теперь я не боюсь. Мне кажется, это самое красивое слово в мире… СТРАДУР

ЛИСА: Я теряюсь… Никто не любил это слово так, как Пиноккио. Что ты думаешь, Кровь?

КОТ: Я уже не думаю, Любовь. Я уже на пути в Страдур. Можно сказать, я уже в Страдуре.

ПИНОККИО: А можно будет построить Театр прямо там же, на волшебном Поле?

Пауза.

Я бы закапывал реплики, а вырастали бы целые пьесы.

Пауза.

Я бы закопал эпизод, где беседуют двое животных, а выросли бы сто мистерий, где люди говорят с ангелами.

Пауза.

 

ЛИСА: Слышал?

КОТ: Слышал.

ЛИСА: И что скажешь?

КОТ: Любовь, он заслужил Страдур.

ЛИСА: Ты так уверен?

КОТ: А он - оттуда. Он там родился. Просто не помнит. Надо вернуть ребенку его отечество.

ЛИСА: Согласна… Пиноккио, мы идем в Страдур.

ПИНОККИО: Ура!!

ЛИСА: Страдур – для тех, кто исчерпал Город.

КОТ: Для тех, кому уже требуются совсем иные пейзажи.

 

СТАРУХА: (очень старая, но на ней густым слоем лежит косметика) Не ходи с ними, дитя. Встреча с такими, как они, до добра не доведет. Лучше пойдем со мной. У меня такие хорошие внучата…

 

Лиса, молча, направляется к Старухе.

 

ПИНОККИО: (Старухе) Умоляю! Не говорите ничего. Не отговаривайте меня от Страдура. Иначе вас убьют.

Старуха быстро смывается. 

 

 

-94- ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В СТРАДУР

 

 

Пыльный пустырь.

Ветер играет мусорной шелухой. 

ПИНОККИО: Долго еще идти?

ЛИСА: Не очень.

ПИНОККИО: Вы все время повторяете это ваше: не очень. А мне уже надоело топать.

ЛИСА: Терпение, Пиноккио. Ты же хочешь вырастить Золотое Древо.

ПИНОККИО: Мечтаю. Но, может быть, мы немного отдохнем. Где-нибудь… Можно прямо здесь…

Пауза.

ЛИСА: Тебе здесь нравится?

ПИНОККИО: Здесь намного лучше, чем в Городе.

ЛИСА: Ты уверен?

ПИНОККИО: Определенно.

Пауза.

ЛИСА: А почему тебе здесь нравится?

ПИНОККИО: Здесь… Здесь, будто, ничего нет… Но, при этом, ничего и не надо.

КОТ: Добро пожаловать в Страдур.

ЛИСА: Мы пришли.

ПИНОККИО: Есть!

ЛИСА: Смотри, Пиноккио, на эту удивительную Страну. Здесь есть флора, но нет фауны.

КОТ: Только дауна.

ЛИСА: Здесь нет аптауна.

КОТ: Только даунтаун.

ЛИСА: Квартал Де Билль.

КОТ: Площадь Безрассудства.

ПИНОККИО: Но я ничего не вижу. Никаких площадей.

Кот и Лиса смеются.

ПИНОККИО: Но мне очень нравится!

ЛИСА: Бульвар Имбецилов.

ПИНОККИО: Хочу на этот Бульвар!

 

 

-95- БУЛЬВАР ИМБЕЦИЛОВ

 

 

Бульвар Имбецилов.

Нищие:

люди;

звери, среди которых есть «нагие», без шкур и шерсти;

химеры, состоящие из частей разных зверей.

Нищие обступают Пиноккио.

ПИНОККИО: (радостно) Другие нищие! Не то, что в Городе.

БОМЖ-КЕНТАВР: (Пиноккио) Отец! Не жмись, отец, у тебя же есть. А мы здесь умираем…

Кот и Лиса отгоняют нищих.

Швыряют им горсть монет.

Нищие подбирают монеты и с криками: «Шерсть!» и «Плоть!» тут же бросаются к торговцам.

Торговцы все – люди, плотные упитанные мужчины.

 

Звери скупают клочки голубого меха.

Шлепают себе на тело, как заплаты.

Островок меха лучится и исходит, тает – звери счастливы.

Но вместе с лазурным мехом уходит и их собственный мех.

Звери остаются голые.

 

Человек смазывает себе язвы желто-лазурной мазью.

Раны ненадолго затягиваются – человек счастлив.

Мазь испаряется – раны снова открываются.

 

Немой покупает себе ало-лазурный язык

Вставляет вместо вырванного.

Несколько секунд радостно поет:

- Мои ангелы придут за мной. Мои ангелы придут за мной.

Непременно придут, непременно придут,

Мои ангелы придут за мной.

Они уже пришли, они уже со мной…

Язык быстро тает у него во рту.

Немой выплевывает язык.

 

ПИНОККИО: Всего несколько секунд!

КОТ: Бывают такие секунды, за которые люди отдают состояния.

ПИНОККИО: Страдур! Страдур! Страдур! Я говорю с Ним! А Он отвечает!

ЛИСА: Это пока лишь окраина Страдура, Пиноккио.

КОТ: А мы поедем в Центр.

 

 

-96- ВОКЗАЛ СТРАДУРА

 

 

ЛИСА: (Коту и Пиноккио) Становитесь в очередь за билетами. Я сейчас вернусь.

ПИНОККИО: Билеты! Как на спектакль «Житие Древесного Принца».

Очередь оборачивается на Пиноккио и смеется.

 

Очередь – люди, звери, ящеры, змееобразные, плотные торговцы, бомжи, наркоманы; распадающиеся; склеенные заново из распавшихся кусков…

Скупают всё – от СВ до плацкарта.

 

Возвращается Лиса с двумя масками - карнавальными венецианскими противогазами.

ЛИСА: (Коту) Примерь.

Кот и Лиса примеряют маски.

ПИНОККИО: А мне?

ЛИСА: Тебе нельзя. Поле не примет дар от маски.

КОТ: Оно не любит, когда от него прячутся.

 

На перрон въезжает прозрачный поезд.

 

 

-97- ПЕРРОН

 

 

У вагона.

Проводник-песец в клочках лазурного меха.

ПРОВОДНИК: (проверяя билеты Кота, Лисы и Пиноккио) Один детский…  Пожалуйста, проходите в мягчайший вагон!

 

Неожиданно, оттесняя Кота, Лису и Пиноккио, к проводнику подходят-подползают огромная пиявица с человеческой женой, та пара, которую ангелочки выносили из «Красного Рака».

В кольчатых отсеках пиявицы – кварталы недавно проглоченных городов.

Жена поглаживает мужа по животу, по тому отсеку, где переваривается и истаивает улица в стиле модерн. 

ПИНОККИО: (про Пиявицу) Он сам как поезд!

ПРОВОДНИК: (Лисе и Коту) Прошу прощения, господа. Вам придется немного подождать.

ЛИСА: Почему? Мы пришли раньше и не собираемся никому уступать.

ЖЕНА ПИЯВИЦЫ: Ты по черепу давно не получал?

ЛИСА: Вас ждал.

Песец падает перед Лисой на колени.

ПРОВОДНИК: Госпожа, я умоляю вас, не надо скандала! Пощадите меня!

Пауза.

ЛИСА: Ладно. Скандала не будет. Только потому, что ты песец, а не аскарида. (отходит в сторону)

Пиявица с женой проходят-проползают в вагон.

 

 

-98- ВАГОН-РЕСТОРАН

 

 

Поезд мчится по Страдуру.

 

В вагоне-ресторане.

Посетители: кроме Лисы, Кота, Пиноккио – Пиявица-Гигант с супругой; еще несколько пиявок поменьше, налитых лазурью, с супругами – ланями и эльфическими девочками; насекомые, полные голубого нектара; павианы с прозрачными сферами задов, в которых томятся пары Homo Sapiens.

 

Внутри пиявок, как в квартирах, живут лазурные семьи и тают.

Иные семьи уже совсем растаяли. 

ПИНОККИО: (о лазурных семьях внутри) Кто это?

ЛИСА: Страдурийцы. Жители Страдура.

ПИНОККИО: Почему они там, внутри?

ЛИСА: Они там живут.

КОТ: Во внимателях.

Пауза.

ЛИСА: Терпение, Пиноккио, скоро все увидишь.

 

Некоторые страдурийцы – бывшие люди – сузились, сжались и стали органами-конечностями безруких и безногих от природы пиявок.

Кольчатый муж обнимает жену – эльфическую девочку – новыми руками, которые недавно были людьми.

ЭЛЬФИЧЕСКАЯ ДЕВОЧКА: Так хорошо, дорогой, что теперь ты можешь обниматься.

КОЛЬЧАТЫЙ МУЖ: Мы можем обниматься. (пинает «ногами» мелких пиявок, у которых нет таких конечностей)

 

Налитые лазурью пиявицы заполняют ресторан.

Кто-то из них случайно задевает столик Пиявицы-Гиганта.

ПИЯВИЦА-ГИГАНТ: (задевшей пиявке) Ты хочешь, чтоб я тебя с поезда выкинул?

ЖЕНА ПИЯВИЦЫ-ГИГАНТА: Желательно, под колеса. Хлюп-хлюп.

ЗАДЕВШАЯ ПИЯВКА: Вина моя границ не знает.

ПИЯВИЦА-ГИГАНТ: Ты почему пустая? Освободилась недавно?

ЗАДЕВШАЯ ПИЯВКА: Точно так. Амнистия.

ПИЯВИЦА-ГИГАНТ: Ладно, поменьше извивайся пока…

ЗАДЕВШАЯ ПИЯВКА: Слушаюсь.

 

ПИНОККИО: У меня голова кружится.

ЛИСА: Это от скорости.

ПИНОККИО: Хочу еще больше скорости! Чтобы голова совсем оторвалась!

КОТ: Скоро.

 

 

-99- РЕКА БЕЗУМИЯ. ГРАНИЦА.

 

 

Поезд останавливается.

Кот, Лиса и Пиноккио выходят из вагона.

 

Сразу за платформой – река.

Это Река Безумия.

Ее истоки – в Поле.

Река – граница Поля.

 

Речной пляж.

Два старичка, которые были на пляже «Третье рождение», мажутся плотью страдурийских русалок как кремом.

Изводят всю верхнюю половину русалки на свою кожу, нижнюю часть выбрасывают обратно в Реку.

На старичках – маски.

 

Пиноккио купается в реке Безумия.

Кот и Лиса ждут его на берегу.

Пиноккио брызгается на них.

 

Вдруг прямо перед Пиноккио выныривает молодой человек с лазурными жабрами.

ПИНОККИО: Смотрите! Рыба-ангел!

Человек с жабрами ныряет под воду и уплывает.

ЛИСА: Пиноккио, нам пора.

 

Кот, Лиса и Пиноккио переправляются через Реку Безумия на плоту.

Плот, сплетенный из людей-амфибий, пересекает Реку.

Раздуваются их жабры, работают плавники.

Волна Реки Безумия смывает Пиноккио.

Пиноккио успевает схватиться за лисий хвост и остается на плоту.

 

 

-100- ЛЕВЫЙ БЕРЕГ

 

 

Левый берег Реки Безумия.

 

Кот, Лиса, Пиноккио ступают на берег.

Кот и Лиса надевают маски.

 

КОТ: Поле… Давно не виделись.

Кот и Лиса склоняются и целуют Поле.

 

На Поле – островки лазурной травы.

Редкие деревья.

Они стоят выпитые, с пустыми прозрачными стволами.

 

…Деревья заполняются изнутри лазурным веществом.

Мгновенно подходят запеленатые, как мумии, люди.

Делают на стволах надрезы, сцеживают лазурный сок в сосуды.

 

Соболи резвятся на лазурной лужайке.

Их мех меняет цвет.

В приступе безумной щедрости они сбрасывают лазурные шкурки.

Шкурки тут же подбирают сборщики в масках.

 

Шкуры зверей лежат по всему лесу…

ПИНОККИО: Они хранят тепло… Костюмы!

 

Пиноккио делает глубокий вдох.

 

КОТ: Не уходи далеко!

ЛИСА: Чтобы мы не потерялись!

 

Пиноккио идет по лугу безумных цветов.          

Цветов, исходящих в запах, превращающихся в запах.

Пиноккио обнимает Розу-Смертника, зарывается в неё лицом.

            Роза превращается в запах и исчезает.

ПИНОККИО: Ты стала еще красивей, когда исчезла!

 

 

-101- БОЛВАННАЯ РАВНИНА

 

 

На Болванной равнине из страдурийцев вытекает сознание, похожее на белый липовый мёд.

Из него лепят снежки.

Бросаются «снегом сознания».

Едят «снег».

 

Овраг «Проспект Плодоношения».

 

ЛИСА: Смотри на плоды Поля, Пиноккио.

КОТ: (указывая на страдурийцев) Люди – плоды…

 

Страдурийцы плодоносят:

 

Играют в салки, бегают, падают, разбивают локти и колени.

У них открываются раны – источники дурманящего нектара.

 

Они обретают прозрачную сладкую плоть.

Угощают ей друг друга.

Плоть звучит – музыка.

Страдурийцы постепенно тают.

 

ЛИСА: Они источают лазурное вещество, чистое Счастье, при этом, сходят с ума и раздают себя.

Они превращаются в лазурь и мгновенно исходят, но они счастливы.

Отдача и таяние – Счастье Страдура. 

ПИНОККИО: Я люблю Страдур!

 

 

-102- РОЩА УПОТРЕБЛЕНИЯ

 

 

В Рощу вваливается толпа туристов.

Люди, сатиры, членистоногие, бесформенные – все в масках.

КОТ: Туристы из Города приехали. Вниматели…

Маски туристов снабжены специальными трубками - тонкими прозрачными щупальцами.
КОТ: Внимают. Наркоманы Страдура.

Употребляют через трубки, чтобы не вдохнуть поля. Жрут и боятся, боятся и жрут.

 

Вниматели смотрят на страдурийцев, наносящих себе раны, и входят в раж.

Самые храбрые из внимателей

повторяют движения страдурийцев

и наносят раны себе.

Вставляют в свои раны воронки.

Вливают в воронки вещество страдурийцев.

 

ЛИСА: Страдурийцы пьют воздух Поля и сходят с ума. А вниматели пожирают безумцев Поля.

Сначала тратят на лазурь состояния. Потом начинают воровать. Наркоманы Страдура воруют подлодками, корридами и Театрами - потом меняют.

ПИНОККИО: Меняют на лазурь? Правильно делают, что воруют и меняют.

ЛИСА: Жизнь внимателя - воровство и пожирание лазури.

ПИНОККИО: Лучше, чем просто воровство.

КОТ: Я тоже хочу прижрать.

Ест «мед сознания».

ЛИСА: (останавливает его) Полегче, Полюс. А то еще захотим задержаться.

КОТ: Совсем немного, Экватор.

 

 

Пиявица-Гигант обновляется.

Он изрыгает остатки пейзажей вместе с людьми, не успевшими истаять в его утробе, и заглатывает новые.

Большие куски Болванной Равнины вместе со страдурийцами.

 

Внутри него страдурийцы сжимаются, но продолжают радоваться – они не замечают, что их проглотили. 

 

 

-103- КРЫЛЬЯ

 

 

Червь заглатывает страдурийца, у которого выросли лазурные крылья.

Крылья изнутри прорывают мышцы червя.

Червь взлетает.

Покружив над Болванной Равниной, червь снижается, опутывает собой страдурийскую девушку и уносит ее в небо.

 

 

-104- АРБУЗ

 

 

Пара приехала на поле за ощущениями.

Снимают противогазы и валяются.

Сцепляются в клубок.

Лазурная дымка окутывает их.

Влюбленные принимает форму лазурной сферы.

Сферу забирают вниматели.

Нарезают ее, как арбуз.

 

 

-105- РАЗРЫВ

 

 

Пиявицы-вниматели съедают и выпивают столько плодов Болванной Равнины, что переполняются, и их разрывает.

Вещество вытекает из них обратно в Поле.

Его подхватывают малые пиявицы.

 

 

-106- ИНОСТРАНЕЦ

 

 

Иностранец, купивший у Пиноккио азбуку, в прозрачной маске пиноккио с очень длинным иглоподобным носом.

ИНОСТРАНЕЦ: Здравствуй, добрейший человечек.

ПИНОККИО: Привет, подаривший мне выход на сцену!

ИНОСТРАНЕЦ: Ты здесь, и я тоже. Интуиция мне подсказывала, что мы непременно увидимся.

Спасибо тебе за книжку. Необычайно интересно.

ПИНОККИО: Я рад, что вам понравилось.

 

Иностранец меняет азбуку на лазурную пену.

Покрывается ей как пеной из огнетушителя.

ИНОСТРАНЕЦ: Я её всю прочитал!

Уходит в пене.

 

-107- БРИТВА

 

 

Заросший и небритый нищий выкапывает ямку, кладет в ямку лезвие бритвы, засыпает землей.

ПИНОККИО: Хороните бритву?

- Хороню? Я – Цирюльник. Мои бритвы только оживают.

...

Из земли вырастает огромная сверкающая бритва.

Нищий-Цирюльник идет по лезвию, как по канату, балансируя.

Поскальзывается.

Садится на острейшее лезвие верхом.

 

Две половинки Нищего сползают вниз по двум сторонам бритвы.

Нищий разделяется…

На звероподобного прозрачного культуриста с лазурными жилками в жирных мускулах и на миловидную девушку.

И Культурист, и Девушка дорого одеты.

ПИНОККИО: Джекил–Хайд.

ДЕВУШКА: Мы так размножаемся.

Взявшись за руки, Девушка и Звероподобный уходят.

 

Пиноккио проходит сквозь огромную прозрачную бритву.

Огромная бритва тает.

Маленькая закопанная бритва сверкает сквозь почву поля.

 

Дети в масках обдирают Девушку и Культуриста – две половинки бывшего Цирюльника.

Те, держась за руки, в приступе счастья и щедрости раздают все свои дорогие вещи.

Вороны клюют их новые тела.

 

 

-108- БАНДЫ

 

 

Поднимая лазурную пыль, подъезжают автомобили.

Люди в масках выскакивают, хватают Девушку и Культуриста, пытаются запихнуть в салон.

Тут подъезжают другие автомобили, выскакивают другие люди в масках и открывают огонь по первым.

 

Две банды сборщиков плодов схлестнулись из-за плоти Девушки и Культуриста.

 

Стрельба.

Пиноккио пытается убежать.

Подстреленный гангстер падает на него.

Пиноккио выползает из-под его тела, но тут на него падает другой.

Пиноккио барахтается, и тут чья-то рука помогает ему выбраться.

 «Спаситель» снимает маску, и Пиноккио видит лицо юноши лет восемнадцати.

В его руке обрез, рядом с ним Девушка и Культурист.

«СПАСИТЕЛЬ»: (Пиноккио) Не бойся меня, я еще слабей, чем ты. Держи гостинец.

Отламывает кусочек лазурной плоти культуриста и надевает на нос Пиноккио.

«СПАСИТЕЛЬ»: Прощай!

«Спаситель» достреливает лежащих конкурентов, сажает Девушку и Культуриста в автомобиль и уезжает.

 

Столб пыли.

 

Вороны съедают кусочек лазурной плоти с носа Пиноккио.

 

ЛИСА: Куда ж ты подевался?! Немедленно уходим.

 

 

-109- АЛЛЕЯ ЩЕДРОСТИ

 

 

Аллея Щедрости – край Болванной Равнины – покрыта лежащими страдурийками.

Женщины спят.

На лицах - едва заметные улыбки.

Женщины исходят.

Тела становятся лучами, лучи сливаются с Равниной.

Женщины-реки впадают в Поле, как в океан.

Женщины растворяются в Поле.

Женщины превращаются в него.

 

Лучи растворения – их единственное одеяние.

Стройность женщин, чьи тела слились с пейзажем, поражает.

 

ЛИСА: Невесты Страдура! Спящие красавицы.

КОТ: Их нельзя разбудить.

ЛИСА: Одетые в платья из своего ухода.

КОТ: Они уже в Раю, для них время Алчности кончилось.

ЛИСА: И они не видят, что их жрут.

КОТ: Женщины-шагрени.

ЛИСА: Женщины – тающие империи.

 

ВОЕННЫЙ: Хочу охранять мою империю. Ее водные границы. Ее стихию

Военный сбрасывает мундир и колониальный шлем.

Надевает акваланг.

Ныряет в плоть огромной женщины.

 

 

-110-  БЕЛИЗНА И КРОВЬ

 

 

Свет, исходящий из тел Невест, играет и складывается в подобие подвенечных платьев.

 

Пожилой тучный человек и круглый жук подкрадываются к Невесте.

Путаются в «складках платья», но пробираются к коже.

ЖУК-ЭКСКУРСОВОД: Обратите внимание! Прозрачные, тающие на наших глазах красавицы - грандиозный образ исходящего вида.

ТУЧНЫЙ: Обратил.

ЖУК: Смотрите, ничто не держит их изнутри!

Удивительна их абсолютная стройность – они ведь растекаются!

Особую мягкость придает телам только начинающееся растворение, в самой своей начальной стадии.

ТУЧНЫЙ: Сгинь, раздавлю!

ЖУК: Что вы?! Я же для вас стараюсь.

ТУЧНЫЙ: (Невесте) Роди меня!

Срывает маску и входит в плоть Женщины.

Брызги крови.

Кровь ползет вверх по белым «платьям».

«Заполняет» их.

Белый цвет становится алым.

Платья оседают.

 

ПИНОККИО: Он исчез.

ЛИСА: Он родился.

ПИНОККИО: Но его нет.

КОТ: Он родился в мире, который очень далеко.

 

 

-111- ЛОДКА

 

 

Пиноккио идет через Сад Тел.

Пиноккио ослеплен.

Пиноккио купается в женщинах.

Пиноккио берет улыбку одной из женщин – улыбка становится лодкой.

Пиноккио скользит на лодке-улыбке по лазурному озеру.

Скользит по телам женщин.

 

 

-112- РОЗАУРА

 

 

Розаура ловит обрывки «подвенечных платьев» и одевается в них.

Она одевается в свет Невест, в их исчезновение, в их струящуюся красоту.

Хлопья Невест становятся ее одеждой.

 

ПИНОККИО: Розаура!

РОЗАУРА: Привет, Пиноккио.

ПИНОККИО: Ты наряжаешься? Ты берешь платья у них?

РОЗАУРА: Они дарят. Они уходят и отдают мне свои платья.

Моему любимому нравится такой наряд.

ПИНОККИО: И ты не сходишь с ума здесь?

РОЗАУРА: На Поле все сгорают.

Но я научилась не сгорать на Поле.

Люди не умеют этого.

ПИНОККИО: Как?

РОЗАУРА: Я играю в то, что я умерла, что меня больше нет, и Поле не реагирует на то, чего нет.

Невозможно свести с ума мертвого – его сводят с ума другие поля.

 

Подъезжает автомобиль.

РОЗАУРА: Мой любимый приехал за мной.

 

Из автомобиля выходит «Гангстер-Спаситель».

Розаура бросается ему на шею.

 

РОЗАУРА: (из окна автомобиля) Не верь Полю, Пиноккио!

Автомобиль уезжает.

 

 

-113- ВОЙНА

 

 

Кот, Лиса и Пиноккио входят в город, некогда бывший на месте Поля.

По каналам города течет лазурное вещество.

Город съеден Полем.

 

В гондолах - туристы-экстремалы в противогазах.

 

По площади города проезжают военные в масках на мотоциклах с колясками.

КОТ: Туристы приехали поиграть в войнушку.

ЛИСА: Называется МИННОЕ ПОЛЕ ЧУДЕС. Полевые страдурийцы не боятся ни пуль, ни бомб. Это очень возбуждает военных.

Взрыв.

Мотоцикл с военными взлетает.

 

ПИНОККИО: Они подорвались!

ЛИСА: А ты как думал? Вода каналов обезумела. Набережные кипят. Игра рисковая.

 

На бреющем полете пролетают самолеты.

ЛИСА: Они преследуют крылатых страдурийцев в небе, русалок и амфибий Страдура – в воде, и везде натыкаются на взрывы сознания, разрывные снаряды мечты, живые торпеды, летящие минные поля.

 

*** ***

 

Бомбардировщики летят над городом.

Страдурийцы с криками: «Бомбежка!» радостно бросаются под бомбы.

 

Там, где только что танцевали страдурийцы – воронка.

Пауза.

Воронка заполняется лазурным веществом и прорастает цветами.

 

Один бомбардировщик отделяется от эскадрильи.

Направляется к Аллее Щедрости.

 

Сбрасывает бомбы на гигантскую спящую Невесту.

 

От взрывов по всему телу Невесты образуются воронки.

 

Военные спрыгивают в воронки на парашютах.

 

Живые воронки смыкаются над ними.

 

*** ***

 

Пиноккио хочет броситься под бомбы.

Кот и Лиса хватают его и уносят в бомбоубежище для туристов.

 

*** ***

 

Бомбардировщик, покидая Аллею Щедрости, врезается в летящего червя.

Жидкие брызги.

Самолет в жидком округлившемся теле червя как в гигантской капле.

 

 

-114- ПЛАНТАЦИИ

 

 

Поле вспыхивает лазурным пламенем.

Огоньки рождаются в разных концах поля и быстро гаснут.

ЛИСА: Всполохи. Центр Поля близко.

 

Страдурийцы-гиганты спят на Поле.

Их плоть смешалась с Полем.

 

Рычание бульдозеров.

 

Рабы-сборщики.

Люди и паяцы.

Рабы выносят вещество.

 

Вещество – прозрачное, с вкраплениями разных цветов, с преобладанием лазури.

Его добывают, разрывая тела страдурийцев-гигантов.

Черпают ковшами экскаваторов их волнисто-волокнистую плоть.

Добывают из тел как из недр.

 

Работают, невзирая на бомбы, рвущиеся очень близко.

 

Рабы-сборщики выносят вещество на себе.

Их тела покрыты разноцветной пыльцой – белой, фиолетовой, голубой…

 

Сознание покидает рабов и смешивается с веществом, которое они несут на себе.

Рабы возвращаются с плантаций безумными.

ЛИСА: У них нет разума.

КОТ: Вместо него - счастье.

 

 - Аккуратнее!

Шеф-повар «Красного Рака» командует экскаватором, который ковшом черпает глаз лазурного гиганта.

ШЕФ-ПОВАР: Не расплескивать!

 

Глаз разливают по ведрам.

Ведра загружают в фургончики с надписью: «Красный Рак».

 

 

-115- ДВА ШЕСТВИЯ

 

 

… Сборщики идут с плантации.

Навстречу им – вереница Уходящих – людей и зверей.

Уходящие проходят мимо Сборщиков, не замечая их.

Сборщики тоже не видят Уходящих.

ЛИСА: (глядя в след Уходящим) Уходят в Центр Поля. Те, кто отчаялись. Кому надоели малые дозы.

КОТ: Они хотят уйти.

ЛИСА: Раствориться там.

КОТ: Не оставаться здесь.

 

Уходящие исчезают во всполохах – растворяются.

ЛИСА: Они ушли.

ПИНОККИО: Где они сейчас?

КОТ: Кто – где.

 

Всполох Поля.

Кот и Лиса исчезают.

ПИНОККИО: Эй, где вы?! Я вас потерял!.. Но, может, это и к лучшему.

 

 

-116- КРОТ

 

 

Пиноккио ищет Кота и Лису и наступает на кротовину.

 

Голова и лапы Крота торчат над поверхностью земли; под землей Крот расширяется и превращается в просторный подземный город. 

Верх Крота - переход с Поля в подземный город; по нему снуют золотые змейки и ящерицы – переносят вещество Поля вниз.

В лапке Крота – золотая лопатка.

 

КРОТ: Знаешь, что я закопал на Поле?

ПИНОККИО: Себя.

КРОТ: Ты правильно ответил. За это я предлагаю тебе спуск.

ПИНОККИО: Скользить по кротовьему меху вниз? Отличный слалом, но не для меня.

КРОТ: Ты попадешь в Нижний Рай. Подземная гавань для тех, кто не добрался до Высшего. Для тех, у кого больше нет крыльев. Поле дарит крылья, но крылья улетают. Никто точно не знает, что это такое – Нижний Рай; даже я, его творец, не знаю. Но счастлив ты будешь точно.

ПИНОККИО: Нет, у меня с Полем своя история.

КРОТ: Так все говорят. Но тебе оттуда не вернуться. То есть, Поле не вернет тебя. А у нас внизу ты сможешь жить долго.   

Пиноккио смотрит в кротовину.

 

Подземный Город, в который превратилась нижняя часть Крота, уже активно обживается.

И чем ниже спускаются кварталы, тем интенсивней жизнь.

Вещество Поля, перенесенное ящерками в Подземный Город, быстро тускнеет; но из него мгновенно возводятся подземные соборы, чьи шпили устремлены вниз…

КРОТ: Да. Я закопал себя вчера, а они живут там уже многие годы. Таков Нижний Рай.

ПИНОККИО: Не хочу.

КРОТ: Смотри. Потом ты, едва ли, найдешь меня. Шаг в сторону, и моей кротовины уже нет. Это Поле.

ПИНОККИО: Мне надо вырастить Древо.

КРОТ: А мне надо растить Нижний Рай – постоянно, не останавливаясь.

(показывает лопаткой вниз) Для Нижнего Рая – я небесное существо.

ПИНОККИО: Тогда точно не хочу туда.

 

Крот снимает с себя черные очки, дает Пиноккио.

КРОТ: Возьми хотя бы их. Они приведут тебя в Нижний Рай. Если выживешь…

Кот и Лиса со слезами бросаются к Пиноккио.

КОТ: Нашелся!

ЛИСА: Мы страшно перепугались!

КОТ: А вдруг мы тебя не найдем!

ПИНОККИО: Меня тут заманивали в Нижний Рай.

ЛИСА: Кто?

ПИНОККИО: Крот… Он только что был здесь.

Пиноккио пытается найти кротовину.

Тщетно. Кротовина исчезла.

 

 

-117- ЛАЗУРНАЯ ПЛЕШЬ

 

 

Пиноккио входит во всполохи. 

Играет с лазурными всполохами.

ПИНОККИО: Пламя, в котором хочется сгореть!!

Покрывается пламенем как одеянием.

ПИНОККИО: Это чудо!

Кот выводит его из всполоха.

КОТ: Мы пришли.

 

За всполохами – идеально ровная светящаяся поляна.

Лазурные лучики - ее трава.

 

ЛИСА: Это Лазурная Плешь. Центр Поля.

КОТ: Копай здесь.

ПИНОККИО: Чем? Дайте мне скальпель! Я буду оперировать Поле! Как мой отец, столяр-хирург!

ЛИСА: Нет, только руками. Поле нельзя поранить.

 

Пиноккио роет почву Лазурной Плеши.

ПИНОККИО: Как хорошо рукам!

Застывает, забывается, утопив руки в поле.

 

Кот и Лиса будят его.

ПИНОККИО: Что?

КОТ: Пиноккио, не забывай, зачем ты здесь!

ПИНОККИО: (радостно) А зачем я здесь?

ЛИСА: Чтобы вырыть ямку и положить четыре золотых.

ПИНОККИО: Всего четыре золотых для такого дивного Поля?! Это очень мало!

КОТ: Это не мало!

ПИНОККИО: Я должен подарить Полю нечто невероятное!

ЛИСА: Не надо ничего делать! Поле дарит тебе, а не ты ему. Ты просто очень попроси Поле.

КОТ: И верь ему.

ПИНОККИО: Верю! Прошу!

Пиноккио продолжает рыть почву Поля.

 

Кот и Лиса отходят в сторону.

 

ЛИСА: Господи, мы не убили его!

КОТ: Не своими лапами.

ЛИСА: Молчи!

КОТ: Ах, Кровь, хватит играть в то что мы не убийцы. Мы – убийцы.

ЛИСА: Господи, мы не убили, сделай так, чтобы нам досталось хоть немного счастья!

КОТ: Перестань.

ЛИСА: Перестать - что? Играть? Молиться? Не могу прекратить ни то, ни другое.

КОТ: Лгать, если не убивать ты не можешь.

ЛИСА: Не лгать, тем более, не могу. Господи, правда столь невозможна, прошу тебя, не карай так строго за ложь.

КОТ: Померяемся, чья ложь больше?

Пауза.

ЛИСА: Давай.

Сплетаются хвостами.

КОТ: Твоя.

ЛИСА: Твоя.

КОТ: Твоя коварней.

ЛИСА: Твоя оплетает искусней.

КОТ: Я обману тебя. Когда золото будет наше.

ЛИСА: А я не обману тебя никогда.

КОТ: Кто из нас солгал?

ЛИСА: Оба.

КОТ: И оба сказали правду.

ЛИСА: Попробуй, разберись.

КОТ: И пытаться не буду.

ЛИСА: Ты – Reality.

КОТ: Я – Dream.

ЛИСА: Нет.

КОТ: Границы нет. Граница между Dream и Reality объявляется открытой на неопределенное время.

Перетекают друг в друга.

 

ЛИСА: Но не навсегда?

КОТ: Кто знает…

Сливаются окончательно.

 

Пауза.

ЕДИНОЕ ДВУХВОСТОЕ СУЩЕСТВО: Он бросил монеты.

Пауза.

Золото упало в Поле. Оно… Наше?

 

 

-118- ЗОЛОТОЕ ДРЕВО

 

 

Пиноккио катается по Лазурной Плеши над закопанными золотыми.

 

ПИНОККИО: Древо! Вижу, как ты растешь!

Четыре закопанных золотых…

Уже четыре бьющих из-под Земли золотых струи!

Они питают тебя, Древо!

Неиссякаемые источники!

 

Вижу! Все Древо покрылось золотыми монетами!
Шелестит золотыми листьями!

 

Ветер!

Ветер уносит с Древа Золотую Пыльцу!

 

Пыльца!

Счастье тому, у кого на нее аллергия!

 

Пыльца!

Древо размножается!

 

Роща!

Роща золотых деревьев!

 

В золотых стволах золотые Пиноккио!

Марионетки Лучащегося Театра!

Тысячи Джеппетто извлекают их!

 

Нет! Джеппетто один.

Один на целую золотую рощу.

Сколько же ему работы!

 

Древо размножается!

Из семян вырастают не деревья, а золотые звери.

 

Золотые звери!

Их все больше и больше.

Они дают золотое молоко!

Они какают золотом!

 

Их забивают - реки золотой крови!

 

Нет! Никто никого не убивает! 

Нет никакой крови!

 

Это течет…

Золотая жизнь!

 

Золотая жизнь!

Океан!

 

Пиноккио идет по Золотой Роще к Океану.

Ныряет в Золотой Океан, плывет среди золотых кораллов.

В золотых волнах – струйки лазури.

 

Пиноккио выходит на берег в капельках золотой влаги.

 

ПИНОККИО: Золотая Вселенная!

Люди могут купить всё!

Новая куртка отцу и новая лаборатория!
Все богаты!

 

 

Вдруг через Золотую Вселенную проступают картины Страдура.

Огромные пиявки, пожирающие страдурийцев.

Самолеты, сбрасывающие бомбы на лазурные набережные.

 

 

ПИНОККИО: Все всё купят…

И, все равно, счастья не будет.

Все равно, одни будут жрать других и жаждать чужой плоти!

Золото не спасет – сколько курток ни покупай.

Надо спасать по-настоящему.

Спасать Страдур.

Тех, кто обезумел от Поля.

Тех, кого пожирают вниматели.

И всех остальных…

 

Безумцы Поля?

ДА САМО ПОЛЕ БЕЗУМНО!

Его тоже надо спасать!

Забирать отсюда!

Полю здесь не место!

 

На Древе должно вырасти то, что подарит настоящее

неотнимаемое

счастье!

Избавит от страдания!

 

Пусть на Древе вырастут ангелы-дарители!

Которые исцелят и преобразят всех живущих!

 

Эти ангелы без всякого золота

Создадут самую счастливую страну,

Страну, где не стыдно быть королем.

 

Входит в Золотое Древо, выросшее над золотыми.

 

ПИНОККИО: Я не из тебя родился, но я в тебя ухожу!

Засыпает в Древе.

 

 

-119- СОН-СИЯНИЕ

 

 

Золотая Вселенная исчезает – ветер Поля уносит ее.

Остается лишь изначальное Золотое Древо-Праматерь, с которого началась Золотая Вселенная.

 

К Золотому Древу стекаются страдурийцы.

 

 

Озеро в тени Древа.

Люди склоняются к воде.

Отражаются в ней, как звери.

 

Зачерпывают звериное отражение

Пьют его и отходят.

 

После людей на водопой приходят звери…

 

Хищники радостно бросаются к людям.

Люди простирают к ним руки.

Люди гладят мех зверей.

 

Барс играет с ягненком.

 

Рысь с дельфином.

 

Зебра с кобрами.

 

Лань с драконом.

 

Львица настигает антилопу.

Меняется с ней ролями.

Антилопа преследует львицу.

Играют в салочки.

 

Меняются младенцами.

Женщина нянчит котят пантеры.

А пантера уносит человеческое дитя.

 

Лисы собирают плоды винограда и угощают людей и птиц.

Птицы летают над играющими и бросают им плоды.

 

Змеи целуют пальцы человека – на каждый из них налезают как однопалые перчатки.

 

Собаки лижут тела Анубисов, а женщины гладят им головы.

 

Вереница пар разных тварей, словно сошедшая с Ноева ковчега, идет в рощу.

Пары садятся у фруктовых деревьев, оплетенных змеями.

Змеи слезают с деревьев и обвивают самок.

Самки срывают с деревьев плоды и дают самцам.

Все виды становятся Адамами и Евами.

 

Животные целуют растения, а растения оплетают животных.

 

Соболята в дупле ласкают дерево изнутри ствола.

 

Колибри входят в цветы.

Цветы смыкаются.

Цветы меняют цвет – становятся алыми от любви.

 

Тигры наблюдают за ними.

Подходят к цветам.

Цветы целуют лепестками тигров.

Тигры отвечают на поцелуи.

Цветы разрастаются и обнимают тигров, как малых птиц.

 

Живые травы вплетаются в гриву льву, заплетают ему косы.

 

Дикие розы тянутся в руки и сбрасывают шипы.

 

Дерево сбрасывает листья.

Листья летят к людям и ложатся им на лоно.

 

Дрожит Прохладный Огонь.

Все радостно проходят сквозь него.

 

Русалки купают в огне львят.

 

 

-120- СОН. КОЛЕСНИЦА

 

 

Глашатаи - летучие рыбы - трубят в трубы.

 

В Лес въезжает колесница.

Упряжка колесницы - из трех стрекоз.

 

Летчики внутри стрекоз – человек, дельфин и верблюд.

 

Интерьер «кабины» первой стрекозы облицован мрамором.

Внутри другой – Сад.

Внутри третьей – подводное царство.

 

Стрекозы горят, как самолеты, подбитые секунду назад.

 

В колеснице – Пиноккио.

 

На Пиноккио:

льняная одежда,

шуба из живых соболей,

корона – из драгоценных минералов.

Скипетр –  из плазменного искрящегося лазурного вещества.

 

Колесница делает круг вокруг трона.

 

 

-121- СОН. ТРОН

 

 

Трон Пиноккио – на двух очень высоких ножках – двух потоках.

Вступивший в восходящий поток возносится на Трон.

Сошедший с Трона в нисходящий поток – опускается на землю.

Лазурное вещество потоков – сродни материалу, из которого сделан скипетр короля.

 

Сиденье на вершине Трона – электрический стул на колесах.

 

Колеса исполнены очей разных существ.

Очи проткнуты спицами.

 

Глаза Трона плачут – слезы текут по спицам к оси.

Спицы начинают блестеть.

 

От спиц к сиденью поступает заряд.

 

Трон вспыхивает огнями.

 

Весь лес освещается от Трона.

 

 

-122- СОН. Я ЛЮБЛЮ ВАС!

 

 

Пиноккио сходит с колесницы.

 

Ветви с деревьев обрываются сами, ложатся под ноги Пиноккио, образуя дорожку к Трону.

 

Птицы стреляют голосами в Пиноккио.

Их пение обмывает Пиноккио.

Птицы немеют.

 

Пиноккио восходит на искрящийся Трон.

Кот и Лиса садятся по левую и по правую руку от него.

 

Жители Страдура облепляют Трон.

 

Пиноккио взмахивает рукой.

Взрыв восторга.

 

ПИНОККИО: Я люблю вас! Люблю вас всех!!

 

Кот делает знак в толпу, и

на трон взбираются две рыси.

Рыси целуют руки Пиноккио и начинают очень быстро привязывать его к электрическому трону ремнями.

 

Рыси пристегивают Пиноккио и сходят с Трона.

ПИНОККИО: Пуск!!!

 

Трон вспыхивает с двойной силой.

Слезы очей Трона взлетают и опускаются на ресницы Пиноккио.

Слезы Страдура входят в его глаза.

ПИНОККИО: (трет глаза) Вот и всё. Король Страдура Пиноккио Последний приветствует своих подданных!

Рев толпы.

 

 

-123- СОН. ДАР РЕЧИ

 

 

Пиноккио сходит в толпу.

Страдурийцы обступают его.

 

Пиноккио касается подданных скипетром, после чего те начинают резвиться.

 

Подданные показывают Пиноккио языки.

Пиноккио показывает им язык в ответ.

 

Страдурийцы покатываются со смеху и снова показывают ему языки.

ПИНОККИО: Все равно у меня длиннее. (касается кончиком языка кончика языка оленя)

 

Страдурийцы снова переживают приступ хохота.

 

Пиноккио касается скипетром торчащих языков.

Получив касание, страдурийцы лишаются дара речи.

 

Получив касание, онемевшие страдурийцы тут же «передают» его: через поцелуй, от кончика языка к кончику языка.

Немота разносится по Страдуру.

Страдур замолкает.

 

 

-124- СОН. ОЧИ

 

 

На пустой трон восходят и спускаются люди и звери.

Очередь змеей несколько раз обернула трон.

Живое создание садится и сразу же слезает, уступая место следующему.

 

Человек садится на трон.

 Очи человека на спицах перестают плакать.

 

Лев садится на трон.

 Очи льва на спицах перестают плакать.

 

Гриф садится на трон.

 Очи грифа на спицах перестают плакать.

 

 

Страдурийцы обступают Пиноккио, гладят шубу из живых соболей.

 

 

-125- СОН. ШОУ ИЗБАВЛЕНИЯ. ШУТ ТЫСЯЧИ КОРОЛЕЙ

 

 

Кот и Лиса провожают Пиноккио к колеснице.

ПИНОККИО: Вы будете сопровождать меня?.. Нет?.. Один – так один.

Садится в колесницу.

Кот и Лиса исчезают.

ПИНОККИО: Всё же, я хочу поблагодарить вас… А где вы?.. Нету… Ну, ладно, жаль, что не попрощались… Трогай!

 

Пиноккио взмывает на колеснице.

 

Колесница летит над Страной.

Парит над лесом.

Зависает.

Пауза.

 

Страдурийцы смотрят на Короля.

 

ПИНОККИО:

Я, король Пиноккио, объявляю Финал.

Мы не уничтожаем Мир, мы сворачиваем страдание.

Мы растопляем Мир, где творение несчастно.

 

Я объявляю Великое Избавление.

 

Полный исход.

 

Краткое ожидание Нового Творения.

 

И рождение в Нем…

 

Другие Империи присоединяют соседние племена и земли.

Мы будем расти иначе.

Мы присоединим миры, откуда придет наше спасение.

Для этого нам надо сократиться до ноля.

Нам надо стать самой ничтожной Империей, и тогда мы сможем присоединить всё.

Пауза.

Ноль.

Теперь я отрекаюсь от королевского титула.

Теперь вы все короли, я ваш – шут.

Шут тысячи королей.

Пауза.

Ваше величество! Ваш шут начинает самое радостное шоу.

Шоу Избавления.

 

Бесшумное ликование страдурийцев.

 

 

-126- СОН. ЛУНА

 

 

ПИНОККИО: Луна!

 

В Страдуре наступает ночь полнолуния.

 

ПИНОККИО: Вот Луна, которую я хочу видеть. Луна в фазе полоумия…

Привет, Безумная Луна… Видишь, у всех моих господ лунные лики – круглые лица даунов.

 

 

-127- СОН. ДОЖДЬ

 

 

ПИНОККИО: Дождь!

 

Ливень в Страдуре.

 

ПИНОККИО: Дождь, смывающий остатки сознания…

Сияющие от счастья тела, которые разум, наконец, покинул НАВСЕГДА…

И никто не сожрет вас за его отсутствие!

Как же вы лучитесь, теперь, когда вы освободились СОВСЕМ!

В вас уже нет НИЧЕГО от того Мира!

Как вы прекрасны!

Пауза.

Вот – самые невероятные актеры…

С ними можно сыграть всё, что угодно.

 

 

-128- СОН ВО СНЕ (РОЗА)

 

 

ПИНОККИО: Небо!

Пауза.

ПИНОККИО: Лазурное небо спускается

на головы подданных.

Все существа уходят в небо по шею.

Небо лежит на их плечах.

Пауза.

Сияющие лица растворяются в лазурном небе, как кусочки сахара.

Пауза.

 

ПИНОККИО: (качаясь в колеснице, висящей и окруженной небом) Небо, и меня возьми.

 

Пиноккио засыпает во сне.

 

Колесница опускает его на Древо, которое превращается в Розу.

 

Вокруг Розы – тишина и недвижность.

 

Четыре самых крупных лепестка отрываются от Розы и улетают вверх.

 

Пиноккио просыпается.

 

 

-129- СВЕТ (АНГЕЛЫ-КИКИ)

 

 

ПИНОККИО: (из Розы) СВЕТ!

 

 

В небе лепестки превращаются в четырех светоносных Ангелов-Кик.

У всех Кик антикрылья: конусообразные впадины в районе лопаток.

Острия антикрыльев смыкаются у сердца каждого из кик.

 

Кики висят в небе.

 

Из сияния четырех кик возникает пятый ангел-кика, самый огромный.

 

Пятый кика возвышается над остальными четырьмя киками.

 

ПИНОККИО: Первая волна безумной радости!

 

Кики озаряют Лес.

Наступает утро.

Все существа купаются в его безумии.

 

ПИНОККИО: Вторая волна безумной радости!

 

Яркость утра становится невыносимой.

 

ПИНОККИО: Третья волна безумной радости!

 

Наступает новое время суток, более яркое, чем самый яркий день.

 

 

-130- МИСТЕРИЯ

 

 

ПИНОККИО: Цирцей!

 

Первый Кика втягивает людей в левое антикрыло. 

Люди оказываются в сердце Кики.

В сердце Кики люди превращаются в животных.

Кика выбрасывает животных из правого антикрыла.

 

ПИНОККИО: Флорей!

 

Второй Кика втягивает животных в левое антикрыло. 

Животные оказываются в сердце Кики.

В сердце Кики животные превращаются в растения.

Кика выбрасывает растения из правого антикрыла.

 

Соболи королевской шубы превращаются в цветы и осыпаются.

 

ПИНОККИО: Минералиссимус!

 

Третий Кика втягивает растения в левое антикрыло. 

Растения оказываются в сердце Кики.

В сердце Кики растения превращаются в минералы.

Кика выбрасывает минералы из правого антикрыла.

 

Льняная одежда становится песком и сходит с Пиноккио.

 

ПИНОККИО: Первач!

 

Четвертый Кика втягивает минералы в левое антикрыло. 

Минералы оказываются в сердце Кики.

В сердце Кики минералы превращаются в первоглину.

Кика выбрасывает первоглину из правого антикрыла.

 

Исчезают королевская корона, Трон и Колесница. 

 

ПИНОККИО: Великий Кика!

 

Пятый Кика втягивает первоглину в левое антикрыло. 

Первоглина оказывается в сердце Кики.

Пауза.

Первоглина выливается через левое антикрыло обратно.

 

ПИНОККИО: Великий Кика!

 

Пятый Кика втягивает первоглину в левое антикрыло. 

Первоглина оказывается в сердце Кики.

Пауза.

Первоглина выливается через левое антикрыло обратно.

 

 

-131- РЫССЁР

 

 

От напряжения складки серебристого жира Великого Кики, его очи, слюна, плешь стали сиять еще ярче.

Кика течет, распадается, тает, но от этого не уменьшается, а наоборот – разбухает, увеличивается.

 

Четверо Кик в испуге прячут лица в складки живота главного Кики.

 

ПИНОККИО: (Кикам) Не бойтесь. Я не накажу вас.

Кики обступают Розу Пиноккио.

 

ВЕЛИКИЙ КИКА: Я подвел моего ка-ра-ля.

ПИНОККИО: Уж не подводи, пожалуйста. А то кикозная мистерия останется без финала.

ВЕЛИКИЙ КИКА: Финал!

ПИНОККИО: Пока еще нет.

ВЕЛИКИЙ КИКА: Финал!

ПИНОККИО: Мистерия не окончена.

ВЕЛИКИЙ КИКА: (показывает на Пиноккио) Финал!

ПИНОККИО: Я – финал?

ВЕЛИКИЙ КИКА: Ти – финал.

ПИНОККИО: Нет, Кика, ти – финал.

ВЕЛИКИЙ КИКА: Ти.

ПИНОККИО: Почему?

ВЕЛИКИЙ КИКА: Ти – рыссёр.

ПИНОККИО: Нет. Я даже уже не король.

ВЕЛИКИЙ КИКА: Ти – карроль-рыссёр. Ти – Финал.

ПИНОККИО: Ты предлагаешь мне поставить финальный эпизод мистерии?

ВЕЛИКИЙ КИКА: Я – а-актер.

ПИНОККИО: Ладно, попробую. А ты сможешь выполнить мои режиссерские указания?

Пауза.

 

 

-132- РЕПЕТИЦИЯ

 

 

ПИНОККИО: Полюби эту глину… Почувствуй её страдание. Ей плохо от того, что ты её не забираешь.

ВЕЛИКИЙ КИКА: Я люб-лю гли-ну!

Кика втягивает первоглину.

ПИНОККИО: Не отдавай. Ей будет очень плохо.

Кика исторгает.

ВЕЛИКИЙ КИКА: Мне - плохо!

Пауза.

 

ПИНОККИО: Вторая попытка… Кика, представь, что это мёд, самый сладкий…

ВЕЛИКИЙ КИКА: Мёд… мёд… (блаженствуя, втягивает)

Глина задерживается надолго.

Кика ложится на спину.

Пауза.

 

Пиноккио видит, как первовещество медленно растекается из-под лежащего Кики.

ПИНОККИО: Спасибо за репетицию.

Пауза.

 

ПИНОККИО: Если ты не заберешь, то и тебя не заберут. Останешься здесь навечно. Без Избавления.

Кика плачет.

 

ПИНОККИО: Ты станешь, как Пиноккио.

Истерика Кики.

 

 

-133- РОЗА

 

 

Пиноккио сходит с Розы на складки Кики.

Долго успокаивает Кику.

Обнимает за плечи.

Гладит по плеши.

По плечам.

По спине…

и вдруг Кика вскрикивает.

 

ВЕЛИКИЙ КИКА: Болит! Болит!

ПИНОККИО: Где болит?

ВЕЛИКИЙ КИКА: Очень, очень болит.

ПИНОККИО: Дай, посмотрю.

 

Пиноккио смотрит на спину Кики.

Правое антикрыло Кики закупорено.

Зона в районе лопатки заросла пленкой.

 

ПИНОККИО НОСОМ ПРОТЫКАЕТ ПЛЕНКУ.

 

КИКА Я. Люблю. Моего. Кара-ля.

 

Кика втягивает первоглину.

 

Кика втягивает королевский скипетр.

 

Кика втягивает четырех ангелов-кик.

 

КИКА: Ты – рыссёр!

 

Тело Кики превращается в воронку, волнами уходящую в себя.

КИКА: (показывая на воронку) Роза…

 

Роза Кики втягивает Розу Пиноккио.

 

Кика втягивает Пиноккио.

 

Кика уходит в себя.

 

 

Пиноккио в водовороте кика-вещества.

Кика-вещество захлестывает его.

 

Пиноккио в Кике.

 

Кика окончательно стекает в себя.

 

Кика стекает с Пиноккио и исчезает.

 

 

-134- ПИНОККИО ПРОСЫПАЕТСЯ ВНУТРИ СНА, НО НЕ МОЖЕТ ВЫЙТИ ИЗ ОБРАМЛЯЮЩЕГО СНА

 

-135- ЦВЕТ ПИНОККИО. ОБРАМЛЯЮЩИЙ СОН

 

Пиноккио один, посреди идеально гладкой, безжизненной равнины, оставшейся на месте исшедшего Страдура.

 

Равнина бесцветна.

Вся лазурь ушла.

 

Цвет Пиноккио - тот же, что и цвет равнины.

Пиноккио невидим.

 

Пиноккио слился по цвету с пейзажем.

 

 

-136- ЛАЗУРНОЕ ПОЛЕНО (ЯВЬ ПОЛЯ)

 

 

Поле.

Пиноккио спит внутри тающего лазурного полена, в котором плавают фигурки людей и зверей – отражения жителей Страдура из сна Пиноккио.

 

Вокруг Пиноккио вьются осы, объедают полено.